Отморозок 2 (СИ)

— Тот парень свой бой выиграл у более опытного противника, выступавшего на турнирах не один раз. Ставки были три к одному против пацана. Наш человек проиграл там три сотни. Но интересно даже не это. Я вчера сам поговорил об этом парне с Абрамычем, и выяснил, что рекомендовал пацана бывший боец, выступавший на этих вечерах по имени Тима. Ничего особенного, хороший боксер, но звезд с неба явно не хватал. Так, крепкий середнячок. Так вот, этот Тима поставил на парня крупную сумму в три тысячи рублей, и естественно, взял куш в этот вечер. Абрамыч говорит? что Тима таких денег никогда не имел. Значит, он взял деньги у кого то под этот бой, и следовательно, он был уверен, что его протеже бой выиграет. Так и случилось.
— Думаешь, был договорняк?
— Нет, это вряд ли. — покачал головой Виктор — Абрамыч бы договорняк просек, ему такая подстава не нужна. Узнают люди, ему голову оторвут за такие игры. Так что тут, скорее всего, все чисто. Но, есть еще одна интересная деталь. Этот парень, который выступал от Тимы, еще школьник.
— Школьник⁈
— Да, тот сам так сказал. Сказал, что заканчивает школу, и скоро у него выпускные экзамены. Абрамыч, поначалу даже хотел снять его с боя, чтобы не было проблем, если парня покалечат, но Тима уболтал Абрамыча гарантировав, что все будет в порядке.
— А как звать этого-то этого школьника?
— Абрамыч говорит вроде Юра. Выступал он под прозвищем Отморозок.
— Отморозок?
— Да.
— Очень говорящее прозвище. Все интересней и интересней. — Вахтанг Отаевич задумчиво потер переносицу — Получается наш парень, очень сильный боец, раз под его бой, этот Тима, уверенно ставит чужие деньги. А если он сильный боец, и Марина к нему неровно дышит, то он вполне мог свернуть шею Нукзару, если предположить, что они где-то пересеклись. Но тут возникает один вопрос. Я поверю еще, что школьник, если он весь такой талантливый, мог свернуть Нукзару шею в драке. Но, что он потом, смог так грамотно избавиться от тела, и не оставить при этом следов, у меня уже вызывает сомнения. Может просто совпадение?
— Я тоже об этом думал — Виктор осторожно предположил — а если ему помогли? Ну, тот же Тима, например.
— Разузнай-ка ты мне побольше, и об этом школьнике, и о Тиме.
Я почувствовал за собой слежку. Ничего особенного, но какое-то легкое чувство дискомфорта. Я уже давно взял себе за правило замечать все, что делается вокруг меня. Новые машины, появляющиеся у нас во дворе. Незнакомые люди, часто попадающиеся мне на пути. Уже два дня, я вижу неприметную двойку жигули — универсал кофейного цвета с номерами 40–52 рдя. До этого, я никогда не видел ни эту машину, ни ее водителя — юркого светловолосого мужичка лет под сорок, ни его спутницу, абсолютно ничем не выделяющуюся бабу с жирными волосами, забранными сзади в мышиный хвостик. Теперь эта машина, или один из ее обитателей, частенько ошиваются где-то там, где бываю я. Первый раз я заметил незнакомую машину, выбегая на обычную побежку, рано утром. Она просто стояла у тротуара, неподалеку от моего дома, в ней дремал мужик, прикрыв лицо надвинутой на лоб кепкой. Я, тогда пробегая мимо, отметил новую машину, которую здесь прежде никогда не видел. Это не сложно, в восемьдесят четвертом году, дворы отнюдь не переполнены машинами, и при небольшой наблюдательности, можно очень быстро узнать все машины, которые появляются в ближайшей округе от твоего места проживания. Машина и машина, мало ли кто, и зачем сюда приехал рано утром. Второй раз эту же машину, я увидел уже у школы, когда мы со Славкой выходили из школьного двора после окончания занятий. Да, я теперь не провожаю Лену домой, она напрочь отказывается со мной общаться и делает вид, что меня вообще нет. Мои попытки как-то объясниться, были много раз проигнорированы. Она демонстративно проходила мимо, или отворачивалась к подруге, делая вид, что очень увлечена разговором. Ну и ладно, я же хотел как-то закруглить наши отношения, жаль, что это получилось именно так, но может оно и к лучшему. Да и не о Лене сейчас разговор, хотя мне внутри, очень не по себе от такого разрыва.
