Пепел доверия 2
– Молодец?
– Молодец!
– Да уж… было бы чему радоваться – из-за вспыхнувшего безумия по всей планете мои планы и проекты трещат и начинаются разваливаться. Хорошо, что успел продать оставшиеся стартапы и вложить высвободившиеся деньги в надежные активы. Ты вообще в курсе о происходящем в мире?
– Да уж поверь – я в курсе, – тяжело вздохнул я. – И поверь – половина моего радостного настроения просто наиграна. Я бы поплакал даже, но в депрессуху сваливаться сейчас не время. Но за тебя я действительно рад от души.
Он испустил ответный тяжелый вздох:
– Вот спасибо… Не то чтобы мне стало легче от твоих слов – но спасибо.
– А чего ты вообще сходу орать начал?
– Ну… тот телефон, куда ты мне отослал сообщение, я давно не использую. На симке автоплатеж висит, а сам девайс включаю раз в столетие. В наших соцсетях меня тоже давно нет.
– Вот почему никто из наших так и не смог до тебя достучаться в прошлые годы, – понял я.
– Так из-за них я телефон и вырубил! И из-за дальних родственничков! Никому не было до меня дела, пока я не стал зарабатывать реально большие деньги. А теперь я всем разом понадобился! Но речь не об этом… я бы телефон и включать не стал, но сейчас… – его голос дрогнул. – Но сейчас я просто сижу взаперти вместе с поваром, передо мной десяток экранов с мировыми новостями… и я понимаю, что мне становится все страшнее и страшнее. Поэтому я и достал запыленный смартфон с российской симкой. Мир рушится, Тихыч… мир распадается на гремящие куски, и никто не может с этим ничего поделать.
– Власти справятся, – возразил я. – Просто им надо время. У нас тут уже жесткач творится. Грузовики с трупами, вооруженные солдаты на дорогах общего пользования, эсэмэски о локдауне пошли.
– Да я видел. Чушь все это! Как можно справиться с тем, что не можешь понять?! Вот поясни – как?! Ты знаешь, почему в старые времена не могли лечить такие болезни, как оспа, холера, чума, бешенство, грипп?
– Медицина была неразвита?
– Мы не понимали природы этой болезни! Чумные доктора с набитыми в маски пахучими травами ходили по забитым гниющими трупами улицам, прижигая чумные вздутия, выпуская больную кровь из вен и прикладывая пиявки… Само собой, заразе было плевать на эту чушь, и она опустошала целые города и страны!
– Ого…
– Того, блин! – от его чуток истеричного писка зазвенело в ушах, я отодвинул девайс подальше, но продолжил слушать. – Мы сумели победить эти болезни гораздо позднее – спустя сотни лет, когда впервые поняли природу инфекционных заболеваний, когда смогли выработать вакцины и анализы, которые четко давали понять, болен ли человек и является ли переносчиком, когда появился общий и действенный карантинный регламент! Вот что спасло нас от этих болезней! Потом тоже самое происходило с ВИЧ, унесшим сотни тысяч жизней – пока ученые не разгадали природу болезни, не научились ее определять и пока не разработали антиретровирусную терапию. И не спорь со мной, Тихыч! Я за последние недели проглотил десятки книг и статей на эти темы!
– Да я и не…
– И вот именно по этой простой причине никакие сдерживающие меры против творящегося сейчас в мире дерьма не помогут! Почему? Да потом что никто до сих пор не понимает, что происходит: как заболевают люди, как долго идет инкубационный период, почему в организмах врубается режим омоложения и оздоровления и почему они не умирают, а превращаются в безмолвных убийц с избирательно работающими инстинктами самосохранения! Человечество поразила какая-то безумная по силе болезнь – и ученые до сих пор не поняли ее природу. А если ты не видишь врага в лицо, Тихыч… то значит, он стоит у тебя за спиной с уже занесенным для удара ножом! И ему плевать на все твои тупые танцы с бубнами вроде блокпостов на дорогах, локдауном в городах и сжигание трупов в огромных кострах!
– Как-как? «Сжигание трупов»?
– Не знаю, как у вас там, а здесь сжигают. Бульдозерами роют широкие рвы, сваливают туда тела как зомбаков, так и погибших от их рук, бензовозы щедро льют дорогую горючку – и пух!.. – дым столбом, а вокруг солдаты в противогазных масках – прямо как чумные доктора прошлого. И толку ровно столько же – ноль!
