Герцогиня на службе у Короны (СИ)

Я перевела дыхание.
— Поговорите с женой. Откровенно. А если вы волнуетесь — я могу поговорить с Селией. Или даже… — я замялась, но всё же договорила, — могу попросить мужа проследить, чтобы она была под его защитой.
Я опустила глаза, чувствуя, как горечь подступает к горлу.
— Я желаю своей сестре счастья. Честно. — голос мой стал едва слышным.
Форш опустил голову. Его плечи дрогнули — как будто впервые за весь разговор он по-настоящему почувствовал стыд.
  
— Я… не должен был так говорить с вами, — выдохнул он. — Девушке не стоит даже думать о таком. Эти стороны дворца и жизни должны пройти мимо жены герцога. Простите.
— Ничего. — Я ответила сдержанно. — Надеюсь, вам стало легче.
Он долго молчал, прежде чем снова поднял на меня глаза. И в них было что-то другое. Усталость, да. Но и решимость, которой раньше не было.
— Я буду работать. Служить Его Величеству. И когда-нибудь… стану тем лордом, с которым придётся считаться.
 Глава 9 
 БИБЛИОТЕКА 
После такого тяжёлого, перегруженного разговорами дня я без особых колебаний уведомила распорядителя двора, что намерена отужинать в своих покоях. Причина отсутствия была проста и даже трогательна: женское сердце, впечатлённое деловым обедом среди высокородных особ, а затем — и прощанием с мужем, нуждалось в тишине.
Но прежде чем уединиться окончательно, я решила не терять остаток вечера зря, а совместить приятное с полезным — подготовиться к занятию и почитать интересный рассказ. Воспользовавшись своим положением, я направилась в королевскую библиотеку.
Следует сказать: библиотек во дворце было несколько. Некоторые — открытые для знати, другие — закрытые и хранившие древние фолианты, документы, которых не касалась рука случайного читателя. Я ожидала привычного маршрута. Но была искренне удивлена, когда придворный библиотекарь, вежливо кивнув, повёл меня не в те залы, что знала я ранее, а в отгороженное крыло.
— Особая библиотека Его Величества, — пояснил он негромко. — Доступ — только по личному разрешению короля. Имя вашего мужа уже давно внесено в список.
Я приподняла бровь, мне не нужны были редкие или древние книги, как и само посещение особой библиотеки казалось мне излишним, ненужным, но я ничего не сказала. Интерес и любопытство пересилили осторожность и нежелание привлекать к себе внимание.
Залы оказались удивительными.
Это было не просто хранилище книг. Это пространство, полное тишины, смысла и красоты. Читальные комнаты с широкими окнами и особым стеклом, свет, проходя через такое остекление, ложился на страницы мягко, без бликов. Современнейшие светильники, заряженные бытовой магией висели над столами. Выставочные витрины с пергаментами и свитками, словно немые свидетели прошлых времен. Артефакты, реликвии, и, наконец, фрески настенные, высокие, уходящие в своды, изображающие сцены из древних мифов, легенд и историй, которые едва ли рассказывали вслух.
Первым делом я направилась в раздел справочников. Порядок — основа стабильности. Я выбрала книгу регистрации браков королевской династии, охватывающую почти три столетия правления Великого Дома. Каждое имя, дата, союз — кирпичик в политической истории королевства. Рядом взяла том общей истории — не столько из интереса, сколько для освежения памяти. Всё-таки завтра я должна говорить об этом с юными дамами.
Уже направляясь к выходу, замедлила шаг. Пространство библиотеки затягивало и я решила пройтись по залу ещё раз — просто чтобы посмотреть на собранные здесь книги, которые не требуются «по долгу» для моих занятий.
Я всегда знала, а после брака с герцогом и знакомства с его безупречно организованной библиотекой, только убедилась, что книги Ордена Порядка, религиозные своды, трактаты о служении — это прерогатива обеспеченных чиновников, лордов среднего ранга, таких, как семья моего отца. Эти книги доступны, они тиражны, их можно найти в любом храме или академии. Они уважаемы, но не редки.
