Анахорет (СИ)

— Олег, - прошептала Имма.
Переключилась в режим теплового зрения и первый отряд слился с местностью, исчез, в отличие от второго и пятен крови, а также словно бы змей. Мгновение спустя Олег сообразил, что это выпущенные кишки и его немного замутило.
— Холоднокровные? - спросил он.
Бляшка развернулась, зависла, увеличивая изображение видео. Имма переключила очки в обычный режим, демонстрируя первый отряд и подсвечивая "необычные моменты". Впрочем, даже без ее подсветки, Олег смог бы отличить голые кости от обычного тела, равно как и распознать гниющую, нет, уже умершую плоть.
Он не верил своим глазам, но не мог не верить камере и сканерам, беспристрастной технике. Находившиеся перед ними были мертвы по всем обычным меркам, но они двигались, сражались, резали живых, разве что не впивались в них зубами, в отличие от дрянных фильмов и не выли "Мяусо!" и "Маузги!"
Нежить!
Нежить, преследующая людей и убивающая их, загнала живых в ловушку и собиралась хладнокровно, да, буквально хладнокровно прикончить! Олег не пошатнулся, но шаг все же замедлил, а вот мысли его ускорились, заметались, в попытках решить, что делать, ведь решать требовалось практически мгновенно.
Он мог уйти, и никто не осудил бы его, так как никто и не видел Олега, а даже если бы увидел, то вскоре не осталось бы живых, чтобы о том рассказать. Нежить не проявляла каких-то гениальных навыков владения оружием, отряд пер вперед, пытаясь атаковать и не слишком обращая внимания на защиту. Возможно, из-за замедленности движений или мышления, если оно вообще имелось у нежити, но один из десяти, в лучшем случае, прибегал к попыткам блокировать вражеский удар. В то же время, остатки одежды и ржавые кольчуги давали нежити защиту, из ран не текла кровь, их явно не останавливала боль и так далее.
Все как в книгах и фильмах, только вживую.
С таким замедленным движением и соображением оставалось только удивляться, как они вообще догнали живых, но Олег моментально нашел ответ. Что бы ни давало мертвой плоти подобие жизни, оно же наделяло ее неуязвимостью и отсутствием необходимости в отдыхе. Да, может быть среднестатистический скелет или зомби шагал медленнее, но делал он это двадцать четыре часа в сутки, а живые так не могли. Живым требовался отдых и сон, они хотели пить и есть, и в итоге свернули не туда, оказались в каменном тупике. Возможно, что и в эти безжизненные скалы они полезли от отчаяния, желая стряхнуть погоню со следа, но тем самым лишь помогли нежити.
Уйти и скрыться, нежить его не найдет, а если найдет, то пожалеет!
Да, теперь он узнал, что где-то есть люди - внешне не особо отличающиеся от землян, кстати - и что есть нежить, невесть откуда взявшаяся и непонятно как двигающаяся. Олег мог выдвинуть десяток предположений, начиная с того, что это не нежить, а робомуляжи, но он помнил о панцирных волках. Очевидно, в новом мире имелось нечто, позволяющее подобные вещи и поэтому нежить пока что стоило принять, как есть.
Равно, как и тот факт, что они хотели убить людей. Бойцы второго отряда тоже не блистали мастерством, пошатывались, промахивались, то ли от усталости, то ли по какой-то другой причине. Их было меньше и то и дело кто-то получал рану или падал убитый, и оборона еще не рухнула исключительно благодаря одному бойцу. Молодой парень, лет двадцати или около того, орудовал мечом и подставлял его под удары нежити, двигался с нормальной скоростью, не покачивался, сносил головы и нежить не замирала, но терялась и начинала двигаться вслепую, мешая своим же. В левой руке его сверкал кинжал, и боец то и дело проводил выпады, целясь куда-то в грудь нежити, словно там еще билось сердце.
Попасть было не так легко, но в случае удачного удара тела и скелеты валились и больше не вставали.
— Куцу хор цеах! - заорал тот, словно пытаясь отпугнуть нежить.
Или воодушевить остальных бойцов, но возглас не помог. Обороняющиеся вынужденно пятились под натиском нежити, поднимались все выше, туда, где женщины и дети, и какие-то раненые безуспешно пытались вылезти из тупика. Несколько тел рухнули, одна из женщин сразу размозжила голову, другая заорала, хватаясь за сломанную ногу. Попытка построить лестницу из тел и забраться не принесла успеха, и один из раненых вдруг повернулся, ринулся к нежити, пытаясь схватить на ходу камень.
