Незаконный наследник. Путь к власти. Том 1 (СИ)

— Ян только что сообщил, что нашёл в Кодексе кланов Содружества статью, выполнив условие которой, мы свяжем правящий клан долговым обязательством. И, что самое главное, эта статья не противоречит нашему Кодексу. — Подоров положил на стол перед Михаилом папку с найденными Яном документами.
Пока император изучал содержимое папки, Матвей продолжал рассматривать главу своего клана и своего сюзерена по совместительству. Михаил почувствовал его взгляд и нахмурился. Тогда Матвей отвел глаза и задумался. Эти дни стали для него каким-то непрекращающимся кошмаром. Он никогда не изучал Кодекс Содружества, да что там, он Кодекс Российской империи знал не в совершенстве, почти как все только общие постулаты, ну, может, чуть больше остальных, всё-таки служба обязывала. А вот Кодекс Содружества он ни разу даже не открывал. Да что уж там, он даже не знал до определенного времени, что это Кодекс существует.
Проблемы начались, когда Ян пришёл и с хмурым видом сообщил, что многие статьи этих двух Кодексов очень сильно отличаются друг от друга и даже входят в конфликт интересов. Так, например, право мести имеет место быть. Вот только в Российской империи клан, получивший право мести мог при желании вырезать весь клан тех, кто его на эту месть толкнул. Собственно, на это и был расчёт, полностью уничтожить это уже стоявший поперек глотки клан Адреасов. Михаил даже распорядился выделить два отряда бойцов и дал разрешение на выезд отряду боевиков Ушакова и личному отряду Кости. Но тут Ян и показал шиш всем, включая императора.
Как оказалось, чтобы не нарушать Кодекс Содружества, всё-таки действия будут происходить в чужой стране, и, вернувшись, не попасть под последствия своего Кодекса действовать могли только Егор Ушаков, Виктор Лейманов и Константин Орлов. И право мести распространялось исключительно на одного Френка. А так как Кодексы — это были не просто книжки, и они вполне могли доставить нарушителям кучу неприятностей, то матерящегося Яна усадили за копии этих самых книг и приказали не подниматься со стула, пока он не найдёт лазейку. Матвей даже пригрозил, что привяжет его к этому проклятому стулу, и прикажет хорошенькой медсестричке подавать ему время от времени утку, если молодой юрист клана Орловых решит взбрыкнуть.
Ян честно просидел в выделенном ему прямо здесь во дворце кабинете двое суток. Он даже спал тут же, сложившись в три погибели на узком и коротком диванчике, но нашёл эту самую лазейку. Первичные условия не менялись — трое пострадавших клана, по одному представителю от каждого и бедолага Френк. Но, это было первоначальное условие, а вот дальше начиналось весьма скользкое юридическое поле, состоящее из множества «если».
И теперь Подоров стоял и ждал вердикт императора. Потому что без этого вердикта он не может послать в Лондон своих ребят, чтобы те провели определенную подготовительную работу.
— Это может сработать, — наконец, произнёс Михаил. — Мальчики в курсе?
— Лейманов и Ушаков — да, Виктор уже успел связаться с тестем и заручился предварительным согласием. А также получил по диппочте запрошенные разрешения. А вот до Кости я не могу дозвониться. При всём при этом он дома. Я позвонил Кларе и она подтвердила. Правда, сказала, что Костя непонятно чем занят, и это её слегка напрягает.
— Если через полчаса не сможешь с ним связаться поезжай к нему. Костя должен знать, с чем ему предстоит работать и успеть подготовиться. И вообще, что это за формулировка «непонятно чем занят»? — Михаил достал платок и вытер испарину со лба.
— Тебе не хорошо? — Матвей отбросил этикет и обращался к нему, как к главе своего клана.
— Не то слово, — император посмотрел на него. — Матвей, свяжись с Керном. Пускай собирает Совет через пять недель, а не месяцев. Потому что, боюсь, я могу не протянуть эти заявленные ранее пять месяцев. Тем более, что Совет уже практически определился. Если ничего не изменилось.
— Нет, — Подоров покачал головой. — Они выберут Ушакова, если Мария не одумается и не принесёт на заседание Совета свидетельство о браке.
