Наши уже не придут 6 (СИ)

 Глава семнадцатая 
 Блицкриг 
*3 октября 1940 года*
Зал заседаний Верховного Совета СССР был наполнен народными депутатами, представителями прессы, Красной Армии, иностранными журналистами и дипломатическими представителями.
— … и важно осознавать, что мы располагаем довольно подробными сведениями о том, почему именно Германский рейх напал на СССР, — продолжал Аркадий, стоящий за кафедрой. — Экономика.
  
Он взял с кафедры стакан и отпил воды.
— Экономика, товарищи, — продолжил он. — Германский рейх, благодаря абсолютно бездарным действиям его правительства, в настоящий момент встал на порог тяжёлого экономического кризиса. Миллионы солдат не сеют и не жнут, а лишь потребляют продукцию сельского хозяйства, топливо в остром дефиците и запасы подходят к концу, военные расходы Германского рейха, по имеющимся у нас данным, составляют примерно 80–90% от его общего бюджета. Нацисты берут внутренние займы, массово печатают деньги, что есть доказательство несостоятельности их экономической политики. Авантюра с векселями MEFO (1) ещё скажет своё слово в деле разжигания грядущего экономического кризиса в страдающей от этой войны Германии…
Народные депутаты слушали его очень внимательно и сидели с постными физиономиями — заседание проводилось под запись на киноплёнку, а сейчас, почему-то, принято сидеть перед камерой с максимально нейтральным выражением лица.
— Их экономика просто предполагает экспансию и завязана на военных успехах, — произнёс генеральный секретарь. — Не будет новых завоеваний — не будет территорий, которые можно ограбить и ненадолго подпитать свою деструктивную экономику. Пример Польской Республики, варварски захваченной силами Вермахта и выпотрошенной оккупационной администрацией и СС, говорит сам за себя! Страну грабят, народ угоняют в рабство, а весь «цивилизованный» мир смотрит на это широко закрытыми глазами!
Раздались негодующие вздохи.
— Но это ещё не всё! — продолжил Аркадий свою речь. — Вы все знакомы с публикациями наших газет — вы все видели кадры ужасов, что творятся в лагерях смерти и концентрационных лагерях на территории оккупированной Польской Республики! Это тоже косвенное свидетельство проблем, испытываемых Германским рейхом — они порабощают еврейский и цыганский народы, представителей славянского этноса, проживающего на территориях, подконтрольных странам «Оси». И вот здесь у меня вопрос к руководству Чехословакии, Румынии, Болгарии, Словении и Хорватии — вы читали «Майн кампф» авторства одного малоизвестного писателя, отзывающегося на Адольф Гитлер? Там же подробно описано, что ждёт всех славян, евреев и цыган… Но мы не дадим этому случиться. Мы будем биться до конца.
Он использует эту «карту» с преступлениями нацистов против человечности с максимально возможным эффектом.
— Возвращаясь к экономике: экономически, мы уже победили, — продолжил Немиров. — Я получил доклады от Совета Народных Комиссаров. Пусть гражданский сектор не является моим целевым направлением, но с уверенностью могу утверждать, что значительная часть нашего народного хозяйства не испытывает на себе бремени войны!
После его слов все народные депутаты начали аплодировать, а некоторые даже встали. А когда встал весь Президиум, встали и все остальные.
Калинин и члены Президиума прекрасно знают положение вещей в советской экономике и осознают, что это выдающееся достижение — война, почти не нагружающая гражданский сектор.
Так будет не всегда — Красная Армия до сих пор сражается на довоенных запасах, но интенсивность боёв скоро возрастёт кратно, фронт расширится и в боевые действия будут вовлечено гораздо больше подразделений, чем сейчас. Последние четыре месяца оборонная промышленность с лихвой восполняла материальные затраты фронтов, удавалось даже пополнять резервный фонд, но скоро расход превысит поступление, возможно, в несколько раз.
