Я стираю свою тень 2 (СИ)

— Стреляй туда, — он сунул мне в руки оружие и указал направление, в котором надо вести огонь.
Мое состояние напоминало сильную степень опьянения, пограничную отключению памяти. Серые тени долбодятлов тошнотворно скакали перед глазами, раздражая вестибулярный аппарат. Я поднял оружие. Спасибо модификации, руки держали его уверенно. Огненные полосы раскаленного металла устремились в сторону местной агрессивной флоры. Поднялся вой, от которого заложило уши. Я водил оружием из стороны в сторону, будто красил стену пульверизатором, не отдавая себе отчет, попадаю я или нет. Для моего состояния даже то, что я делал, уже было пределом возможностей.
— Время? — моя Айрис была где-то рядом, но я не видел ее.
— Двенадцать минут.
Это было совсем мало. Я задумался, а когда пришел в себя, то снова бился головой о поясницу Апанасия. Боже, такого перспективного члена отряда, как я, стоило еще поискать. Вся операция лежала на моих плечах.
Я отключился и снова пришел в себя, когда услышал громкий топот ног по металлическому полу. Открыл глаза и увидел железные ступени с ребристой поверхностью. Они выглядели потертыми и блестящими, будто их постоянно терли «наждачкой» по прихоти сумасшедшего владельца шахты. Потом я вспомнил про ветер и решил, что это его проделки. Если мы не успеем спрятаться в здании, то шансы у нас противостоять стихии, полирующей металл, мизерные.
— Время? — снова спросила Айрис.
— Оно закончилось минуту назад, — обреченно ответил Ахатхойя.
Мне стало любопытно увидеть, как начнется смертельная стихия. Я открыл глаза и отстранился от спины Апанасия. Он заметил мое шевеление.
— Живой еще? — спросил он.
— Ага, пока не сдох, — я рвано засмеялся.
— Гордейка, ты как? — Айрис прижалась ко мне.
От нее пахло парами раскаленного металла и первыми воспоминаниями. У меня перед глазами возникла теткина спальня и наша первая ночь. Мне стало страшно, что я вижу картины жизни, как перед смертью.
— Нормально! Чувствую себя ковром, из которого надо выбить пыль. Что там с замками?
— Камила работает. Ей нужно несколько минут.
Легкий ветерок качнул воздух. По волосам пробежала волна статического электричества.
— Началось, — раздался плачущий голос Кунта.
Апанасий развернул меня к стене здания, чтобы самому посмотреть на начало стихии.
— Я тоже хочу, — попросил я его слабым голосом и постучал в ногу.
Он скинул меня с плеча и прижал спиной к стене. Я оперся на ноги, чтобы было не так больно. На наших глазах происходило чудо, которому не было аналогов на Земле. Воздух напитывался пылью, поднимаемой с камней, а она делала его движение видимым. Быстро темнело, а ветер усиливался еще быстрее. Нам повезло, что двери оказались с подветренной стороны. Раздались первые удары поднятых в воздух камешков. Металлический пол под ногами превратился в мощный камертон, от вибраций которого чесались подошвы ног и внутренняя часть ушей.
Ветер становился все сильнее и начал закидывать камни за здания. Я предпочел снова потерять сознание, чтобы не видеть, как ветер превратит нас в пережеванную труху. Очнулся внутри здания. Камила громко плакала.
— Что с ней? — спросил я тихим голосом.
— Камень пробил ей грудь под ключицей и застрял внутри, — Айрис погладила мне мокрые волосы, ставшие такими от потливой слабости.
— А что дальше?
— Ждем броневик, чтобы попасть отсюда в основное здание.
— А он точно будет?
— Да. Осталось десять минут. Продержишься?
— А что мне за это будет? — я решил в шутку поторговаться.
— Ничего. У тебя и так все есть. Просто не теряй это, потому что… — она замолчала. — Потому что мне без тебя будет неинтересно.
— Если я того… просрочусь, — мне не хватило мужества назвать себя мертвым, — заведи себе собаку, бродячую, со сложной судьбой, назови ее Гордеем, заботься о ней и люби.
— Ладно, — Айрис шмыгнула нос и всхлипнула. — Мы вместе заведем собаку.
