Морская ведьма

Голова его коснулась подушки.
Он спал.
* * *
Калеб пребывал на той чуткой грани между сном и явью, когда кажется, будто разум парит, не отягощенный земными заботами, но тело его явно испытывало некоторые неудобства. Постоянную и ставшую уже привычной боль в ноге можно было не принимать в расчет. Поступить аналогичным образом с его напрягшимся мужским достоинством было уже сложнее. Особенно когда рядом лежала Мэгги, теплая и мягкая.
Господи, неужели вчера ночью он так позорно заснул?
Калеб повернул голову. Девушка спала, лежа к нему лицом, свернувшись клубочком, подтянув колени к груди и сунув одну руку под подушку. Даже во сне она оставалась независимой и самостоятельной. Загадочной.
Осторожно, одним движением он убрал прядку волос у нее с лица, стараясь не коснуться пурпурных швов на лбу. Несмотря на собственные раны, вчера ночью она ухаживала за ним. Успокаивала и утешала. Обихаживала.
Даже раздела.
При воспоминании о том, как ее маленькие теплые ладошки касались его тела, у Калеба пересохло во рту. Пузырьки предвкушения забурлили в крови и тяжким грузом осели в паху. Он повернулся на бок.
Мэгги открыла глаза и встретилась с ним взглядом.
Калеб снова ощутил внезапное чувство единения, некий внутренний щелчок, с которым в его восприятии соединились два кусочка головоломки. Как будто ключ вошел в родной замок.
— Ты проснулась, — негромко сказал он явную глупость.
— М-м… — Ее рука скользнула по его животу. — Ты тоже.
Он даже прикрыл глаза, когда на него нахлынула невыносимая приятная волна, рожденная ее прикосновением.
— Вчера ночью я свалился и оставил тебя одну.
Мэгги медленно провела рукой по его напрягшемуся естеству.
— Ты все можешь компенсировать мне здесь и сейчас.
Калеб поймал ее за запястье.
— Что я и собираюсь сделать.
Она попыталась высвободиться, и между бровями у нее пролегла крошечная морщинка.
— Тогда…
— Ш-ш… — Он заглушил ее протест поцелуем.
Она ответила ему легко и страстно, разомкнув губы и целуя его в ответ. Но, когда она вознамерилась сделать их поцелуй еще более страстным, когда принялась покусывать кончик его языка и потерлась своим бедром о его, он снова схватил ее за руки.
— Позволь мне, — прошептал он, не отнимая губ.
— Позволить тебе что?
— Позволь мне… поцеловать тебя. Вот здесь. — Он прижался губами к ее теплой, пылающей щеке. — Вот здесь. — Калеб перешел к изгибу ее бровей. — И вот здесь. — Он коснулся подбородка.
Мэгги перестала сопротивляться. Губы ее мягко улыбнулись.
— Где-нибудь еще?
— Везде, — ответил он и принялся воплощать свое обещание, лаская и целуя ее роскошное, крепкое тело, еще более возбуждаясь оттого, как под его руками у нее перехватывает дыхание и напрягаются мышцы.
Соски у нее встали по стойке смирно. Он свел их вместе, облизывая кончики и играя с ними до тех пор, пока она не выгнулась дугой, предлагая ему исследовать и другие глубины своего тела. И он тоже хотел этого. Он хотел ее всю. Вкусить ее, взять ее, удержать ее… Но он сумел обуздать свою жадность и вновь коснулся ее губ глубоким поцелуем. Он хотел, чтобы она знала, кто рядом с ней. Хотел, чтобы она нуждалась в нем. Запомнила его.
Калеб скользнул губами по ее гладкому животу с соблазнительной впадинкой и принялся покрывать горячими поцелуями бедра девушки. Она призывно приподняла их, настойчиво приглашая его войти. Он раздвинул ее лоно пальцами, одновременно пожирая его глазами. Она была влажной и горячей. Она извивалась от нетерпения. Он опустил голову, вдыхая аромат ее возбуждения, дразня ее своим дыханием.
Мэгги подняла с подушки голову, глядя на него темными от страсти глазами. Пожирая его взглядом.
— Пожалуйста.
Он вошел в нее двумя пальцами, чувствуя, как она сжалась вокруг них.
