Пепел доверия 2

Нож…
Стоило мне положить руку на боек висящего в поясе молотка, как я увидел его – лежащий на полу нож с длинным хищным клинком, высунувшимся из окутывающей его тряпки. Хрустя подошвами по гнутым гвоздям – а они рассыпались прямо везде – я подошел к вставшему на бок ящику, протянул руку к непонятно откуда взявшемуся ножу и… увидел еще один сверток из мешковины. Пальцы сами сжались на нем, и я ощутил под тканью что-то вроде тонкой и скользящей по чему-то пленки. Я что-то ощутил. Не знаю, что именно, но я ощутил что-то… пугающее и волнующее одновременно. Настолько волнующее, что уже через несколько секунд я разрезал бечевку, вскрыл сверток и уставился на лежащее у меня на ладонях сокровище – еще один сверток из нескольких полиэтиленовых пакетов с пятнающей их изнутри смазкой, хранящий в себе… пистолет.
  
– Да нет, – едва слышно прошептал я, опуская тяжело стукнувший сверток на пол и переворачивая полегчавший ящик в правильное положение. – Да нет… чудится…
Заглянув внутрь, я увидел тот же самый центральный самодельный отсек для гвоздей, но уже опустевший и… с отлетевшей с его дна дощечкой, под которой обнаружилось совсем небольшое пространство.
Второе дно.
Заметив торчащий краешек тряпки, я осторожно потянул за него и вытащил еще один сверток примерно такого же размера. Неужели еще пистолет? Руки сами потянулись за складным ножом – тот, чужой, я пока даже не трогал.
Внутри обнаружился не второй пистолет, а патроны. Двадцать три патрона, чуток скользких от небольшого количества покрывающей их смазки. Осторожно достав их один за другим, случайно уронив одну штуку и испугавшись – вдруг выстрелит? – я расставил патроны в ряд на опять перевернутом на бок ящике, вытащил из пакетов и положил рядом пистолет, тряпкой чуть стер с него толстый слой смазки и, присев рядом на корточки, задумчиво замер. Пистолет. Темная сталь или – так вроде бы называли такую в книгах – вороненная. На ручке выпуклая пятиугольная звезда. На задней верхней части – глубокие параллельные засечки. Там, снизу, откуда достают магазин, имеется металлическая петелька.
Просто охренеть…
В этих деревнях в каждом дворе огнестрельное оружие прячут?
А если еще в заброшенных домах покопаться, то не отыщу ли я, к примеру, пулемет?
Отмерев, я поднялся, проверил еще раз тайный отсек, убедившись, что он, к сожалению, пуст, поднял с пола нож, развернул и положил рядом. Узкий клинок длиной с ладонь, наборная рукоять из кусков пластика. Оставив весь натюрморт там, я, чтобы немного прийти в себя, занялся уборкой, сгребая рассыпанное в пустой контейнер, а закончив, понял, что меня очень интересует название этого пистолета. И я знаю, где найти ответ: у меня есть куда-то пропавший Бажен, а еще у меня есть поисковики.
Уже через пять минут я знал ответ – в тайнике лежал пистолет ТТ. И судя по внешнему виду, он был выпущен где-то в сороковые годы прошлого века. Скорей всего, это оружие эпохи Второй Мировой Войны. На секунду накатило разочарование – пистолет слишком старый, допотопный, но потом я решил не строить из себя умника и просто отправил фото натюрморта Бажену. И так совпало, что наши сообщения ушли одновременно – не успел я нажать «отправить», как от него тоже пришло послание. И что пишет?
«Тихыч, извини, что пропал – мы тут стаю из пяти тварей выслеживали в посадках неподалеку от нас. Грохнули их. Одного нашего порвали они, но не серьезно – представляешь, девка голая на него прыгнула прямо с дерева. Как рысь прямо… В общем, мы справились. Прошли первое серьезное боевое крещение и отделались малой кровью, хотя парень остался без глаза. С твоим вопросом я разобрался – у тебя СВТ-40! Судя по всему, все части на месте, и осталось только все грамотно расконсервировать и собрать. У тебя есть обезжириватель? Уайт-спирит например? А оружейное масло?»
Откуда у меня обезжириватель и оружейное масло? Я даже не знаю, что это такое.
Не успел я дочитать первое сообщение, как смартфон испустил пронзительный звонок.
