Смута 2 (СИ)

Так, размышляя о происходящем, я двигался позади своих разведчиков. Какое-то непонятное шевеление справа в кустах привлекло моё внимание, и даже не сумев понять, что там происходит, крикнув: - "Засада", вернее попытавшись это сделать, я дёрнулся в сторону. Видимо, мои трепыхания не пропали даром, мне удалось уклониться от выстрела, и стрела попала в левое плечо. Не знаю, сознательно это получилось или случайно, но я упал на землю словно труп, хотя был только ранен.
  
Несколько минут над местом засады сохранялась тишина, и наконец весёлый голос какого-то индейца на своем языке, произнёс.
- Все мертвы, нам снова удалось сделать это.
Весельчаку ответили несколько других голосов, и из кустов начали выходить индейцы. Всего их оказалось пять человек. Не обращая пока внимания на меня, они направились к лежащим впереди мертвым воинам и принялись их обшаривать, забирая оружие. Мне всё стало понятно, и куда пропали наши патрули, и как это было сделано. Мы все слишком доверились нашим соседям, а судя по одежде, напавшие индейцы были из племени, принадлежащем ирокезам.
Однако я ещё жив и не собирался умирать. Но и торопиться не стал, как-никак я ранен и одна рука не работала. Но шанс у меня есть, и я собирался его использовать. Между мной и убитыми индейцами было метров пять, и я, прикрыв глаза и наблюдая за происходящим через узкие щелки, хорошо видел, чем заняты нападающие. Дождавшись, когда они полностью отвлеклись на трофеи и принялись рассматривать винтовки, я вскочил на ноги, выхватил револьвер и открыл огонь.
Одна рука у меня работала, в револьвере было семь выстрелов, а противников только пять. Как я и думал, этого мне хватило для расправы с нападавшими, в итоге в живых остался только я. Разобравшись с врагами, первым делом вытащил стрелу и перевязал раненое плечо, собрал наши винтовки и револьверы и отправился обратно в лагерь, хотя подозревал, что его больше нет.
Так оно и оказалось. Когда я с трудом добрёл до места, там не было никого и ничего. Ни людей, ни наших лошадей, ни вещей. И вот тут мне стало действительно плохо. Если хочу остаться в живых, то мне придётся раненому, практически без запасов еды, преследуемому погоней, идти примерно сорок километров до нашего острожка. Однако выбора не было, и немного отдохнув, отправился в дорогу.
Саму её я помню смутно, какими-то урывками. Помню, бежал, хотя этот бег в лучшем случае можно было назвать быстрым шагом. Помню, стрелял, много стрелял, отбиваясь от преследующих индейцев. Здесь меня спасли револьверы, я собрал все, что были, запихнул их за пояс и доставал по мере необходимости, не озадачиваясь перезарядкой. Управляться со всем этим я мог и одной рукой.
Помню, что даже подстрелил не одного преследователя из числа сумевших подобраться слишком близко и не оставшихся незамеченными. А так просто шёл, доверившись своему чутью, хотя перед глазами всё порой качалось и плыло, сливаясь в одно пятно. На дорогу мне потребовалось два дня, вон вижу, бегут бойцы, заметили меня и поняли, что со мной не всё ладно, значит, самое страшное позади. И уже падая, подхваченный подбежавшими людьми, успел сказать:
- Это индейцы, ирокезы, нападают на патрули, пытаясь раздобыть наше оружие.
  
