Рикошет (СИ)

— А сколько пальцев обычно использует Ло? — спрашивает Клео. Мне приходится покраснеть еще сильнее, потому что Клео добавляет: — Не нужно стыдиться. Это просто секс. Как еще мы сможем разобраться во всем этом, если не будем разговаривать друг с другом?
Дэйзи выпрямляется в своем круге, опускает ноги посередине и кладет подбородок на бирюзовый пластик.
— Как ты узнала о сексе? Поппи и Роуз говорили с тобой об этом?
Она звучит немного расстроенной, как будто упустила какой-то монументальный опыт общения с сестрами, будучи самой младшей.
Она ошибается. Поппи никогда не разговаривала со мной, так как была намного старше и проводила больше времени с мальчиками сама, нежели учила нас о них. А Роуз… Я всегда верила, что она осудит меня за то, что я сплю с кем попало. Возможно, я больше всего сожалею о том, что не разговаривала с ней.
Я находила всё в Интернете, порно и журналах сплетен, таких как Cosmo. Википедия тоже помогла. Интересно, если бы Поппи или Роуз поговорили со мной об этом, что-нибудь изменилось бы? Может быть, мне и не было бы так стыдно, но, с другой стороны, может быть, ничего бы и не изменилось. Я никогда этого не узнаю. Как бы мне ни было неприятно даже думать об этом, Клео права. Девушки не должны стесняться говорить о сексе.
— Какая разница, у кого она этому научилась, — огрызается Кэти, прежде чем я успеваю найти подходящий ответ для Дэйзи. — Я хочу побольше узнать о Ло. Вы делали это раком? Я слышала, что так намного приятнее.
— Фу, разве это не в задницу? — съеживается одна девушка. — Это должно быть больно.
— Раком также может быть в вагине, — вставляет другая девушка. — Прикинь.
Втайне я слегка подталкиваю круг Райка. Он покачивается и хватает меня, чтобы не упасть. Я смотрю ему в лицо и шиплю: — Помоги мне.
Он откидывает голову на круг, игнорируя меня.
Я чувствую, что меня оставили на произвол судьбы.
— Я. Тебя. Утоплю, — шепчу я.
Внезапно он садится.
— Пойду принесу еды.
— Я с тобой.
Я подавляю улыбку, и после короткого гребка мы возвращаемся на яхту. Я расстилаю полотенце на одном из шезлонгов и ложусь, чтобы обсохнуть.
Райк промакивает волосы полотенцем и бросает его на соседний шезлонг.
— Ты явно знаешь, как избегать людей. С этим не поспоришь.
— Я стараюсь быть лучше, но некоторые вещи все еще заставляют меня чувствовать себя дискомфортно, — особенно потому, что Ло здесь нет, чтобы помочь мне войти в этот новый, ужасающий социальный мир. Если бы он был рядом со мной, переход был бы более плавным. Я бы не чувствовала себя такой… расстроенной из-за людей. — И как ты можешь не чувствовать себя неловко из-за этого?
— Нужно очень постараться, чтобы заставить меня нервничать. Я не собирался уплывать от них.
— Ты только что это сделал.
— Потому что ты меня об этом попросила.
Он опускает ноги на палубу и садится лицом ко мне, пока я расслабляюсь в шезлонге.
— Значит, ты серьезно остался бы там, пока я описываю секс с Ло? — недоверчиво спрашиваю я.
— Ты забываешь, что я фактически видел, как он тебя лапал, — напоминает мне Райк. Да, теперь я вспомнила. Когда Райк впервые встретил Ло, это произошло при странных обстоятельствах. — Я специализируюсь на журналистике. В моей профессии меня не могут отталкивать странные или неудобные ситуации. Я просто должен, блядь, смириться. И это то, в чем я был довольно хорош большую часть своей жизни.
Я думала, что эта поездка многое изменит. Заставит меня противостоять своей неуверенности и, в конце концов, укрепит мою уверенность в будущем. Я никогда не думала, что это поможет мне понять призрачный таинственный образ Райка Мэдоуза.
— Эй, — Дэйзи взбирается на палубу с полотенцем, обернутым вокруг талии. Она садится на шезлонге напротив меня и прижимает к груди декоративную подушку, прикрываясь ею, в то время как Райк остается сидеть между нами.
Мой желудок сжимается.