— Пожалуйста что?
— Калеб!
Собственное имя, произнесенное ее голосом, заставило его потерять остатки рассудка. Он пригнул голову ниже, наслаждаясь тем, как она движется и вздрагивает, стонет и задыхается под ним. Из-за него.
  
Он хотел, чтобы так продолжалось вечно.
У Мэгги на происходящее оказалась несколько иная точка зрения.
Она схватила Калеба за коротко остриженные волосы и потянула достаточно сильно, чтобы привлечь его внимание. Лицо у нее раскраснелось, глаза блестели.
— В меня! — приказала она. — Сейчас же!
Калеб был польщен, тронут… и невероятно возбужден.
— Дай мне только взять презерватив.
— Сейчас же!
Но он вознамерился во что бы то ни стало защитить ее. Они уже и так занимались сексом без презерватива. Может быть, конечно, тогда она принимала таблетки. Но сейчас-то она ничего не принимает. Он должен был доказать, что она может доверить ему защиту и заботу о себе.
Поэтому он заставил ее подождать, поднялся и достал пачку презервативов. После чего лег снова — раненая нога не позволяла ему оставаться сверху.
Мэгги толчком в грудь опрокинула его на спину и устроилась на нем. Ее обнаженная грудь касалась его щек, скользила по его груди, а коленями она сжимала его бедра.
Он застонал от удовольствия и боли.
Она выпрямилась, упершись руками ему в плечи.
— Тебе больно?
Нет. Да. Какая разница? В этом новом положении их тела сблизились еще больше. Она был горячей, влажной и жаждущей именно там, где требовалось ему.
Калеб стиснул зубы.
— Нет, — выдохнул он и стиснул ее бедра, резким толчком войдя в нее.
Магия… Волшебство…
Он хотел — даже намеревался — чтобы в этот раз все получилось медленно и неторопливо. Но она сидела на нем, раскачивалась, приподнималась, стремясь взять его с собой в галопирующую гонку за наслаждением. Ее грудь уткнулась ему в лицо, губы у нее разошлись и распухли, а глаза были непроницаемо-темными и невидящими.
— Мэгги…
Она взглянула на него, действительно взглянула, так что Калеб разглядел пламя страсти и нежность в ее глазах. Этого оказалось достаточно. Он закончил длинным и судорожным взрывом, опустошившим внутренности и сердце. И Калебу показалось, что он расслышал, как, обессилено падая ему на грудь, она шепчет его имя.
* * *
Маргред пропустила восход солнца над океаном. Не видела она и того, как встал Калеб. В какой-то момент — после того как они занимались любовью во второй или третий раз — он покинул постель. Она слышала, как он ходит в соседней комнате.
Он оказался прав. В этой кровати и вправду можно было лежать и смотреть на море. Вид солнечных лучей, танцующих на волнах, согрел ей сердце.
Она потянулась под простынями, наслаждаясь прикосновением тонкой ткани к обнаженной коже. До сих пор ей еще не доводилось спать с любовником. И это принесло незнакомое чувство… удовлетворения. Вес собственнической руки Калеба, ровный ритм его дыхания, присутствие его обнаженного тела рядом с ней всю ночь… Температура его тела была на несколько градусов ниже, чем у нее. И это тоже оказалось на удивление приятным.
Смешанный аромат секса и мужчины впитался в ее кожу и повис в воздухе комнаты. Она с наслаждением вдыхала эти запахи, а тело ее расслабилось и отдыхало.
И вдруг девушка уловила еще один аромат. Какой-то новый оттенок — еда? — дразнил ее ноздри и аппетит.
Калеб готовил ей завтрак.
Как… мило!
Она натянула футболку через голову, стараясь не зацепить швы, и босиком отправилась на поиски Калеба.
Он был в кухне и, полуголый, стоял спиной к двери, сосредоточив все свое внимание на плите. Взгляд Маргред скользнул по его гладким, мощным плечам, спустился по длинной, сильной спине… И еще ниже…
В ней проснулся голод другого рода. Очевидно, завтраку придется подождать.
Она подошла сзади и обхватила его руками за талию.
— Доброе утро.
Калеб вздрогнул, напрягся, но тут же расслабился.