А отличники сдохли первыми – 3: снова в школу. Часть 2 (СИ)
— Где⁈
— Да вон внизу…
— Баджер!
— С-сук… — Послышалось снизу знакомое шипение.
— Чего-о⁈
Пока гневная Майка торопливо сбегала по лестнице к своему благоверному, Кира проводила её знакомой усмешкой:
— Давай-давай… Разберись, чё там за рыба к нему присосалась… — И девчонка тут же вернулась к расспросам. — А чё, без песен до этой Камчатки никак не добраться?
— Да мы вон на буксире доплыть хотим… Надо было крабов прогнать…
— Песнями⁈
Судя по всему Белла лишь еле заметно кивнула. И кира перевела ствол в сторону корабля:
— Этот буксир?
Справившись с мокрыми штанами Харда, мы с ним тоже присмотрелись к приставшему к пирсу судну. С висящих по периметру покрышек в воду шлёпнулась ещё пара полудохлых головастиков и отвалился небольшой кусок сморщенной плёнки. А возвышавшаяся над бортами светло-серая кабина уже полностью освободилась от этого мерзкого покрытия, хотя тоже была густо измазана в какой-то слизистой дряни — как и вся палуба. И хотя других признаков жизни на кораблике больше заметно не было, со стороны моста он наверняка всё ещё походил на на кусок чего-то плавучего, но точно не на буксир.
— Ну он вроде как на ходу. И заправлен. Только почистить немножко осталось… Тут плыть прям совсем чуть-чуть! Давай пока за папой сходим?
— Да давай… Они нас точно дождутся?
— Баджер! — Снизу снова послышался резкий крик Майки. И ещё пара звонких пощёчин.
Но когда я приблизился к подножью лестницы, обойдя завалы рыбьего фарша, то увидел там совсем не сцену подростковой ревности. Растолкав ведьмочек и продолжая хлопать паренька по щекам, Майка, похоже, пыталась вернуть его в сознание. Во всяком случае, тот совсем не сопротивлялся.
— Каровь у него не токтойт! — Держа в руках какие-то окровавленные тряпки, Лайла повернулась с ними ко мне, запинаясь от волнения. — Не осотановишь совсем, Би! В обоморок упал!
— А бинты уже ёк… — Грустно добавила Амина, смущённо комкая опустошённую аптечку.
Остальные девчонки тоже чуть посторонились. И, виновато переступая на своих ходулях, открыли моему виду пострадавшего паренька.
Толстый слой бинтов покрывал уже почти всю раненую голень. Но широкие тёмные пятна продолжали медленно проступать на чистой белой поверхности.
— И чё, у вас больше ничего нет⁈ — Майка подняла на нас глаза, уже полные слёз.
— Дома есть! — Встрепенулась Альфия. — Я щас!
— Погоди… — Остановив её жестом, я присел рядом с побледневшим пареньком и проверил пульс. — Ему переливание уже нужно, а не бинты.
— Переливания у нас дома, наверно, нет…
Подняв глаза от раненого, я встретил встревоженный взгляд Рикардо:
— В Камчатке наверняка смогут помочь… Там же есть медики и всё такое…
— Других вариантов нет. — Просунув руки под тело Баджера, я поднялся с ним на ноги и указал Харду на завалы из дохлых миног. — Make way!
— Вы куда⁈ — Майка тут же вкогтилась в своего парня не хуже иной миноги.
— К врачам. И ты туда с нами. — И я кивнул ей на Харда. — Помоги расчистить!
Девчонка глянула в указанном направлении, разглядела буксир в сгущающихся сумерках и быстро кивнула, смахнув слёзы. Вместе с норвежцем они тут же принялись оттаскивать рыбьи туши с моего пути, пока я осторожно перешагивал вместе со своей ношей через менее крупные ошмётки.
— А вы чего⁈ — Заметив, как ведьмочки вдруг замялись, я даже немного на них прикрикнул. — Чего стоим⁈ Помогайте!
— Би, там же это… — Лайла продолжила как-то странно смущаться. — На букусире…
— Что там⁈ — Мне было уже совсем не конспираций.
Девчонка перешла на шёпот:
— Там вазарывщатка…
— Что⁈
— Ты же сам её сделал… — Альфия тоже кивнула в сторону буксира. — И нам сказал туда положить… Мы так всё и сделали…
Сверху снова послышался бодрый голос Киры:
— Эй там! Мы пойдём за Шутником пока сходим! Нас подождите! — Высунувшись над перилами она присмотрелась к нашей торопливой процессии. — Опа… А за что вы его на руках теперь носите?