– Привет, Бажен! Рад что у вас там все обошлось! Но парня жалко – глаз потерял.
– Да уж… такого мы не ожидали – она прыгнула с вековой березы, с высоты трехэтажки примерно. Упади она прямо на него – считай, уже труп. Вот только она, я сам не знаю как, приземлилась рядом со спиной, самортизировала свой прыжок о его рюкзак, рванула на себя, и они завалились. Тут она и начала его драть когтями. И ухо отожрала. Ох он и орал…
– Да я представляю… я бы там обоссался…
– А он и обоссался, – буднично произнес Бажен. – И ни хрена не осуждаю парня. Девку мы шлепнули.
– «Шлепнули»? Зачем шлепать-то?
– Ну не по жопе же! Пристрелили!
Почувствовав, что краснею – ведь знал же это выражение – пробормотал что-то невнятное и закашлялся. А Бажен со смешком продолжил:
– Но стрелять жалко было в такую красоту – настоящая модель, млять. Да еще и голая. Дикая. Красивая. Была бы прямо из наших мужских мечтаний, не пытайся она глаза вынуть когтищами. В общем, едва ее угомонили до того, как она Алексу полностью свет потушила. Эти твари все время бьют по глазам – а ведь на нем тактические очки были.
– Повезло!
– И не говори. Но тебе тоже свезло – ты где еще один раритет раздобыл, Тихыч? И опять от Токарева.
– ТТ, – солидно произнес я. – Да уж… старых времен.
– Ишь каким спецом ты сразу заделался, – Бажен необидно рассмеялся. – Но давай не радоваться раньше времени – вдруг он выхолощенный?
– Как это?
– Ну, бойка, например, нет. Или ствол залит свинцом. И все тогда – это не пистолет, а булыжник. Надо как минимум провести частичную разборку, все проверить, очистить, смазать подходящим маслом…
– У меня нет оружейного масла.
– Да автомобильное тоже сойдет в безвыходной ситуации. Только брать надо то, что пожиже. В общем, пока у меня есть чуток времени – давай занимайся стволом, господин оружейник.
– Я не умею разбирать оружие, Бажен.
– Ну, тогда все твои надежды на топор и ножи, Тихыч. Ты это хочешь сказать?
– Нет, но…
– Я подскажу, как и что, благо интернет пока есть. Погоди! А где ты добыл пистолет? И финку – вроде как самодел неплохой.
Я вкратце рассказал о происхождении оружия, и Бажен уважительно присвистнул:
– Вот так и случаются находки века порой. Отыскать огнестрел среди макулатуры и гнутых гвоздей…
– Да уж…
– Ладно! Удивляться в наше время некогда. Перезвони мне с видео – и погнали.
– Погнали, – кивнул я, ощутив прилив уверенности. – Сейчас перезвоню!
Пока смартфон вызванивал Бажена, я сбегал за очередным энергетиком, попутно снова включив электроплитку – яичницы оказалось маловато для утоления аппетита.
**
В результате спать я лег в пять утра.
Нет, с разборкой, чисткой и сборкой пистолета я управился довольно быстро, благодаря комментариям и направлениям Бажена, после чего получил от него краткий инструктаж по тестовой стрельбе, которую мне надлежало провести как можно скорее во время любой поездки. Пистолет, по его словам, был в полном порядке. Винтовку СВТ-40 я почистил, но собрал только частично, так как у Бажена, несмотря на поздний уже час, возникли срочные дела: кто-то там его позвал приглушенно, друг ушел из кадра, о чем-то там они побормотали, и, вернувшись, он сразу попрощался, велев писать ему подробные отчеты.
Но перед всем этим, во время разборки и чистки пистолета, пока я метался за нужными средствами и шарился по всем ящикам, он мне рассказал кое-что совсем уж дикое и ужасающее. Рассказал то, что напрочь отбило у меня сон почище любого энергетика, а заодно добавило мороза в вены…
Начал Бажен с коронной фразы, наверное, навсегда врезавшейся мне в подсознание: «Разные хитрожопые беспринципные ублюдки всегда первыми чуют ветер перемен и начинают извлекать из него кровавую выгоду еще до того, как ты вообще хоть что-то начал прочухивать».
  
Коровники. Стойла. Вот использованные им слова, переставшие с этих пор звучать для меня безобидно. Бажен проговаривал все быстро, жестко, эмоционально и используя максимум мата. И главными злодеями в его рассказе были не спятившие твари, а обычные жадные до шального, кровавого бабла ублюдки.