– Они не зомби, – вырвалось у меня, но Велька меня даже не услышал, продолжая говорить:
– У меня есть видео, так на нем трое солдат на блокпосте у въезда в деревню разом превращаются в таких тварей, сдирают противогазы и нападают на своих же. И в этот момент из зарослей – словно ждали в засаде! – вываливаются еще четверо спятивших местных! В результате там случилась бойня, а чудом выживший оператор, заходясь визгом от боли, добил последнюю тварь… и в кадр попала орущая женщина с занесенной над головой мотыгой, которую она опустила на голову оператора… Даже и не знаю, кто потом этот ролик в сеть выложил. А почему он мне в душу запал, знаешь?
– Ну…
– Потому что эта деревушка расположена между двух холмов в пяти километрах от меня, и через селение идет единственная проходимая для машин дорога – мы по ней как раз доставляли все для стройки.
– Охренеть…
– Еще как охренеть! Это случилось сегодня утром. И о тех солдатах, занявших пост у деревни, мне сообщил сам староста, которого я подпитываю денежкой, чтобы дорога была всегда свободной от упавших деревьев, ленивых слонов и прочих проблем. А потом он позвонил мне снова, чтобы сообщить о случившемся, и поведал, что уходит к Большому Будде молиться за спасение родины.
– Охренеть… – повторил я. – А что за Большой Будда?
– Храм тут на вершине, неподалеку.
– А ты сам надежно заперся? Судя по всему, у вас там куда хуже, чем здесь.
– Да. В тропиках все происходит в разы быстрее – и не спрашивай почему. Я не знаю. Никто не знает. Поверь, я – и не только я, а люди повесомее звонили куда надо и спрашивали. Нет ни намека на понимание происходящего с научной точки зрения, а все прочие безумные теории ничем не подтверждены.
– Так вот почему ты был такой злой, – вздохнул я. – Ты просто напуган, Велька.
– Само собой, я напуган! До усрачки, млять! И не понимаю, чего ты такой безмятежный! Еще не сталкивался напрямую, как я понимаю, с такими вот тварями?
– Сталкивался. Несколько раз. И даже убил одну женщину. Работницу «Пятерочки». Она превратилась прямо на смене и вроде как оприходовала сначала в подсобке нескольких коллег, а потом вышла в торговый зал и наткнулась на меня. Ну и мне пришлось как-то действовать, чтобы выжить.
– Ох ты! Погоди… насмерть?
– Сказал же – убил.
– А полиция? Тебя ищут?
– Я сам им позвонил. Сказали вызовут, но уже пара дней прошла, а звонка так и нет.
– И не будет звонка, – убежденно произнес Велиор. – Потому что таких случаев – сотни! Каждый день!
– Я примерно так же думаю, – согласился я. – Пока везде царит хаос. Еще не выработали стратегию и тактику, так сказать. Но и неудивительно: кто мог такое заранее предположить и провести учения? Тебе бы чуток успокоиться, Велька. Я работой отвлекаюсь. А ты, как я понял, перед экранами взаперти сидишь и всю боль мира воспаленными жабрами впитываешь. Отвлекись, займись чем-нибудь.
– Сам ты жабры! Да я отвлекся уже! Старый смартфон вот вытащил, подзарядил, включил… и на меня полились жалобные сообщения и звонки от всех подряд. Велька помоги! Велька спаси! Велька, у тебя бабла дофига, подкинь мне на билеты, чтобы я мог выехать из Индии… Велька скинь миллион! Некоторые просто просили перезвонить, а когда звонил сходу начинали трясти из меня бабло. Причем таким тоном, словно я должен им был! В общем, я пока по списку до тебя дошел – уже закипел весь…
– Не волнуйся – я у тебя просить ничего не буду.
– А зачем ты квартиру продаешь? Это которая в Москве, где ты с мамкой жил?
– Она самая. А продаю, чтобы денег выручить.
– Зачем тебе такая сумма? – в его тонком голосе зазвучала деловитость. – Какой-нибудь стартап? Все риски просчитал? Уверен, что в это безумное время стоит вообще таким заниматься? А вторая квартира у тебя где?