— Твои подруги тоже сейчас поднимутся?
Я боюсь увидеть толпу девушек, заполонивших палубу и выпытывающих больше подробностей о моей сексуальной жизни.
 
— Нет, они сказали, что хотят остаться там еще немного, — мгновение она смотрит на свои пальцы ног, её ногти выкрашены в бирюзово-голубой цвет. — Я извиняюсь за них. Я не знала, что они будут тебя доставать. Все равно это глупо.
— Что глупо? — спрашиваю я.
— Секс. Кого волнует, сколько пальцев парень засунул в Кэти?
Мне очень, очень не хочется говорить об этом в присутствии Райка, и я вижу, что он прикусывает язык. Он явно хочет что-то сказать, но ему нужно задержать это внутри себя на две секунды. Пожалуйста. Возможно ли это вообще?
Она уточняет, прежде чем я успеваю ответить.
— Я могу назвать три вещи, которые лучше секса. Люди делают вид, что это какой-то потрясающий опыт, а в конце концов это просто супер убого.
Райк с любопытством потирает губы. Не клюй на ее наживку, убеждаю я, широко раскрыв глаза, но он не смотрит на меня.
— Какие три вещи?
Дэйзи скрещивает руки на груди, готовясь к ответной атаке. Он всегда так делает. Я должна покончить с этим до того, как оно начнется, но я вижу, как начинается их битва, и мне очень не хочется попасть под перекрестный огонь.
— Кислород, шоколад и свободное падение. Вот так.
— Секс определенно лучше шоколада, и Лили убедительно докажет тебе, что он более нужный, нежели кислород. А когда ты была в свободном падении?
— В прошлом году я впервые прыгнула с парашютом.
Он кивает.
— Ладно, не хочу тебя огорчать, но секс в десять раз лучше прыжков с парашютом.
— Нет, это не так, — возражает она.
Райк слегка наклоняется вперед.
— Тогда тот, кто трахал тебя, делал это неправильно, милая.
Ее щеки пылают, краснеют, но не так сильно, как мои. Слава Богу, я бы никому такого не пожелала.
— Нет неправильного способа заниматься сексом, — парирует она.
Райк смотрит на меня в поисках поддержки в этом вопросе, как будто я секс-гуру. Наверное… Вроде как я и являюсь им. Я закатываю глаза и тяжело вздыхаю.
— Может быть плохой секс, — говорю я ей. — И вполне возможно, что парень был не очень хорош.
— Я почти уверена, что он был так же хорош, как и любой другой парень.
— А у тебя есть другой опыт, с которым можно сравнить, или ты была с одним парнем и всего лишь раз? — вмешивается Райк.
Дэйзи смотрит на него твердым, непоколебимым взглядом.
— Один раз, но все же, я не могу представить, чтобы это было лучше, чем то что я назвала.
— Тогда позволь мне спросить тебя вот о чем, — продолжает Райк. Я хочу остановить его, но каждый раз, когда я открываю рот, чтобы вмешаться, он говорит и прерывает меня. — У тебя вообще был оргазм?
Дэйзи хмурит брови, пытаясь вспомнить.
— Я… Я не знаю.
— Значит не было, — говорит Райк.
Он натягивает свои очки на голову, чтобы она могла видеть его глубокие карие глаза, в которых плавают медовые крапинки. На самом деле похоже, что он пришел с миром. И это очень мило. Но все же ему не следовало ни с кем разговаривать. Что он сказал мне перед тем, как она поднялась сюда — о да, что очень немногое смущает его. Может быть, в этом и есть проблема!
У меня вылетело из головы прервать их и закончить этот крайне неловкий разговор. В основном потому, что моя сестра, кажется, не думает, что это так уж неловко, и последнее, чего я хочу, это смущать ее или обращаться с ней как с ребенком. Я уверена, что наша мать делает это достаточно часто.
— Но я была… — она замолкает в раздумье.
— Мокрая?
— Да… — тихо произносит она. — …Подожди, нет, не была.
Глаза Райка сузились, внезапно он разозлился.
— Это был твой первый раз?
Она кивает и пожимает плечами.
— Это неважно.
— Это, блядь, важно, — говорит он ей. — Какой мудак войдет в девушку в первый раз, не возбудив ее предварительно? Наверное, было чертовски больно.