Глава 14
 
Молчановск, июнь 1617 г., Ксения Романова
Ну вот, наконец-то я смогу выполнить давнее обещание и сделать пироксилиновый порох. Надеюсь, что после этого можно будет заняться настоящим делом, а не войной. Хотя сильно сомневаюсь, скорее всего, мне так и придётся до скончания века работать на армию. Хорошо, что про школы не забывают, появились уже ребятки, которые начинают понимать, что к чему. Им конечно ещё учиться и учиться, но начало положено.
Хотя до завершения работ по пороху ой как далеко. Пока мы сумели получить азотку, заработала первая опытная установка, она хоть и не отличается большими размерами и повышенной производительностью, но позволяет провести пиролиз угля, что даёт нам аммиак. А уж из него - кислоту. Со скрипом всё конечно идёт, мало того, что я только в теории знаю весь процесс, даже не в теории, а чисто описательно, а тут надо отрабатывать технологию промышленного производства, да ещё и оборудование делать.
Но ничего, справились общими усилиями, уж больно все заинтересованы в конечном результате. Правда, под шумок я тут зеркала сварганила, и в этом меня все женщины поддержали. А то стыд и срам, стекло есть, делать научились, а зеркал нет. Теперь хоть на себя можно будет посмотреть. Да и думаю, зеркала - хороший товар для торговли, деньжат немного подзаработаем.
Молчановск, июль 1617 г., Семён Головин
Трудно планировать развитие производства, когда не знаешь, на что можно рассчитывать. Сейчас поясню, о чём речь. Дело в том, что многое из уже сделанного так и остаётся на уровне опытных образцов, выпускаясь буквально считанными единицами. По сути дела, сейчас у нас идёт период подготовки производства, когда осуществляется изготовление оборудования, поиск сырья и обучение кадров.
Фактически, полностью работающим можно считать оружейное производство, и то не всё, а его отдельные виды. Ружья вот делают по несколько штук в день, да порох идёт непрерывным потоком. Тьфу, тьфу, не сглазить бы. Да и то только потому, что удалось в достаточном количестве кузнецов найти и быстро приучить их работать на станках. Ну и на тех работах, которые не требуют особо квалифицированного труда, удаётся добиться вполне нормальных результатов.
А там, где удалось выполнить весь необходимый комплекс работ по подготовке производства, проблемы совсем в другом. В этом случае банально не хватает мощностей. Взять к примеру изготовление посуды, стекла или кирпича. Хотя и есть, как и в любом другом деле свои сложности и тонкости, но всё достаточно просто, людям всё понятно, и в таких случаях найти работников гораздо проще, чем на производство той же кислоты.
Но если абстрагироваться от таких тонкостей, то можно сказать, что мы развиваемся вполне успешно. Сейчас изготовлен и вполне успешно прошёл испытания дизель, так что можно считать начатой подготовку производства к его освоению. Тут конечно много тонкостей и своих заморочек, но есть понимание задачи и ясно, что надо делать. Нужны станки, люди и новые материалы.
В первую очередь речь идёт о нефтехимии, необходимо обеспечить в достаточном объёме производство соляры и смазочных материалов, построить сеть пунктов ремонта и заправки техники, а также людей, способных со всем этим работать. Что и говорить, задача просто грандиозная, но как говорится, глаза боятся, руки делают.
Другим, не менее перспективным, направлением стоит считать производство электромоторов и генераторов. Нет, медь мы сами пока не добываем, хотя знаем, где она есть. Тут ведь дело такое, мы чужие территории силой не захватываем, или добровольное вхождение в наш союз с подчинением действующим законам и обычаям, либо занимаем пустые и ничейные земли, ну или их выкупаем.
Так, что-то отвлёкся. Из покупной меди наладили небольшое производство провода, сообразили какую-то эмаль и изготовили опытные образцы электромоторов и генераторов. Можно считать, что и это направление развития техники мы освоили, теперь перед нами стоит та же проблема - организация массового производства да ещё плюс электрификация всех вигвамов.
Есть конечно и успешно развивающиеся отрасли. Например, деревопереработка, металлургия ну и ряд других, не столь заметных. Отдельно стоит упомянуть оружейное производство. Готов к выпуску карабин под унифицированный патрон с бездымным порохом, револьверы под него, и уже выпускаются разнообразные снаряды в достаточном количестве. Правда, патрон пока бумажный, сильно смахивающий на используемые в наше время охотниками. Массовый переход на новое оружие пока не происходит, разве только его имеют отдельные подразделения, да и то больше для оценки возможностей. Но производство работает, и арсеналы постепенно наполняются.