— Он умирает!!! — Всхлипнула в ответ Майка.
— Баджер? Он разве это умеет? Ты проверь, может просто тебя испугался…
— Да ну тебя, дура! — Огрызнувшись в сторону подруги, Майка схватилась за очередную рыбью голову у меня на пути и с рычанием потащила её сдороги. А Хард поволок вторую половину этой миноги в другую сторону.
— Блин… Дело серьёзное, походу… — Кира обернулась к Белле. — Ты тогда с ними?
— Ох… — Выдохнула морячка, наблюдая за нашей торопливой погрузкой на борт. — Чё же делать…
Хард к этому моменту уже добежал до судна, походя раздавил там головастика и, уцепившись Фенриром за борт, начал медленно подтягивать кораблик ближе к пирсу
— Я могу им короткий дорог показать. — Снова зашептала рядом со мной Лайла. — Если всё отменяешь…
Ещё миг — и я был готов взорваться вопросами о том, что же такого я отменяю, почему на борту буксира взрывчатка и какого чёрта они теперь шепчут.
Но голос Киры снова меня опередил:
— Слушай, Белка… А вы точно хотите на этом в Камчатку плыть?
И, лишь мельком снова глянув на буксир, я сразу увидел причину её недоумения.
Широкий кусок сморщенной плёнки, попавший под серп Фенрира, плавно сполз в воду. И открыл размашистую надпись, сделанную ярко-алой краской вдоль всего борта:
«Камчатка — дно! Говнарей на ножи!»
И чуть ниже, прямо поверх трафаретной маркировки «МТК-505», было выведено уже чуть более аккуратно:
«Питония рулит!»
Глава 25
Питония рулит
— Только не говорите мне, что краска у вас тоже дома…
— А что тогда говорить? — Кажется, Альфия сейчас поинтересовалась у меня совершенно искренне. Уверен, если бы она сняла маску, то передо мной оказалась бы девчонка, которую внезапно пытаются отчитать за идеально выполненное задание. От такой несправедливости у неё явно начал подрагивать голос.
И я поспешил успокоить её и остальных окончательно растерявшихся ведьмочек:
— Ладно, всё правильно сделали. Просто… — Сказать о том, что обстоятельства немного изменились? Нет, ни к чему. И я просто чутьподкинул тело паренька на руках. — Просто он тяжелее, чем я думал.
Казавшийся поначалу невесомым Баджер и правда начинал оттягивать руки всё сильнее с каждой секундой. Или беготня предыдущих дней наконец-то начинает сказываться на работе истощённых мышц…
— Keep it steady, Hard. — Я занёс ногу над промежутком между пирсом и перепачканным бортом.
— Йа… — Норвежец сжал челюсти и упёрся ногой в причальный кнехт. А серп Фенрира надёжно ухватился за навешенные на борт покрышки.
— Здесь. Постелите что-нибудь. — После моего кивка на заляпанные слизью мешки, уложенные между кормой и рулевой кабиной, Майка тут же принялась стягивать с себя мотоциклетную куртку — точно такой же красно-чёрной расцветки, как у её друга.
— Би, это она… — Перескочив на борт следом за нами, Лайла опять перешла на шёпот, который всё равно слышали все присутствующие. Почему-то при этом она тайком указала в сторону суетящейся девушки.
— Кто «она»?
— Вазарывщатка…
Услышав её, Майка замерла на месте. Я шагнул ближе к ней:
— Не на пол же его бросать. Стели.
— Взрывчатка⁈ — Белла уже успела спуститься. И позади неё Кира тоже уже аккуратно перешагивала через рыбьи завалы, с любопытством крутя головой по сторонам. — Вот, значит, о чём Марсель говорил!
Уложив паренька на сыпучую смерть, я обернулся к ним и на секунду прикрыл глаза, делая глубокий вдох…
Даже аромат просроченных консервов, который источали вездесущая слизь и останки гигантского паразита, не мог скрыть запах, с которым у меня, похоже, многое было связано. Порох.
Какие-то всё ещё разрозненные, но явно не столь давние воспоминания вспыхивали отдельными картинками — словно ёлочная гирлянда, обвивающая сознание. Но как-то сильно они похожи на то, что я пережил за предыдущие несколько суток. Тоже эти мёртвые многоэтажки, вечно серые небеса и холодный влажный ветер. И целый ворох «контрактов», заполненных аккуратными печатными буквами. Кажется, в нескольких из них как раз нужно было найти тот или иной необходимый ингредиент…