— Айрис, грузовой челнок на подлете, — раздался голос Троя.
— Отлично, — супруга вытерла слезы.
— Иди, командуй, — отправил я ее. — Я полежу у Апанасия под контролем. Он еще тот нянька, с ним просто так не помрешь.
 
К шуму стучащего камнями в стены ветра добавился звук срабатывающих автоматов стыковочного шлюза. Здание тряхнуло.
— Челнок пристыковался, — сообщил Трой, следящий за процессами.
Не знаю почему, но мне стало так спокойно от его сообщения, будто оно касалось лично меня. Расслабившись, я сразу же уснул или потерял сознание. Очнулся в трясущейся грохочущей тьме. Удары передавались на тело через поверхность, на которой я лежал. Через затуманенный разум до меня дошло, что я внутри броневика. А когда зрение немного привыкло к тьме, я убедился в этом окончательно. Айрис сидела рядом и держала мою руку.
— Обратный отсчет! — выкрикнул Трой. — Десять, девять….
Броневик будто бы перепрыгнул порог и покатился по другому покрытию, подсвистывая колесами по чистой поверхности.
— Один, — произнес Трой.
В темные недра машины плеснул яркий свет из открывшегося грузового проема. Я нашел в себе силы не свалиться в очередной обморок, как никак кульминация всей операции. Может быть и хорошо, что я оказался в ней на запасной скамье, ибо то, что услышал и увидел потом никак не походило на то, как я себе это представлял.
— А ну суки земноводные ласты в гору, мордой в пол, кто шевельнется, мозги вынесу!
Я решил, что Айрис набралась этих выражений из славных фильмов про тяжелые времена постсоветского периода страны.
— Мордой в пол, я сказала!
Сразу несколько стволов изрыгнули пламя. Хотелось верить, что это были наши. К устным угрозам Айрис добавился бас Апанасия, эхом разлетающийся по зданию. Я собрался с силами и выбрался из грузовика, пока его не загрузили новой партией долбодятловского говна. Рядом лежали два релианца. У одного из них из широкого разбитого носа текла серая «юшка».
— Хумичё, — поздоровался я с ними.
— Хумичё тэ, — ответил с разбитым носом.
Апанасий увидел меня и кинулся на помощь.
— Гордей, зачем встал, ты же сейчас свалишься. Куда же тебя пристроить?
Он завертелся на месте, ища для меня укромное местечко.
— Победили? — спросил я у него.
— Еще нет. Часть сбежали за стены, которые из нашего оружия не взять. Камила ищет способ открыть их, но если они закрыты изнутри механически, то это бесполезно.
— Где Айрис? — спросил я, не увидев ее.
— Пошла искать медицинский блок, решила, что здесь может быть и человеческий. Ты неважно выглядишь парень, бледный.
— У меня анемия, — буркнул я.
— В каком-то смысле ты прав, только это анемия от недостатка крови. А вот и Айрис.
Апанасий поставил меня на ноги, придерживая под плечи. Айрис металась у меня перед глазами, будто я вращался в центрифуге и все равно, мне удалось уловить, что она очень сильно расстроена.
— Они заперли все двери изнутри. Камила сказала, что не видит никаких электронных запоров, — моя ненаглядная супруга безвольно села на пол и прикрыла лицо руками. — Я не знаю что делать. Мы не можем добраться до пункта связи и до медблока. К чему все это было начинать? — ее плечи задрожали.
Мне захотелось обнять ее и успокоить, уверить, что все будет хорошо. Я сделал шаг и провалился в никуда. Остатками сознания, я услышал крик Айрис. А потом что-то острое вонзилось мне в вену в локтевом сгибе, и я почти сразу пришел в себя. Зареванная супруга сидела рядом и смотрела на странный прибор с иглой, испачканный в крови.
— Чем это ты в меня ширнула? — спросил я у нее.
— Это какая-то релианская штука для стимуляции жизнедеятельности. Ты умирал и я решилась ввести тебе их препарат. Как ты себя чувствуешь? — она обняла меня, защекотав лицо упавшими на него волосами.
— Лучше, относительно того, что помню. Вы взяли под контроль шахту?
— Еще нет. Не знаю, как заставить их открыть нам дверь.
— У вас есть живые заложники? — спросил я у Айрис.