  
Так вот о машине, появление ее повторно, в новом месте моего пребывания было уже звоночком. Я насторожился, и стал более внимательно сканировать окружающую обстановку. Вычислил двух людей, слишком часто появляющихся рядом со мною в разных местах. У моего дома, у школы, на тренировках по самбо и у меня в зале. Может, был и кто-то еще, но я пока его не засек. Тут два варианта, либо это менты, либо приятели Нукзара. В ментов я мало верю. Специфику слежки ментов, я немного знаю, там работает пара бригад, и машин больше и людей в бригадах тоже больше, они часто сменяют друг друга, чтобы не примелькаться. Да и не так-то просто пустить ментовскую слежку за обычным человеком, тем более за несовершеннолетним школьником. Нужно много согласований, и к том уже, очередь на слежку пробить очень трудно, так как объектов слежки много, а бригад мало. Да и не наследил я так, чтобы вызвать интерес к себе ментов, в этом я совершенно уверен. Приятели Нукзара, а точнее его неведомые боссы, более вероятная версия. Вот как только они могли на меня выйти. Через Марину? Я с ней не встречался с того злополучного вечера в ресторане, даже не звонил, так был зол на нее. Хотелось, конечно, сказать ей пару ласковых, за ту выходку, но я сдержался. Ведь она не виновата, что ее задело мое появление в ресторане с девушкой. Значит, для нее наше общение нечто большее, чем просто хороший трах. Меня легко могли срисовать именно в ресторане, во время нашего представления. А что, это версия. Марина обращалась к кому то за помощью, и этот кто-то имел возможность воздействовать на Нукзара. Потом, после этого обращения, Нукзара и его машину находят сожженными за городом, и эти кто-то логично связывают обращение Марины и его смерть. Наша сцена в ресторане не была очень скандальной, но от внимательных глаз, которые вполне могли быть пущены за Мариной, она не могла укрыться. В тот я вечер был в расстроенных чувствах, и мог не понять, что ко мне кто-то приклеился. Я тогда долго бродил по городу и даже знатно оторвался на каких то придурках, которые хотели до меня докопаться. Если это видели, то это плохо, потому что легенда о доходяге школьнике летит к черту. Тому же буквально через пару дней, я дрался на тотализаторе. Там было много разного народа и там меня тоже вполне могли срисовать те, кто видел меня в ресторане. Как бы то ни было, мной кто-то явно интересуется. Прямых доказательств против меня нет и быть не может, если только Марина меня не сдаст, но думать об этом, вот прямо не хочется. Но надо бы с ней пообщаться по любому, чтобы пробить на вшивость и предупредить если она не причем. Что делать тут совершенно понятно. Я простой советский школьник, вот и вести себя надо как школьник, побольше дурковать и поменьше давать пищи для размышлений о несоответствии своих поведения и возраста.
Деньги, полученные за победу на тотализаторе, плюс проценты со ставки, все это вместе составило тысячу двести пятьдесят рублей. Огромная, по здешним меркам, сумма. Я не собирался ее никак светить и расходовать. Наоборот, своими следующими выступлениями на боях, я собирался ее сильно приумножить. Мы с Тимой в первый раз сделали ошибку. Не стоило Тиме самому ставить деньги. Это привлекло к нему внимание. А с другой стороны, привлекать в нашу схему еще кого-то постороннего тоже рискованно. Кто попало, на такие бои не попадет, нужно иметь рекомендацию от нужных людей и соответствующую репутацию. Где взять такого доверенного человека? Да и нужно будет думать, как потом вывезти этого человека с выигрышем, после окончания боев. Тима правильно не доверяет Абрамычу и его людям. Значит, и дальше будем это делать только сами, без привлечения посторонних.