Чужак из ниоткуда 5 (СИ)

— Конечно, включайте видеосвязь. Заодно и я на вас посмотрю.
На экране возникло симпатичное мужское лицо до тридцати. Земных лет. Гарадских, возможно, и больше. Лицо обаятельно улыбалось.
— Здравствуйте, — ещё раз произнесло лицо. — Это я.
— Здравствуйте, — сказал я. — О чём разговор?
— Не по коммуникатору, Сергей Петрович.
— Даже так?
— У нас всегда так, — Эйрено продолжал всё так же обаятельно улыбаться, но мне его улыбка почему-то не внушала доверия.
Нет, она не казалась фальшивой. Вполне искренняя улыбка. А, вот оно что. Слишком искренняя, с перебором. Он улыбается так, словно видит старого друга. Что не есть правда, ибо мы не друзья.
— Хорошо, но у нас дела. Вот прямо сейчас должны вылетать в Институт истории Гарада. Там у нас важная встреча.
— Перенесите. Или, если хотите, я сам перенесу. С кем вы договаривались, с директором?
— Нет уж, спасибо, я сам. На вас можно сослаться?
— Нужно. Переносите и ждите меня, я буду у вас через пятнадцать минут.
Этого времени мне хватило, чтобы предупредить Институт и товарищей.
— Безопасность? — переспросил Быковский. — Чую неприятности. Эти ребята если вцепятся…
— Ерунда, отобьёмся, — уверенно заявил Сернан. — Мы — полномочные представители Земли, почётные гости и Герои Гарада. Не имеют права.
— Правильно, — сказал я. — Не забывайте к тому же, что ГСБ — не Комитет госбезопасности СССР и даже не ФБР или ЦРУ. У нас и внутренних-то угроз серьёзных давно нет. А уж внешние… — я махнул рукой. — Солнечная система далеко, и угрозой для Гарада никак не может быть. Даже при наличии разобщённого человечества и плазмоидов Юпитера.
— Сегодня — нет, — заметил Сернан. — А завтра?
— Посмотрим, послушаем, — сказал я.
Высокий подтянутый молодой человек, одетый в лёгкую летнюю пару из модного драклида (материал, мгновенно изменяющий свойства и цвет в зависимости от температуры, влажности, давления и освещения), светлую рубашку с открытым воротом, появился на нашей дорожке ровно через четырнадцать минут после нашего разговора. На ногах у него были светло-коричневые туфли, напоминающие земные мокасины, и ступал он в них совершенно бесшумно.
Я встречал его на крыльце.
— Здравствуйте, — радостно улыбнулся он и протянул руку. — Я — Эйрено Цугри.
— Сергей.
Рукопожатие было в меру крепким и уверенным.
— По-отчеству не обязательно? — уточнил он.
— Не обязательно. Я младше вас. Но рад, что вы перед встречей изучили наши обычаи.
— Работа такая. Сотрудник ГСБ должен знать, с кем собирается иметь дело. Настолько хорошо, насколько это возможно.
— Похвально, — сказал я.
Мы прошли в гостиную. Здесь уже сидели Быковский и Сернан.
Знакомство, обмен дежурными любезностями.
— Драво? — предложил я. — Вино? Твинн?
— Для вина и твина рановато, — ответил Эйрено. — А вот чашечку драво выпью с удовольствием.
— Тогда и мы, — сказал я. — Валерий Фёдорович, Юджин, вы как?
— Давай, — сказал Быковский.
Я заказал нашему роботу-слуге четыре чашки драво, предложил гостю садиться.
— Во-первых, прошу извинить, что нарушил ваши планы, — сказал Эйрено. Он буквально излучал обаяние и доброжелательность. Знакомые штучки, я и сам так умею. Вышел в орно, настроился (желательно перед зеркалом, но можно и так), вышел из орно и отправился обаять и покорять.
— В ваш график почти невозможно втиснуться, поэтому я взял на себя смелость появиться сегодня.
— Дело не терпит отлагательств? — догадался Быковский.
Робот-слуга принёс драво и вазочку с печеньем, ловко расставил на столе.
— Спасибо, — сказал я. — Можешь идти.
— Как сказать… — наш гость взял чашку, сделал глоток. — Прекрасный драво, спасибо, точно, как я люблю. Наверное, можно было отложить напару дней, но я решил не тянуть. Сразу скажу, что вопросов о Земле и о том, что случилось на Луне не будет.
