Спасти СССР. Часть 7 (СИ)

Состав проходит мимо весоприемочной - утром тут пойдут машины с ломом со всей республики. И, наконец, останавливается. Бригада торопится, наскоро глушит локомотив и, поеживаясь от ночного холода с ветром, отправляется к Долгому мосту, чтобы попасть на последний городской троллейбус. Успевают пожать руку старику вахтеру - он останется тут на ночь.
По правилам - вагоны надо отцепить и разгрузить, а локомотив - освободить. Но машинисты заводских маневровых ушли домой, так что - ждет до утра...
  
Длинные, пустые бетонные заборы с обеих сторон - с одной стороны завод ЖБИ, с другой - первый троллейбусный парк и там и там - режимную территорию отделяет дорога. Со стороны парка - общего пользования, со стороны завода ЖБИ - считается внутризаводским проездом, тут машин мало даже днем, только опытные водилы знают, что через нее, миновав многочисленные базы и автотранспортные предприятия - можно выбраться к южной автостанции и дороге на Казань. Охраны нет почти никакой - а что воровать то? Троллейбусы? Бетонные плиты? Металлический лом?
Двое пацанов стоят на Долгом мосту, смотрят на длинный, уходящий под мост состав. За спиной - мигает аварийкой Камаз
- Он?
- Как в аптеке. Погнали...
Полчаса спустя. Камаз стоит на дороге, рядом с заводом ЖБИ. Кузов высокий, удобно -из него передают тяжеленные ящики - и принимают внешне почти точно такие же. На стреме никого нет - но в такую глушь не сунется ни одна патрульная машина: смысл. Тут нет никакого жилья, ничего. Только кромешная тьма.
В темноте, вдалеке - одиноко светится окно: это ВОХР и дежурный по заводской станции греются в биндейке чаем, слушают радио, читают газету. На улицу не выходят даже покурить - в такую то холодину.
Собака потявкала - потявкала, да и тоже убралась к себе в конуру. Ей что, больше людей надо...
- Десятый...
- Все харэ! Погнали!
Несколько дней спустя, Казань. Полнолуние - луна недвижно стоит над снежными равнинами, заливая все призрачным, неживым светом. Под луной - леса черны как никогда, по дороге время от времени пролетают одинокие машины - но так она тоже черна и пуста. Над домишками - стоит столбом белый дым - люди топят печи, греются...
В большом, просторном гараже - чернеет яма для продуктов, светит переноска. Пахнет табаком, смазкой и металлом. Часть пола вскрыта, туда, со всеми предосторожностями помещают пришедшие ящики. Один из них вскрыт, под светом лампы - льдисто переливается вороненая сталь.
- Норм - заключает Рашид - самые ушатанные на запчасти пойдут, что-то руками сделаем - не из ж... растут. Из этих - только один ушатанный в хлам.
Идет перевооружение - всей доблестной Советской армии. Снимается с вооружения 6П1 - автомат Калашникова модернизированный под патрон 7,62*39 и ставится 6П20 - автомат Калашникова образца семьдесят четвертого года. Патрон 5,45*39. Перевооружение проводится комиссионно, в полк приезжает комиссия из округа, вместе с начальником службы вооружения полка принимаются новые автоматы и сдаются старые. Так как больших войн, слава Богу, не было - в тыловых частях большая часть автоматов имеет настрел несколько сотен, а то и несколько десятков выстрелов. Такие - консервируют пушечным салом и отправляют на арсеналы ГРАУ. Так же консервируют и те, которые имеют больше настрел - но все же еще могут послужить. Комиссия делит их на категории.
Но есть оружие неисправное, есть почти выработавшее гарантийный настрел. Он установлен от 8 до 10 тысяч выстрелов - хотя для советского оружия это ничто оно может в три раза больше. Но если с гарантии снято... такое отправляют на утилизацию. Есть еще неисправные - вообще-то оружием нельзя разбрасываться, в каждом полку есть мастерская и есть перечень ремонтов, которые она обязана выполнять без отправки на завод. Но сейчас все равно идет перевооружение и в печь отправляют и то что в иных условиях могло бы служить и служить.
