Будь счастлива, Алина

На самом деле она еле дождалась, когда можно будет идти к подруге. Оказавшись около её двери, вместо того, чтобы нажать на кнопку звонка, тихонько постучала. Ей казалось, что Алекс ещё не ушёл и она рискует столкнуться с ним нос к носу. Сама не знала, чем ей мог помешать муж подруги. Наверное, хотела, чтобы их разговор никто и краем уха не услышал. Наталья долго не открывала, и Татьяна, решив, что та на её стук не обратила внимания собралась уже нажать на звонок. Но, услышав приближающиеся к двери шаги, быстро отдёрнула руку.
  
Наталья же вместо того, чтобы спросить, кто там, уточнила:
— За дверью кто-то есть?
— Конечно, есть! — ответила Татьяна. — Если никого нет, то кто же, по-твоему, стучал?
— Татьяна? — спросила подруга.
— Я! Открывай скорее!
Наталья хмыкнула и открыла, а когда Татьяна уже вошла в прихожую, поинтересовалась:
— Ты чего стучала, а не звонила?
— Из предосторожности.
Подруга пожала плечами и предложила:
— Проходи на кухню.
На плите закипал чайник. Наталья открыла духовку, и оттуда вкусно запахло курагой.
— Ты пирог испекла? — спросила Татьяна.
— Нет, ватрушки, — подруга достала противень и стала снимать ватрушки лопаточкой на большое круглое блюдо.
Татьяна протянула руку и схватила одну из ватрушек. Впрочем, тут же выронила её на стол.
— Какая горячая! — потрясла обожжёнными пальцами.
— Тата, что с тобой? Ведь они только из духовки.
— Сама знаю, что не из холодильника, — отозвалась Татьяна с заметным нетерпением в голосе.
— У тебя что-нибудь случилось? — спросила Наталья и посмотрела на подругу.
— Ага, — ответила она и снова подцепила ватрушку, на этот раз ножом.
— Подожди, сейчас остынет.
— Знаю, что остынет, — ответила Татьяна и заёрзала на стуле от нетерпения. Правда, ёрзала она вовсе не потому, что хотелось поскорее съесть ватрушку. Нет, ей хотелось рассказать Наталье, что с нею произошло в её отсутствие. Но не могла взять и вывалить на голову подруги все новости разом. Рассказывать надо постепенно.
Наконец Татьяна всё-таки ухватила ватрушку, откусила, прожевала и, открыв рот, выпалила:
— Глеб сделал мне предложение!
— Здорово, — ответила подруга.
— Что тут здорового-то? — жалобно пропищала Татьяна. — Я ума не приложу, что делать. Думаю!
— Тут и думать нечего! Дуй замуж, раз зовёт.
— А как же Олеся? — растерялась Татьяна.
— Я что-то не вижу, чтобы Олеська была здесь и держалась за твою юбку, — голос подруги прозвучал насмешливо. И в то же время ободряюще.
— Это да. Но…
Татьяна свою доченьку буквально выпестовала. Пылинки с неё сдувала. Можно сказать, что жила ею и для неё. Она и не заметила, как та выросла. А когда Олеся сообщила, что решила учиться в Санкт-Петербурге и едет поступать в университет вместе с Димой, Татьяна буквально застыла на месте.
Для приличия даже хотела поголосить по дедовскому обычаю. Но потом здраво рассудила, чего голосить-то. Вон он Питер, рукой подать. Пусть дочь учится. Ей даже принца искать не надо. Она своего с собой увезла. Вместе с ним школу окончили и в институт поступать решили. Олеся — умная девочка. Татьяна была уверена, что дочь глупостей не наделает. И Дмитрий — парень неглупый. К тому же Олесю любит. Это у него на лбу написано крупными буквами.
Дочери уже больше года рядом с нею не было, а Татьяна каждую минуту неосознанно ждала, что сейчас дверь откроется, влетит смеющаяся Олеся и бросится на шею. Поцелует её в одну щёку, потом в другую. А Татьяна привычно проговорит:
— Сейчас ужинать будем.
— Будем, мамочка, будем, — весело ответит дочь и унесётся в ванную комнату руки мыть.
А потом, сидя за столом, Татьяна будет наслаждаться присутствием любимой доченьки.
Вспомнила она и то время, когда ещё была жива тётя. «Вот когда было полное счастье», — подумала Татьяна. Сначала их покинула тётя, затем и Олеся уехала, так она осталась совсем одна. Татьяна почувствовала, как к глазам подступили слёзы.