 
Не вышло, споткнулся и покатился, но все же сумел сбить парочку зомби, и молодой боец не упустил шанса, ударил и кинжалом, и мечом, даже попробовал оттеснить нежить, но не вышло. Копье и пара топоров ударили в раненого, нежить барахталась, натиск ослабел на считанные секунды, но и только.
Олег вдохнул и выдохнул, ощущая тяжесть внутри.
Да, он сбежал от людей, не хотел их видеть и не общаться, но все же не был маньяком и социопатом! Помочь, отбиться и исчезнуть, скрыть следы, благо вокруг камни. Да и то сказать, подумал Олег, если там волки, а тут нежить, то вообще удивительно, что люди еще как-то выживали в этом мире. Внутри что-то дополнительно захолодело, словно предстоял неприятный разговор - там волки, а тут нежить и он посредине? Посредине необитаемого края, и вот они, причины, идут в атаку!
— Фарцуаф! - выкрикнул молодой, кидаясь в отчаянную атаку.
Сразил троих и сам получил удар топором в плечо и мечом в бок. Меч не выдержал и сломался, но обломок остался в ране, полученной бойцом. Кинжал его дотянулся и сразил еще одного скелета, но ясно было, что вот теперь секунды жизни людей действительно сочтены.
Олег рванул вперед, уже не думая, так как и без того потратил слишком много времени на сомнения и колебания. Он знал, что пожалеет о своих раздумьях, как пожалеет и о том, что спас людей, но это будет потом, после спасения! Если он успеет. Если.
Олег бежал с максимальной скоростью, бросил попытки вытащить оружие, оно только мешало. Вдохи и выдохи в полную силу, руки и ноги так и мелькали, и единственной мыслью его было - не споткнуться! Не упасть! Нога толкнулась и тело перелетело через расселину, приземлилось и тут же помчалось дальше, зная, что время думать о вывихах и переломах придет потом.
Повинуясь мысленной команде, бляшка пошла ниже и левее, развернулась, чтобы поймать самого Олега в камеру и дать ему сверху общую картину происходящего. Сопротивление и правда рухнуло, нежить ускорилась, разя бойцов, и оба отряда сливались воедино, поднимались к тупику, под визги и крики, плач детей. Некоторые, подобно раненому, кидались в самоубийственные атаки, нежить разила, топтала, продвигалась и Олег, который изначально появился бы сбоку, теперь оказывался у них в тылу.
Следовало бы что-то крикнуть, не для нежити, конечно, мертвых не напугаешь, а чтобы себя подбодрить, но вместо этого из горла Олега вырвался какой-то хриплый рокот. Он выбежал в нужную точку, толкнулся телом от выступающего камня и побежал наискось по довольно крутому склону и врезался прямо в тыл отряда нежити. Несколько зомби и скелетов полетели вперед, повалили своих товарищей, но не всех, так как оборона людей за это время уже рухнула и нежить рассыпалась, добивая всех тех, кто еще пытался шевелиться.
— Получайте! - гаркнул Олег, выхватывая дробовик.
Удар в зомби позволил ему самому остановиться, и он оказался в идеальной позиции - если забыть о том, что живых уже почти перебили благодаря его промедлению, и только поэтому он мог стрелять, не боясь зацепить упавших. Зомби и скелеты разворачивались, среди них оказалась еще какая-то нежить, тоже человекообразная, но иная, Олег не взялся бы сейчас выразить это знание словами, лишь смотрел, словно застыв и ощущая идущий от этой новой нежити холод.
— Обнаружено негативное воздействие на разум, - горячо шепнула Имма, отгоняя холод. - Воздействие нейтрализовано.
И Олег отмер, успел испугаться - у волков прочность, у нежити холод или тоже прочность? - и выстрелил. Горсть шариков с зарядами нестабильной плазмы вылетела и ударила в нежить, взорвала ее, подожгла и отбросила. Во все стороны полетели кости и куски мертвого мяса, Олег выхватил припасенную для волков сеть из кастеновых нитей и швырнул вперед, активируя в броске. Сеть накрыла самую большую группу, начала стягиваться, нежить барахталась, пыталась подняться и разорвать нити, но вместо этого только резала сама себя. Нежить не ощущала боли и страха, попытки продолжались, и группа резала сама себя.