Эти автоматы - доставляются поездами на Ижсталь вместе с остальным ломом - и идут в печь. После переплавки - заготовки из них пойдут на соседний завод и из них снова изготовят оружие.
Вот только в отличие от отправок готового оружия - которое отправляется обязательно с вооруженной охраной спецпоездами - режим безопасности для лома - почти никакой, вся ставка на то что лома идет много и когда придет тот самый лом - не знает никто.
Но так получается что знают. Шила в мешке не утаишь...
По документам - это оружие актировано и уже ушло в переплавку. На самом деле вместо него были ящики с обычным ломом - но кто ж дознается. Все торопятся, выполняют план. Вали в печь, что есть и всего делов...
Под светом переноски - Рашид Замалиев привычно разбирает десантный АКМС. Руки знают свое дело - почти не глядя, разбирает. В СССР не найти такого школьника, который бы не знал как разобрать автомат Калашникова, его можно разобрать и почистить даже на бегу.
Рыжий великан Виталя - нервно курит. Рашид - осматривает затвор, пытаясь понять, почему автомат списали, что с ним не так и что потребует ремонта. Переключает предохранитель, вхолостую щелкает курком...
- Бараны - наконец заключает он
- Лишкуем мы - говорит Виталя
- Чего?
- Лишкаря это - повторяет он - за это. Кто узнает... п...ц нам настанет. За автоматы - по головке не погладят
- А тебе надо чтобы гладили? - поднимает глаза Рашид. Из-за переноски глаза у него - черные провалы на лице, взгляд как у упыря
- Нах... - говорит Виталя - но ты понимаешь, что мы против государства получается, идем? Автомат... это тебе не "с добрым утром**" бегать.
- Государство? А где оно, государство? Что такое вообще - государство? Что наше государство - может?
Рашид откладывает автомат и подходит к великану вплотную
- Мы с тобой оба за речкой год оттарабанили. И мы с тобой оба знаем, что наше государство ничего не может сделать с толпой немытых бородатых чучмеков. Так?
Виталя тушуется
- А что с ними делать?
- Атомную бомбу сбросить!
...
- Нафиг она нужна тогда? Я бы сбросил. И решил бы проблему - вместо того чтобы гробить пацанов под пулями. А тут что? Ты понимаешь что мы, пацаны с улицы - поставили на колени все наше государство, со всей партией, комсомолией, мусорами. Чо они могут с нами сделать? Ни хрена не могут! Мы - главные по улице***!
Виталя качает головой
- И чо? Ты чего хочешь то?
- Брать власть!
Виталя снова тушуется
- Да ты охренел.
- Смотри! - Рашид хватает Виталю за грудки, выглядит это совсем не смешно несмотря на очевидную разницу весовых категорий - кто они такие? Чо они могут? Они могут только с трибуны п...ть, что им никто не верит. Обещали коммунизм к восьмидесятому - ну и где он, коммунизм? Свист один, за базар не отвечают! Пацаны целый город на колени поставили! Со всеми ментами, со всеми партийными, со всей комсомольской шушерой. А если такое будет со всей страной? А если за дело возьмемся мы, афганцы?
* Татар-базар - это и есть то село, которое при Екатерине II забрали за долги у князя Тевкелева и на его окраине начали копать пруд и построили завод. Удивительно, но оно до сих пор сохранилось именно как село с сельской (теперь и коттеджной) застройкой в составе Ижевска, с гораздо большей долей татарского населения, чем в целом по городу. Там есть две татарские школы и мечеть, которая действовала и во времена СССР 
* Именно в 1986 году этот поезд стал ходить через Казань, до того он ходил через Пермь и Горький 
  
** Пробежки с избиениями всех встречных. Он же "час пацана". Проводились с 8 до 9 утра, когда в милиции пересменка. Из-за обвала насилия в эти часы - в казанской милиции были вынуждены отменить единое время пересменок, с 8 до 9 утра каждый милиционер, в том числе и в выходные дни - обязан был выходить на улицу и наблюдать за обстановкой, так же задействовали рабочие патрули, которые в этот час не работали, а выходили с заводов и брали под контроль окружающую обстановку. Город в те годы был, считай на осадном положении