Истинная роскошь — в другом.
В художественной литературе, написанной по велению сердца, в романах, привезенных из дальних стран, переведённых и переписанных на заказ, с гравюрами и яркими инициалами. В книгах о магии — забытых и запрещённых, но не исчезнувших. В поэмах, от которых бьется сердце чаще, и в балладах, о подвигах великих рыцарей. Такие книги ценились не только за смысл, но и форму: обложки из тиснёной кожи, вставки из дерева, перламутровые застёжки, красочные иллюстрации и гравюры. Такие книги были предметами искусства.
Мне вспоминались разговоры дам при дворе. Одна из них — кажется, баронесса или вдова — якобы продавала редкий любовный роман о рыцаре и леди, написанный в форме дневника и иллюстрированный вручную. Женщины боролись за право выкупить тот единственный экземпляр.
В тихом уголке библиотеки вспоминать об этом было почти забавно — и немного грустно. Люди с деньгами, даже с властью, мечтали заполучить кусочек такого прекрасного мира, а вынуждены были громко продвигать и прославлять лишь одобренную правильную литературу. Грустно, ведь именно вымысел и сказки способны на время отвлечь от проблем.
Как только я заметила стеллаж с легендами и балладами, настроение у меня улучшилось. Настоящая удача. Я оглядела всё это прекрасное собрание, увидела большую, украшенную золотыми узорами книгу с тиснёным гербом на обложке и потянулась за ней. Это была баллада о короле прошлого— великом прапрапрадеде нынешнего монарха, о Карле Великом Защитнике земель, грозном страже границ.
Я уже собиралась открыть книгу, когда за спиной послышалось вежливое покашливание — как похлопывание по плечу, как неприятных стук пальцев о учебную парту.
Я невольно вздрогнула, уже приготовилась услышать скрипучий голос с замаскированными упрёками вроде «вы, наверное, не знали, но стеллаж с трактатами за той полкой, а текст великого ученья там» или что-нибудь в этом духе.
Но, обернувшись, я увидела лорда Дербиша с романами в руках. Он выглядел слегка уставшим, но по-прежнему опрятным, с неизменной улыбкой и внимательным взглядом.
— Прекрасный выбор, миледи, — сказал он, кивнув на книги в моих руках. — Подготовка к завтрашней встрече, смею предположить?
— Именно так, — кивнула я. — Хотелось бы не сесть в лужу перед юными дамами.
— Вы слишком уверенно держите книгу, добавьте строгий взгляд, спокойную интонацию и они поверят любому вашему слову — подмигнул он.
— Ох, обман — это ужасный совет, лорд Дербиш. Я еще взяла книгу для чтения на ночь и пойду, пожалуй, к себе. — я собиралась развернуться на каблуках, и не мешать писарю Его Величества изучать это интереснейшее собрание.
— Кстати, если собираетесь читать на ночь, советую попросить служанку принести вам чашку горячего молока… но обязательно со сливочным маслом на кончике ножа и ложкой меда. Нежнейшего. Всё вместе — лучшее средство для сна и хорошей памяти. Проверено.
— Памяти? — улыбнулась я. — Или желудка?
— Чтение требует хорошей работы всех органов, миледи, — парировал он.
В этот момент его пальцы потянулись к толстому и украшенному золотом тому в моих руках. Он выхватил из моих пальцев книгу о Карле Великом — Защитнике Земель, прежде чем я успела возмутиться, показал мне её обложку.
— Неплохо, правда. Достойный выбор. Но, позвольте… — он сделал паузу, театрально прищурившись. — Внести коррективы в вашу культурную программу.
Я уже представила, как он вручит мне что-нибудь строгое и нравоучительное— вроде «Постулатов Ордена о благородстве и смирении женщины» или «Жития святых покровительниц». Но, к моему удивлению, он остался у того же стеллажа — сказки и легенды. Его пальцы легко скользили по корешкам, словно он точно знал, что ищет.
  
— Есть! — воскликнул он вдруг и протянул мне бледно-голубую книжку чуть больше ладони. Обложка без украшений, страницы — рукописные, без единой иллюстрации.
Я не смогла скрыть лёгкое разочарование во взгляде. Он, конечно, сразу это заметил.