Герцогиня на службе у Короны (СИ)

— И да, — добавил он с лёгким вздохом, — я попрошу Карла, сэра Артура и даже графа Дюрана присмотреть за ней.
Эти слова прозвучали как заверение, — словно он заранее подготовился к моему возражению.
— Но вы же понимаете, — сказала я, стараясь держать голос спокойным, — что за два дня мы не успеем добраться до ваших земель и отдохнуть, нам сразу же нужно будет ехать назад.
  
Феликс чуть наклонил голову, и уголки его губ дрогнули.
— Не переживайте на этот счёт. Я найду подходящее место. — Он выдержал паузу, а потом добавил: — В часе езды на лошади есть охотничий дом.
Он смотрел на меня, всё ещё ожидая ответа. Я кивнула в знак согласия, и Феликс встал из-за стола. Спокойной и уверенной походкой он подошёл к Эве, которая всё время молча стояла в стороне.
Они заговорили вполголоса. Его слова звучали негромко, и их общение длились дольше, чем я ожидала.
Я заметила, как взгляд девушки стал почти испуганным, а потом — удивлённым. Эва кивнула и, не проронив ни слова, выбежала из комнаты так стремительно, будто за ней гнались собаки.
Феликс вернулся на своё место и бросил на меня короткий взгляд.
— Эва соберёт ваши вещи, — сообщил он ровным голосом, словно речь шла о чём-то совершенно обычном.
Я только сжала губы.
— Скажите, — он чуть наклонил голову, изучая меня. — Час езды вы бы предпочли провести в повозке или верхом?
— Верхом, — ответила я слишком быстро, и, уловив его приподнятую бровь, добавила, чуть осторожнее: — Не беспокойтесь. Я умею ездить в дамском седле, как теперь принято… в соответствии с модой и порядками. Как и полагается даме высшего света.
На миг я задержала взгляд на резном узоре стола, и мысли унесли меня в прошлое. В прошлой жизни я научилась этой «дамской езде» лишь во дворце. Мне казалось, что это очень важная часть этикета. Наш отец не считал нужным учить нас подобным вещам. Подростками мы носились по полям «по-мужски», смеясь и падая в траву. А как только мы выросли, всё изменилось: нас тут же посадили в повозки, потому что так подобает леди.
— Это целый час дороги, — отозвался Феликс, словно прочёл мои мысли. — Если вам будет удобнее ехать по-мужски… никто не осудит. — В его голосе мелькнула насмешка, но без злобы, почти с теплом. — Лучше провести путь с удобством, чем страдать из-за условностей.
Я подняла на него глаза и, мне кажется, уловила в его взгляде и словах заботу. Скрытую, завуалированную, но всё же заботу.
— Я распоряжусь насчёт лошадей и сопровождения, — добавил он, вставая. Его плащ мелькнул в дверях, и я осталась одна, думая о том, что поездка может стать испытанием куда более сложным, чем час пути верхом.
 * * * 
Мы выехали из замка верхом, лишь в сопровождении небольшой группы всадников. Дорога уходила в лес, скрывая нас от глаз обитателей замка. Феликс обещал, что путь займёт не больше часа, и он не солгал. За очередным поворотом лесной дороги открылся вид на каменный дом, возвышавшийся над холмом, словно маленькая крепость.
Это был не просто охотничий домик.
Скорее — загородная резиденция, созданная для того, чтобы отдыхать, приезжать на охоту, или уединяться с природой, всё ещё оставаясь окруженными роскошью. Высокие своды, башен по углам, резные каменные украшения на фасаде — дом больше напоминал уменьшенную копию замка, чем лесной домик. Вокруг тянулась каменная стена, по краям которой я заметила часовых, а над воротами развевался штандарт с гербом.
Рядом с главным зданием выделялся павильон — лёгкий, но роскошный, с колоннами и резными перилами. Его крыша была покрыта зелёной черепицей, блестевшей на солнце, а узорчатые окна сияли, будто стекло в них вставили вчера.
Я замерла, всматриваясь в эту красоту, и холодок пробежал по моей спине. Пазл складывался слишком очевидно: мы по-прежнему находились на территории королевского домена. Это не дом герцога. Это охотничья резиденция Его Величества.
Мысли вихрем пронеслись в голове. Что мы здесь делаем? И почему герцог привез меня именно сюда?