 
— Начинай оповещать клан о возможной скорой смене статуса Орловых. Чтобы это не стало для них неприятным сюрпризом. — При этих словах на лице Подорова отразился протест. — Не спорь. Члены Совета опасаются Костю, а примерно треть откровенно боится. Егора же они почти не знают и думают, что смогут легко его продавить. Идиоты, — Император прикрыл глаза рукой.
— В чем-то они правы, — наконец, выдавил из себя Матвей. — С Костей может однажды возникнуть ситуация, если они его достанут капитально, что пряником будет считаться отсутствие кнута. Егор в этом плане немного мягче.
— Я не был бы так уверен. Просто Егор пока не хочет идти на конфронтации. Но, Матвей, он прежде всего боевик. И привык решать свои проблемы силовыми методами. А это возможно далеко не всегда. Но, Ушаков станет неплохим императором, если сумеет воспользоваться помощью друзей. К счастью для многих, Ушаковых как следует проредили, и правящий клан будет невелик. К тому же Егору удалось полностью восстановить свои позиции.
— Какое счастье, я рад за него до безумия, — саркастически ответил Подоров. Он открыл рот, чтобы добавить ещё что-нибудь, но тут у него зазвонил телефон. Посмотрев на номер, он тут же ответил, не дожидаясь разрешения императора. — Да, Костя, я до тебя полдня не могу дозвониться…
— Матвей, приезжай ко мне, — голос Кости звучал глухо, как из бочки. — Кажется у нас проблемы.
* * *
Ирина укачивала на руках раскричавшегося Ромку. Наконец, ребенок успокоился, ей пришлось для этого чуть-чуть дар приоткрыть, и она пошла в детскую. В таких случаях Ира всегда уходила в свою комнату, из-за своего дара, которым она была вынуждена пользоваться теперь практически постоянно. Остальным обитателям детской при этом становилось некомфортно. Кроме Андрея. Она всегда терялась в догадках насчёт старшего близнеца. Казалось, он вообще плохо ощущает магию, почти как обычные люди, и, тем не менее, может воздействовать на дар других людей. Пока он ограничивался братом, но, что будет, когда они подрастут, Ирина не могла спрогнозировать.
Единственный, кто мог воздействовать уже на Андрея, был его отец. Причем делал он это одним только своим присутствием. Как у него это получалось не только для Ирины, но и для всех остальных оставалось загадкой. Факт оставался фактом, мальчишки мигом сворачивали дары, как только в комнате появлялся их отец, и оставались обычные детские капризы.
Ира поцеловала светловолосую, пахнущую молоком макушку и уложила Рому в кроватку. Посмотрев на сопящих близнецов, она улыбнулась. Так уж получилось, но она видела в них только детей Кости. Как будто их матери в природе не существовало.
Выйдя из детской, она остановилась посреди коридора, не зная, куда идти. Костя вернулся от Егора взвинченный и сразу же заперся в своей комнате. Пока оттуда не доносилось ни звука. Ира посмотрела в сторону его спальни, покачала головой и повернулась в сторону своей комнаты, чтобы пойти немного отдохнуть. Близнецы всё утро капризничали, а так как с Ромкой могла справиться только она, то за всё утро ни разу не присела, пытаясь успокоить малыша, которого что-то явно беспокоило.
Не успела Ирина сделать и шаг, как дверь спальни Кости распахнулась и он с каменным выражением, застывшем на лице, пошёл к комнате, когда-то принадлежащей Анне. Ира проводила его недоуменным взглядом. Но, когда из комнаты покойной жены Кости послышался грохот, она подорвалась и бросилась бегом выяснять, что, черт подери происходит с её любовником.
Когда она ворвалась в комнату, то увидела, что Костя перевернул кровать и теперь чуть не по сантиметру изучает днище.
— Какого черта… — Начала Ира, но он её перебил.
— Будь другом, съезди в магазин, купи кувалду, — попросил он и вернулся к прерванному буквально на мгновение занятию.
— Что? — Ира захлопала глазами. — Что тебе купить?
— Кувалду, — спокойно пояснил Костя. — Желательно побольше. Возьми с собой водителя. Не хватало еще тебе самой тяжести таскать.