Герцогиня на службе у Короны (СИ)

— Уведомьте герцога о нашем прибытии. И добавьте, что я также прибыла в замок, но к ужину в общий зал не спущусь. Устала.
Он почтительно поклонился, и я, не дожидаясь ответа, направилась к входу через двор. Казалось, даже мои кости промокли и продрогли. Без горячей воды я, наверное, просто расклеюсь, рассыплюсь на мелкие части.
Проходя по двору, я заметила корзину с овощами, одиноко стоявшую у стены. На ходу взяла одну морковку— яркую, влажную от недавнего дождя — и невольно вспомнила о своей лошадке, что так бережно доставила меня сюда.
  
Ну что ж… Пять минут ведь ничего не решат, — подумала я, разворачиваясь и направляясь обратно.
Внутри конюшни пахло сеном, влажным деревом и тёплым дыханием животных. Факелы у стены потрескивали, бросая мягкий свет на стойла. Моя кобыла стояла спокойно, опустив голову. Я подошла ближе, чуть поклонилась ей — лёгким движением головы, словно выражая благодарность, — и протянула ладонь с угощением.
— Умница, — прошептала я, поглаживая гладкую шею.
Она приняла морковь с достоинством, лениво жуя, а потом мягко ткнула меня носом в плечо, требуя продолжения ласки. Я улыбнулась — я чувствовала себя так спокойно и хорошо, по-настоящему наслаждаясь жизнью.
И вдруг — тихий, но отчётливый скрип. Деревянная половица, хоть и застеленная соломой, предательски прогнулась под чьим-то весом. Я решила, что это соседний конь шевельнулся, но всё же повернула голову, отвлекаясь от своей лошадки.
— Здравствуйте, лорд Дербиш. Не ожидала встретить вас в конюшне, — произнесла я с лёгкой улыбкой. — Вы у меня ассоциируетесь скорее с теплом библиотеки и запахом старых книг. Надеюсь, не обидела вас этим сравнением.
Я снова повернулась к своей лошади и мягко провела рукой по её гриве.
— Нет-нет, что вы, — поспешно ответил он. — Напротив, я рад вас видеть.
Писарь его величества сделал ещё один шаг вперёд — слишком быстро, слишком близко. Теперь между нами оставалось едва ли полтора шага.
Я всмотрелась в его лицо. Прежней жизнерадостности не было и следа: кожа землистая, под глазами — тёмные круги, а на лбу пролегли глубокие морщины. Синеватая вена под кожей пульсировала нервно и часто, казалось, что он давно не знал покоя. Друг выглядел уставшим, измученным… и чем-то напуганным.
— Я очень рад, что встретил вас именно здесь, — произнёс он, и его рука легла мне на плечо. Прикосновение было грубым, странным — в нём чувствовалось напряжение, словно он пытался удержать моё внимание силой.
— Лорд Дербиш, — я нахмурилась, — вы в порядке? Вам нехорошо?
— Оливия… вам нужно знать, что происходит, — прошептал он, наклоняясь ближе. Голос лорда Дербиша звучал хрипло, почти заговорщически.
Его руки легли мне на плечи — обе сразу, крепко, почти властно. За спиной я ощутила холод дерева: ограждение стойла не давало отступить ни на шаг. На мгновение я почувствовала себя в ловушке. Дёрнув плечом, я попыталась высвободиться, но он не отпустил.
— Что происходит, лорд Дербиш? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, хотя сердце забилось чаще. Его поведение пугало.
— Ваш муж… — он сделал короткую паузу, словно собираясь с духом. — Ваш муж и маги Его Величества устроили настоящую охоту. Охоту на тёмных магов.
Его пальцы вдруг коснулись моей щеки, скользнули по коже — движение было странное, почти ласковое, но от него пробежал холодок по спине.
— Люди вашего мужа получили разрешение короля на любые действия, — продолжал он торопливо, будто боялся не успеть договорить. — Они обыскивают замок, покои господ, даже городские дома. Уже идут аресты. Людей хватают, уводят на допросы…
Я смотрела на него во все глаза, не в силах осознать услышанное. Всё звучало как бред, как нелепая страшилка, рассказанная в полутьме.
— Вы же не думаете, что ваш муж, занимая такую должность, остаётся добрым и невинным человеком? — прошептал он, обхватывая ладонями моё лицо.