Если положение на фронте ухудшится, то ни о каких 30% экономики, участвующих в войне, речи больше не будет. Возможно, придётся ужиматься и увеличивать долю вовлечённости до 50%, а может и 60%.
— Нацисты и их союзники рассчитывали на могучий удар, который должен был сокрушить Красную Армию и привести к быстрому поражению Советского Союза, — произнёс Аркадий. — Увы, для них, Красная Армия, в очередной раз, продемонстрировала свою несокрушимость! План «Барбаросса» провалился, нацистское командование находится в стратегическом тупике, а инициатива перешла в наши руки. Теперь нацисты лихорадочно ищут себе новых союзников — их дипломатическая активность велика, как никогда до этого. Но это будет ошибкой — вступать в союз с уже проигравшей страной!
Вновь бурные аплодисменты.
— Предупреждаю всякого, кто хочет вступить в союз с нацистским режимом, — продолжил генеральный секретарь. — Вступив в союз с нацистами и фашистами, вы, автоматически, разделите с ними всю вину за их уже совершённые преступления против человечности, а также за те, которые они успеют совершить, пока мы их не остановим. Услышьте меня сегодня и не говорите потом, что не слышали: после вступления в союз с любой из стран, входящих в «Ось» или вступления в сам этот блок, назад дороги уже не будет. Советский Союз официально заявляет, что никаких сепаратных переговоров ни с кем вести не будет. Нацистские военные преступники, я обращаюсь к вам: для вас уже всё кончено! Даже если вы трусливо сбежите и начнёте прятаться в разных отдалённых уголках мира, например, в Аргентине, Мексике, Боливии, Уругвае, в общем, в Южной и Центральной Америках или в Африке — обещаю вам, что мы будем искать. А теперь странам, не видящим ничего плохого в том, чтобы приютить у себя пару-тройку нацистских преступников. Все страны, которые будут их привечать, прятать, укрывать, не выдавать, отныне будут считаться СССР недружественными. Поддерживать таких людей — значит разделять их преступления!
Зал замер. Журналисты активно щёлкали фотоаппаратами и строчили что-то в своих блокнотах.
Впечатление Немиров произвёл, но это были не просто слова.
КГБ уже давно расселило нелегальную агентуру в страны, куда нацисты побегут с наибольшей вероятностью. Немиров передал список этих стран Эйтингтону в рамках «анализа и предположения».
— Германский рейх, эта нежизнеспособная химера, выращенная специально для борьбы против Советского Союза, скоро падёт! — заявил Аркадий. — Я вам обещаю.
*5 октября 1940 года*
Андрей Робертович Конотопцев вышел из машины и направился к доходному дому, расположенному через две улицы к югу от Паласио ду Кателу, где обычно и находятся его цели.
После заказа на некоего Отто Скорцени, жившего в Австрии, Андрею заплатили его гонорар и он просто перестал в чём-либо нуждаться.
Но деньги потеряли всякую ценность, так как он потерял семью. Новые женщины были какими-то не такими, они не вызывали в нём тех чувств, что вызывала Ариадна, поэтому отношения длились считаные дни.
Где жить он так и не определился. Он думал, что Испания — это достаточно тихий уголок, но это оказалось не так. Теперь он стал кочевником, не задерживающимся надолго нигде.
Выяснилось, что таинственный ликвидатор, стал широко известен в узких кругах и с ним на связь хотят выйти очень многие.
Заказы он выбирал очень аккуратно, брал за них очень дорого, но исполнял всегда добросовестно.
Сейчас он приближается к неплохому состоянию в восемьсот тысяч долларов, чего уже хватит на безбедную жизнь, но он не собирается заканчивать со своим чёрным ремеслом — дело-то не в деньгах…
Дело в том, что он попробовал нормальную жизнь на вкус и она почти сразу же покалечила его. Теперь его удел — жизнь ненормальная.
После сегодняшнего заказа он станет миллионером. За эти цели он получит гонорар в виде 1,5 миллиона долларов США. Но работать нужно чётко, по множественным целям.