— Ты чего? — Наталья подошла к подруге и тихонько тряхнула её за плечо.
— Ничего, тётю вспомнила.
— Ну, ну, — покачала головой подруга. — Тётя была замечательной женщиной, она прожила долгую жизнь. Теперь тебе надо прожить свою. И постараться прожить её счастливо.
— С чего ты взяла, что, соединив свою жизнь с жизнью Глеба, я сделаю её счастливой, а не испорчу обе. Вспомни, как у меня получилось с Женей.
— Женя и Глеб — разные люди, — ответила Наталья. — Я, конечно, понимаю, что, обжёгшись на молоке, ты и на воду дуешь. Но ведь необязательно бежать сразу в загс. Он торопит тебя?
— Я бы так не сказала, — подумав, ответила Татьяна.
— Видишь, — обрадовалась Наталья, — поезжай с ним в Геленджик. Ты же хотела побывать на тёплом южном море.
— Хотела, — согласилась Татьяна.
— Вот и побываешь. Поживёшь, присмотришься и к городу, и к Глебу. Кто знает, может быть, он именно твой мужчина, вторая половинка. Не зря же вы познакомились в «Счастливой гавани», — то ли в шутку, то ли всерьёз напомнила подруга. — А то оттолкнёшь его и будешь всю оставшуюся жизнь раскаиваться.
— Ты думаешь? — всё ещё сомневалась Татьяна.
— Да, я думаю именно так, — уверенно ответила подруга.
— Разве, если уеду, ты скучать по мне не будешь? — уточнила Татьяна, закусив нижнюю губу с капризностью ребёнка.
— Конечно, буду! — рассмеялась Наталья. А потом слегка погрустнела и добавила: — Но твоё счастье для меня дороже.
— Правда?
— Правда, — кивнула Наталья и предложила: — Давай допивать чай, а то он, по-моему, уже почти остыл.
На самом деле чай остыл полностью. Попробовав его, Наталья предложила заварить новый.
— Не надо, — ответила Татьяна и схватила за руку попытавшуюся отойти подругу. — Я не хочу, чтобы ты куда-нибудь уходила.
До плиты два шага, — обронила Наталья.
— И на два шага не надо. Сядь, пожалуйста.
Наталья села, и Татьяна уже спокойно начала ей рассказывать всё с самого начала.
Подруга, как она это делала всегда, слушала внимательно и согласно кивала в нужных местах.
Выговорившись, Татьяна почувствовала себя умиротворённой. На душе стало легко и светло, как давно уже не бывало. Разве что в далёком детстве.
— Свидетели-то были на свадьбе? — поинтересовалась Наталья.
— Ой! Я и не заметила, — с покаянным видом вырвалось у Татьяны.
— Зачем же ты туда ходила? — улыбнулась подруга.
— Наверное, за счастьем, — ответила задумчиво Татьяна. — Зачем же ещё ходят в «Счастливую гавань».
— Он тебе нравится, — констатировала Наталья.
— Очень, — призналась Татьяна.
И без упоминания имени подруги отлично понимали, о ком именно они говорят.
Татьяна пробыла в гостях у Натальи до полуночи. Она не заметила, как пролетело время, даже не слышала, когда возвратился домой муж Натальи. А тот, догадавшись, что у женщин идёт серьёзный разговор по душам, решил не тревожить их. Умылся и чуть ли не на цыпочках прокрался в спальню и заснул, не дожидаясь прихода жены. Компанию Алексу составил пушистый кот Маркиз.
Засыпая, Алекс спросил у него:
— Выставили тебя дамы из кухни?
Кот презрительно фыркнул. Что в переводе с кошачьего языка значило «очень нужно мне было туда заходить».
— И то верно, — согласился художник с четвероногим другом, — не мужское это дело женские разговоры подслушивать.
* * *
На следующее утро Татьяна решила позвонить дочери. Она уже почти нажала на вызов, но передумала. «Лучше напишу ей сообщение. Нет! Письмо». Татьяна отложила мобильник и открыла ноутбук. Писала она долго, тщательно подбирая слова. Закончила фразой: «Олесенька, доченька, если ты против, то я никуда не поеду. И выброшу Глеба из головы».
  
Тут она, сама не осознавая, лукавила. Впрочем, может, из головы она его и выбросила бы с превеликим трудом, а вот из сердца… Об этом Татьяна не подумала.