Инженер 3 (СИ)

Скобов кивнул:
— Сделаем, Александр Дмитриевич. Все будет готово.
— Дай Бог, дай Бог! Я на это надеюсь!
Мы вышли из мастерской втроем: я, Савельев и Скобов. Григорий и Петр остались внутри, видимо, начали изучать чертежи и готовить инструменты. Савельев закрыл дверь.
— Артемий Ильич, ключ от мастерской у вас будет? — спросил я.
— У меня, — подтвердил Скобов. — Терентий Савельевич обещал сделать второй ключ у ключника, завтра получу. Буду приходить рано утром, часов в шесть, открывать мастерскую и начинать работу.
  
— Отлично. Тогда до завтра.
Скобов поклонился и направился к воротам. Савельев проводил меня до выхода со двора:
— Александр Дмитриевич, спасибо, что пришли! Я очень рад, что мы начинаем! Это будет большое дело, я чувствую!
— Будет, — согласился я. — Главное не торопиться, делать все качественно. Первая коляска должна быть безупречной, чтобы другие покупатели увидели, ахнули, застыли с открытым ртом и захотели такую же.
— Обязательно! Я прослежу, чтобы все было как надо!
Я попрощался, вышел на улицу. Солнце поднялось высоко, было уже около десяти часов утра. Надо ехать к имению Баранова, проверять стройку мельницы. Но сначала следовало заглянуть в свою насосную мастерскую, убедиться, что там все в порядке.
Я зашагал по улице, думая о разговоре со Скобовым. Паровая карета. Самодвижущийся экипаж.
Идея конечно же, завораживала. Само собой, это сложный проект.
Нужен подходящий паровой двигатель, компактный, мощный, но не слишком тяжелый. Нужна передача от двигателя к колесам, цепная или ременная. Нужна система управления: руль, педали и рычаги. Нужен легкий, но прочный кузов.
Но это все решаемо. Такие машины уже существовали. Значит, и мы можем сделать.
Я улыбнулся, представляя, как еду по улицам Тулы на самодвижущейся карете, а вокруг смотрит народ, разинув рты. Да, это будет эпичное зрелище.
Еще в голове крутились мысли о Елизавете. О ее лице, о ее словах, о прошедшей ночи. Надо написать ей письмо.
Я свернул на узкую улочку, которая вела к моей мастерской. Впереди показались ворота, за ними знакомое здание, длинная деревянная пристройка, где располагалась наша контора
Открыл дверь и вошел внутрь. За столом сидел Семен, мой старший мастер, и что-то писал в толстой тетради, вел учет материалов. Увидев меня, поднялся, поклонился:
— Александр Дмитриевич! Здравствуйте! Не ждали вас так рано!
— Здравствуй, Семен. Как дела? Как там заказ для пожарной части?
— Идет, Александр Дмитриевич. Два насоса уже готовы, стоят в мастерской. Третий собираем, к концу недели закончим. Все по плану.
— Молодец. Покажи готовые.
Мы прошли в мастерскую. Там стояли два медных насоса, цилиндрические, высотой в полтора аршина, с рукоятками для качания, с длинными шлангами. Блестели на солнце, которое проникало через окна. Я осмотрел их, проверил соединения, подвигал рукоятки, все работало плавно и без заеданий.
— Отличная работа, — сказал я. — Качество хорошее. Когда закончите третий, отдадим в пожарную часть. Но только Крылов пусть сразу оформит приемку.
— Хорошо, Александр Дмитриевич.
Я еще немного поговорил с Семеном о текущих делах, проверил запасы материалов, дал указания на ближайшую неделю. Потом вышел из мастерской и направился домой. Надо взять экипаж и ехать к Баранову.
День обещал быть долгим и насыщенным. Но я чувствовал себя полным сил и энергии. Новые проекты и новые возможности. Жизнь в этом времени, в этом месте оказалась гораздо интереснее, чем я думал.
Домой вернулся усталый, но довольный. День только начинался, а уже столько сделано.