Я застыла. Не понимала, чего он добивается — ответа, сочувствия или страха. Его близость была неуместной, а слова — опасными. Но в его глазах пылало что-то такое, что не позволяло ни поверить, ни оттолкнуть его.
— Оливия! — воскликнул лорд Дербиш, и его голос прозвучал почти истерично. — Ваш муж, вместе с магами короля, устроил охоту на таких, как мы!
Он говорил прямо мне в лицо. Его дыхание обжигало щёки, и я почувствовала, как пальцы на моих плечах сжимаются всё сильнее. Он дрожал — не то от страха, не то от ярости — он тряс меня, и каждый рывок будто выбивал воздух из моей груди.
— Лорд Дербиш… — я попыталась говорить спокойно, хоть кровь стучала в висках. — Вы уверены, что всё так однозначно?
— Однозначно⁈ — он тихо рассмеялся, но в смехе звенела боль. — Оливия, нам с вами уже не помочь. Терранс не любит вас настолько, чтобы защитить, чтобы спасти! — прошептал он, и в его голосе было что-то безумное. — Я почти уверен, что вы тоже уже в его списке.
Он притянул меня к себе, обнимая.
Я чувствовала, как холод медленно поднимается от кончиков пальцев вверх, к груди, к горлу — будто тело само пытается защититься, сжимаясь, отступая, скрывая эмоции внутри.
Сердце стучало уже слишком быстро, неровно, болезненно.
Мне хотелось отступить, крикнуть, вырваться, вернуться в городской дом, но тело не слушалось. Я стояла, как загнанное животное, и впервые за долгое время поняла, что действительно боюсь.
 Глава 47 
 ОБМАН ЧУВСТВ 
Руки лорда Дербиша всё ещё лежали на моих плечах, когда он наконец чуть отстранил меня от своей груди. Его пальцы всё ещё дрожали, но хватка оставалась крепкой — слишком крепкой, чтобы назвать её дружеской. В его взгляде отражалась тревога, такая глубокая, что она тут же передалась и мне, поглощая мои чувства.
Я поймала этот взгляд — и ощутила, как где-то под рёбрами зародился холод, растёкся по телу, стягивая грудь тугой петлёй. Воздуха стало мало. Казалось, каждая клеточка моего тела сопротивляется дыханию. Сердце сбилось с ритма, колотилось судорожно и громко, я слышала биение, эти глухие удары в своей голове.
Ладони вспотели, пальцы слегка дрожали. В висках пульсировала боль, а в груди — пустота, будто внутри меня образовалась дыра, засасывающая всё: и звук, и свет, и разум. Мир вокруг стал размытым, голоса — далекими, как под водой. Я не сразу поняла, что стою, прижимаясь к деревянному ограждению, цепляясь за него, чтобы не упасть.
И вдруг — резкий вдох. Воздух ворвался в лёгкие, обжёг изнутри, и я судорожно выдохнула. Всё вернулось: факелы, запах сена, сиплое дыхание лошади рядом и взволнованный взгляд главного писаря Его Величества.
Лорд Дербиш тревожно оглядел конюшню, словно только сейчас осознал, где мы находимся, и что нас могут услышать. Его глаза бегали от двери к стойлам, к тёмным углам, где копошилась тень. Затем он снова посмотрел на меня.
— Оливия, — сказал он тихо, почти шёпотом, — вы уже давно стали мне близким другом.
Он говорил, озираясь, словно каждое сказанное мне слово являлось королевской тайной. А я стояла, всё ещё ощущая дрожь под кожей и ледяную тяжесть в груди, не зная, что делать дальше.
Я всё ещё боролась с паникой, старалась глубоко дышать, успокоить своё сердце, но каждый нерв во мне кричал: беги. Казалось, моё тело знает, что опасность рядом, даже если разум пытается убедить в обратном.
— Вы можете поехать со мной, — шептал лорд Дербиш, всё ближе склоняясь ко мне, будто боялся, что кто-то услышит. — Правда, я уверен, смогу убедить своих друзей: вы достойны помощи. Есть земли, где магов уважают, где признают наши права… наши привилегии.
  
Его голос звучал мягко, почти успокаивающе, но каждое слово только усиливало моё внутреннее напряжение. Я видела, как в его глазах вспыхивает то ли фанатичная вера, то ли отчаяние.
В этот момент всё моё существо будто кричало — уезжай! Инстинкт самосохранения звал, тянул прочь: из конюшни, из замка, из этого брака, который принес в мою жизнь только липкий страх, что прилип к коже.