Пока я всё ещё обдумывала, как мы могли позволить себе оказаться в доме, принадлежащем королю, без его приглашения. И я пыталась справиться с этим смятением, тяжёлые двери дома распахнулись, и из них выбежали слуги.
Каждый из них выглядел так, словно встречает хозяина. Все были одеты подобающе, как будто заранее знали о приезде гостей. Они низко кланялись Феликсу, и уже по этому знаку я поняла — его здесь знали, слушались и без слов принимали как хозяина.
Я осталась в седле, всё ещё рассматривая величественные стены, чувствуя странное сочетание восторга и неловкости.
— Это резиденция Его Величества? — шёпотом спросила я, не сводя глаз с башен, что возвышались над крепостной стеной.
Феликс усмехнулся, заметив моё сомнение.
— Да. — Он придвинулся ближе и добавил уже тихо: — Но нам здесь можно находиться.
Я хотела возразить, что значит это но — «но…» — и слова сами застряли у меня на губах, потому что в этот момент массивные двери открылись, и во двор вышли остальные слуги. Их движения были быстрыми и точными, и я поняла: этот дом никогда не пустовал, его берегли и поддерживали так, словно хозяин мог появиться в любую минуту.
Управляющий, худой взрослый мужчина с серебристыми висками, вышел вперёд, поклонился Феликсу и произнёс громко, так, чтобы слышали все:
— Ваша Светлость, мы рады вашему приезду.
Мои пальцы сильнее сжали поводья. Герцог выглядел так уверенно и спокойно, словно был тут хозяином. Он ответил на приветствие слуг. И подошел к моей лошади.
— Позвольте помочь вам спуститься, — сказал он, обращаясь уже ко мне. Его ладонь была протянута уверенно и властно, и я вложила свою руку в его. Муж помог мне сойти с лошади, и, когда я оказалась рядом, представил меня всем, кто ждал на ступенях дома:
— Моя жена, герцогиня Оливия Терранс.
На лицах слуг не дрогнуло ни единой черты — словно для них это была самая естественная ситуация, а никакая не новость. Они поклонились и принялись выполнять распоряжения Его Светлости.
— Отдохните, пока я разберусь здесь со всеми делами, — его голос был ровным, но в интонации сквозила та властная уверенность, которой он умел успокаивать и одновременно подчинять. — А после присоединяйтесь ко мне. Слуги всё вам покажут.
Его пальцы всё ещё удерживали мою руку, чуть дольше, чем это требовали условности. И прежде чем отпустить, он коснулся моих пальцев губами — быстро, почти формально, но при этом так, что у меня перехватило дыхание. Я кивнула, стараясь скрыть смущение, а он уже обернулся к слугам.
— Проводите миледи в её покои, — распорядился Феликс. — И проследите, чтобы ей подали воду для умывания, лёгкую закуску и вино.
Одна из служанок шагнула вперёд, поклонившись, и жестом пригласила меня следовать. Я на миг задержала взгляд на герцоге — он уже стоял, отдавшись привычной деловой сосредоточенности.
 * * * 
Меня повели внутрь. Коридоры охотничьего дома оказались неожиданно просторными: высокие своды, стены, украшенные трофеями — изящное, но боевое оружие, старинные доспехи, гобелены с охотничьими сценами. Всё это выглядело не как временное пристанище для охоты, а как тщательно сохранённая часть великой резиденции.
Воздух был густ с запахом смолы и старого дерева; в нём чувствовалась прохлада камня, и каждый наш шаг отдавался гулким эхом. Позади меня всё ещё звучал голос Феликса — он остался говорить с управляющим. Его низкий, властный тон заполнял коридоры, уверенный, спокойный, как будто хозяином этого дома был именно он.
  
Меня же проводили дальше. Комната, куда меня привели, никак не вязалась с образом «охотничьего домика». Светлая и просторная, с широкой кроватью под резным пологом, тяжёлой мебелью из благородного дерева, с тканями такой чистоты, будто их только что принесли из лучших мастерских столицы. На столике стояли хрустальные вазы с полевыми цветами. Их свежий аромат мгновенно наполнил воздух, и у меня возникло странное чувство: словно эти простые цветы вплетали в роскошь комнат ноту уюта.