— Неожиданно, — заметил Быковский. — Мне трудно поверить, что организацию, подобную вашей, не интересуют земные дела. Что до Луны… Кажется, вы официально занимаетесь расследованием того, что там произошло?
  
— Земные дела нас, естественно, интересуют, — сказал Эйрено Цугри. — Но пока нам вполне достаточно материала, который успела собрать экспедиция «Горного эха». Потребуются уточнения — спросим у вас. Если вы не против, конечно. Уверяю, что никаких секретов и тайн военного характера вам выдавать не придётся. Только общедоступные сведения. Что касается происшедшего на Луне… Там гораздо большевопросов к экипажу «Горного эха» и командиру корабля. Вы-то — что? Вы, с какой стороны ни посмотри, спасли экспедицию. Какие могут быть претензии к героям? Только благодарность.
— А как же мнение товарища Эллориго, что мы, по сути, захватили корабль пиратским образом? — спросил я.
— Товарищ Эллориго известен своими радикальными, парадоксальными и, скажем прямо, часто провокационными высказываниями. Такой человек, что делать, он на этом свой имидж строит. Мы привыкли.
— А урезонить его никак нельзя? — спросил Быковский.
— Зачем? — пожал плечами безопасник. — В-первых, он популярен, многим импонирует его эксцентричная манера. Во-вторых, полезен. Не боится произносить вслух то, о чём остальные только думают. Это всегда полезно, согласитесь.
— Как шут при дворе короля, — сказал Сернан. — У нас в Конгрессе тоже есть парочка таких ребят.
— Забавное сравнение, — сказал Цугри. — В чём-то даже верное. Если не считать, что шут всё-таки рисковал головой, а такие как Эллориго по сути не рискуют ничем.
— Даже репутацией? — спросил Быковский. — Просто у нас таких нет.
— Есть, — сказал я. — Просто ты о них не знаешь.
— Интересно, — сказал Быковский. — Например, кто?
— Например я, — улыбнулся я. — Мне позволяется говорить Леониду Ильичу то, что ему никто не скажет.
— Однако, — крякнул Валерий Фёдорович. — О тебя я как-то не подумал.
Юджин захохотал.
— Значит, к нам нет претензий, — отсмеявшись, осведомился он.
— Нет.
— И на том спасибо.
— Пожалуйста, — кивнул Эйрено. — К тому же, уполномочен вам сообщить, что я официально включён в состав второй экспедиции в Солнечную систему. Так что буду добывать интересующие нас сведения самостоятельно, — он усмехнулся.
— Звучит двусмысленно, — сказал Быковский.
— Ничего противозаконного. Насколько я знаю, великий советский разведчик Рихард Зорге большую часть информации получал из японских газет.
А мне этот парень начинает нравится, подумал я. Он и впрямь хорошо подготовился.
— Конечно, — парировал Быковский. — Ведь он вполне официально был корреспондентом немецких газет и даже сотрудничал с немецкой разведкой.Да, это сотрудничество было санкционировано руководством советской разведки, но тем не менее. А Германия и Япония были союзниками во Второй мировой войне.
Ай да Валерий Фёдорович, подумал я, ай, молодец. Не лыком шит, на арапа не взять.
— Разумеется, у меня будут и полномочия корреспондента гарадских средств массовой информации, — сказал Эйрено. — Как иначе? Но скрывать от земных властей, что я, в первую очередь, являюсь сотрудником ГСБ, мы не станем. Наоборот. Мы заинтересованы в тесном сотрудничестве с КГБ, ЦРУ, Ми-6, Моссад и другими ведущими разведками Земли.
— Не понял, — признался Сернан. — По каким вопросам?
— Кажется, я догадался, — сказал Быковский. — Это относится к разделению человечества, которое случилось два с половиной миллиона земных лет назад. Так?
— Вы проницательны, — кивнул Эйрено. — Давайте проанализируем в первом приближении, что тогда произошло. Исходя из тех фактов, которые нам известны.
— Давайте, — сказал Быковский.
— Итак. Некая сверхмогущественная по нашим меркам цивилизация, гуманоидная заметим, в своих исследованиях галактики наткнулась на Солнечную систему…
— Одну минуту, — сказал Быковский. — Почему гуманоидная? Вы полагаетесь на сведения, полученные от Малыша?