Дела крутятся и вертятся. Я уже осмотрел мастерскую карет, договорился со Скобовым и его помощниками, проверил работу в насосной мастерской. Теперь к Баранову проверять стройку мельницы.
Открыл калитку, прошел через дворик к крыльцу. Поднялся по ступенькам, но не успел войти, из-за угла дома выскочил паренек лет пятнадцати, запыхавшийся и взъерошенный.
Я его узнал сразу, Митька, один из крепостных Баранова, который помогал на стройке мельницы. Низкорослый, тощий, с торчащими ушами и веснушками по всему лицу.
Одет в старую рубаху, заштопанную во многих местах, штаны короткие, босиком. Видно, бежал быстро и долго, грудь вздымалась часто, пот тек по лицу.
— Ваше… ваше благородие! — выдохнул он, хватая ртом воздух. — Александр Дмитриевич!
Я повернулся к нему:
— Митька? Что случилось? Ты откуда?
— От… от барина! От Ивана Петровича! — Митька согнулся пополам, опираясь руками о колени, пытаясь отдышаться. — Велел… велел срочно передать! Чтобы вы… чтобы вы немедленно приехали! На мельницу! Там… там беда!
Я выпрямился, сердце забилось чаще:
— Беда? Какая беда? Что случилось?
Митька выпрямился, вытер пот рукавом:
— Не знаю точно, ваше благородие! Иван Петрович только сказал, что нечто неожиданное и неприятное произошло! Велел вам срочно ехать! Я с его управляющим приехал, он по делам в городе на рынке, а меня к вам отправил! Я к вам от дома барина бежал. Думал, ноги отвалятся!
— Ноздрев там? Степан?
— Там, ваше благородие. И Ноздрев Платон Андреевич, и Степан Кузьмич. Все на месте. Иван Петрович тоже приехал рано утром. Как только увидел, что случилось, сразу послал за вами.
Я быстро соображал. Что могло случиться на стройке? Обрушение? Пожар? Кто-то пострадал? Но если бы кто-то пострадал, Митька бы сказал прямо. Значит, что-то другое. Что-то с конструкцией, с материалами?
— Хорошо, — сказал я решительно. — Сейчас поеду. Ты отдыхай пока, зайди в дом, скажи хозяйке, пусть даст хлеб и квас, поешь.
— Спасибо, ваше благородие! — Митька низко поклонился.
Я открыл дверь и впустил его внутрь, сказал Матрене, чтобы накормила. Митька набросился на хлеб с жадностью голодного волчонка, видно, и вправду бежал без остановки.
Я же не стал терять времени. Быстро переоделся в более удобную одежду для поездки, простой сюртук, прочные сапоги. Взял портфель с чертежами мельницы, могут понадобиться.
Вышел из дома, пошел к по улице быстрым шагом. Тут же нашел повозку и помчался в имение.
Время близилось к полудню, на улицах толпился народ. Приходилось лавировать между телегами, пешеходами, стадами скота, которые гнали через город на продажу.
Наконец повозка выбралась за городские пределы. Дорога к имению Баранова шла через поля и перелески. Возница подгонял конька.
В голове крутились мысли, что могло случиться? Самое страшное если обрушился фундамент или одна из стен. Тогда придется все переделывать, а это задержка на месяцы. Или хуже, если кто-то из рабочих пострадал при обрушении. Тогда не только задержка, но и ответственность, судебные разбирательства, компенсации семье.
Или может быть проблема с материалами? Лес оказался гнилым? Кирпич некачественный? Тогда тоже задержка, придется заказывать новые материалы, ждать доставки.
А может, воровство? Кто-то украл материалы или инструменты? В деревнях такое случается, местные мужики считают, что барское добро ничье, его можно взять.
Я не знал, что случилось, но волнение нарастало с каждой минутой.
Наконец впереди показалось имение Баранова. Возница, следуя моим указаниям, свернул с главной дороги на узкую тропу, которая вела к реке, где строилась мельница.
Место стройки показалось впереди. Я увидел знакомую поляну, новую мельницу с возведенными стенами. А возле нее…