Герцогиня на службе у Короны (СИ)
Муж явился позже. Его шаги я услышала раньше, чем увидела, и всё же сердце предательски дрогнуло, когда он подошёл и сел рядом со мной, а не на первую лавку, полагающуюся нам по титулу.
— Доброе утро, ваша светлость, — прошептала я в пространство перед собой, скорее адресовав фразу вглубь зала, чем ему. Слова утонули в пении младших прислужников, будто и вовсе не были сказаны.
Долгая пауза. А затем он повернулся ко мне всем корпусом, не пытаясь скрыть, что проповедь его мало занимает.
— Доброе, — произнёс тихо, но твёрдо. — Ты… хорошо спала?
Щёки вспыхнули румянцем, дыхание сбилось. Тепло разлилось по груди и животу, вызывая ту самую дрожь, от которой я надеялась избавиться ночью.
— Да, — ответила я, опуская глаза в пол и судорожно пытаясь вернуться мыслями к словам служителя, к молитве, к чему угодно.
Служба давала нам право молчать. Мы и молчали. Но его взгляд — внимательный, тяжёлый, — я чувствовала физически. Он будто касался кожи, пробирался под платье, оставлял следы тепла.
Позже, за общим обедом, нас вновь окружала толпа. Делегация с Юга оживлённо обсуждала новости, смеялись, спорили, обменивались тостами. Блюда сменяли друг друга, кубки звенели, слова текли свободно. Казалось, атмосфера была лёгкой и дружелюбной.
Только для меня всё это было пустым шумом. Я сидела рядом с мужем — и никогда ещё не чувствовала себя такой одинокой в толпе людей.
Мужа без конца звали, привлекали к разговорам, но он, словно цепной пёс, держался рядом — не ближе и не дальше, чем на расстоянии вытянутой руки. И только заседание совета позволило мне наконец остаться одной.
Я ещё не успела насладиться этой редкой паузой, как ворвалась Бриджит — словно яркий ураган, сметающий всё на своём пути. Её смех, лёгкая походка, жестикуляция — всё заполняло собой пространство, разрушая тонкие, едва уловимые нити моих мыслей.
— Что у нас сегодня по плану? — игриво спросила она, присаживаясь прямо рядом со мной. — Может, устроим нашим милым дамам ещё один урок изящных манер? А вечером… — она заговорщически понизила голос, — можем снова выпить вина у меня в покоях.
— Прости. — я даже не пыталась придумать оправдание. — Я не очень хорошо себя чувствую. Можешь сама заняться досугом для леди.
Бриджит нахмурилась, чуть склонив голову набок.
— Ты в порядке? — спросила она внимательнее, пристально всматриваясь в моё лицо.
— Да, всё нормально. — я старалась держать ровный голос.
— Герцог, да? Всё эти слухи? — её взгляд стал острее, слишком уж легко она ловила намёки.
— Нет. Нет! — перебила я её, торопливо, почти резко. Меньше всего я хотела обсуждать с кем-то — даже с Бриджит — то, что происходило между мной и мужем.
Она вздохнула, но улыбка осталась.
— Ладно. Но если что… — её пальцы легко коснулись моей руки. — Ты всегда можешь со мной поговорить. Я сохраню твои секреты. И, правда, могу помочь.
Я лишь кивнула, не отвечая. Её доброжелательность была искренней, но каждое слово раздражало, всё из-за моей усталости. Все только и спрашивали меня о сне, о самочувствии, о настроении. Внимание душило, выматывало.
* * *
Этой ночью я долго ворочалась в постели, пытаясь найти ту самую позу, в которой сон наконец настигнет меня. Простыни казались слишком жёсткими, подушка — слишком высокой, и каждый шорох за окном лишь усиливал моё напряжение. Сон не шёл. В голове бились сотни мыслей, перемешиваясь с воспоминаниями прошедшего дня.
Я закрыла глаза и заставила себя дышать медленно, ровно, будто уже сплю. Но тут… в тишине раздался едва уловимый звук. Скрип. Моё сердце подпрыгнуло в груди.
Я напряглась, пальцы сами вцепились в одеяло. Я уже хотела позвать Эву или стражу, как вдруг поняла: звук исходил не из коридора, а из смежной спальни.
Дверь тихо приоткрылась. В полумраке я увидела знакомый силуэт. Феликс.
Он вошёл так бесшумно, что мне показалось — его шаги не касаются пола. Он не стал зажигать светильник. Подошёл к кровати и сел на край. Матрас под его весом продавился, и я невольно скатилась ближе к нему. Ладонь его опустилась рядом с моей головой — стоит только приоткрыть глаза, и я увижу её прямо перед собой.
Я чувствовала его, слышала, как медленно и глубоко он вдыхает воздух. Всё моё тело дрожало, сердце колотилось, но я заставила себя лежать смирно, не позволяла себе шелохнуться. Сделала вид, что сплю.
Он молчал какое-то время. Будто ждал… или раздумывал. Я почти решилась открыть глаза и встретиться с ним взглядом — но в тот же миг услышала его голос. Тихий, низкий, сдержанный:
— Спокойной ночи, Оливия.
Тишина. Ни звука, кроме моего собственного сердца. И шаги — медленные, тяжёлые. Дверь снова скрипнула и закрылась.
Я осталась лежать в полной темноте, сжимая одеяло в кулаках. И только теперь позволила себе вдохнуть глубже.
Глава 21
ПРИНЦЕССА, ПИСАРЬ, ГЕРЦОГ
Утро началось с шёпота. Шёпот в коридорах, шёпот в гостиной, шёпот даже в храме. Слуги, фрейлины, придворные — все словно сговорились говорить об одном: герцог Терранс сопровождал принцессу Элинор в храм.
А вместе с этим поползли и слухи о браке. Мол, союз будет выгоднее, если руку принцессы отдадут не королю, а вельможе из числа старших титулов. Ведь брак с богатым и влиятельным герцогом, например, мог также служить общей цели объединения с югом, но оставить возможности для местной аристократии закрепить позиции.
Отдых я нашла только в саду. В утреннем воздухе, среди росы и благоухания роз. Но и там меня настигли. На этот раз — не слухи, а сама принцесса в окружении своей свиты.
Элинор шла ко мне легко, будто скользила по дорожке, не касаясь земли. Светлое платье струилось за ней, а в волосах блестели драгоценные камни, словно утренние капли росы.
— Ваша светлость, — мягко обратилась она ко мне, — не будете ли вы так любезны составить мне компанию на прогулке?
Я кивнула, и мы двинулись по аллее, вдыхая запах жасмина и свежей травы. Оставляя её свиту позади, но по-прежнему, находясь в зоне видимости.
Принцесса долго молчала, но потом всё же произнесла:
— Мои слуги доложили, что во дворце полным ходом обсуждают нелепые слухи. Якобы моё присутствие здесь может обернуться браком с кем-то, но не с Его Величеством. — Она вздохнула, её тонкие пальцы сжали край плаща. — Слишком много сплетен в этом месте… Я не понимаю, почему все вокруг не могут просто… замолчать. Можно же легко пресечь любые слухи, или просто приказать.
Я посмотрела на неё, на её ясные глаза, в которых сквозило неподдельное раздражение и усталость.
— Всем рот не закроешь, Ваше Высочество, — ответила я спокойно. — Слова — как вода. Они просачиваются сквозь камень, находят дорогу в щели, и чем больше их пытаются удержать, тем быстрее они текут. Я предпочитаю не тратить на это силы.
— Вы на меня не в обиде? Не сердитесь? — тихо спросила принцесса, её голос звучал так искренне, что я невольно повернулась к ней.
— Если бы и сердилась, то уж точно не на вас, — ответила я после короткой паузы. — А на собственного мужа.
Элинор кивнула, будто приняла мой ответ как должное, и её глаза засветились теплотой.
— Ваш муж хороший человек, — сказала она и внимательно посмотрела на меня, словно проверяя мою реакцию.
— Возможно, — я слегка пожала плечами.
— Что вы скажете про моего будущего мужа? — спросила она.
— А вот про вашего будущего мужа… — я выдержала паузу и наклонилась ближе к ней, ведь я собиралась говорить о самом короле. — толком ничего сказать не могу. Несмотря на всю его открытость, уверена: он хитер. И припас для вас не мало сюрпризов.
Принцесса улыбнулась и тихо рассмеялась; её смех был лёгким, почти музыкальным, но слова за ним прозвучали неожиданно серьёзно:
— Я уже слышала слухи о его фаворитке.
Я удивлённо вскинула брови. Девушка пребывала здесь всего два дня — и уже знала то, что обычно осторожно шепчут в углах.