Никак иначе (СИ)

— Вот на хуя? — ворчит Кирилл.
— Действительно, — поддерживает его Саша.
И они оба тоже встают, идут следом.
— Потому что, она мне нравится, — поворачиваюсь к ним, и упираю ладошки в их торсы, — и в душ я иду одна, потому что планирую там мыться.
И хлопаю дверью перед их носами. Не закрываюсь, конечно, захотят, войдут, никакой замок не спасёт, но позицию свою обозначила. И пусть Кир сколько угодно прожигает меня своими холодными серыми глазами. А Саша иронично смотрит зелёными, совсем невесело при этом, усмехаясь.
Плевать!
Тема по поводу моей работы закрыта. Я не хочу быть содержанкой, и тратить время на хрень. Я люблю свою работу, как бы иронично не напрашивался сюда стишок, это факт.
После душа, посвежевшая, и собранная спускаюсь вниз.
На кухне меня уже ждёт завтрак. Омлет. Явно готовил Кир, потому что Саша всегда ограничивается либо бутербродами, либо доставкой. И чашка кофе, с молоком и без сахара.
Мои мужчины тоже уже приведены в божеский вид.
Кирилл как всегда в потёртых джинсах, и чёрной майке. Темные волосы опрятно лежат зачесанные назад, но скоро, вихры возьмут своё, и шевелюра растреплиться. Он в последнее время всё чаще не бреется, и мне нравиться эта его щетина, так он ещё брутальнее, со своими прожигающими серыми глазами.
Он коротко бросает взгляд на меня, когда я прохожу на кухню, и, слава богу, молчит, потому что рьяно следит за моим внешним видом. То юбка короткая, то блузка открытая. Сегодня на мне широкие брюки, и свободный жакет, а под ним водолазка. Всё максимально закрыто, и не, потому что я такая скромница. Ха-ха! Самой стало смешно, после той вакханалии, что творилась прошедшей ночью, и даже утром.
Просто моя кожа вся в их следах. В укусах, и засосах, синяках.
Звери!
Кир зависает в своём смартфоне, сидит за столом, и попивает кофе.
Саша же уже трещит по телефону, как всегда в грубой и несдержанной манере, кого-то посылая. Он выглядит более лощено. Светлые волосы, лежат аккуратно, лицо чисто выбрито. На нём белая рубашка, хоть и без галстука, и расстегнута по-пижонски на две пуговицы, но всё равно стиль деловой. На длинных стройных ногах узкие темные брюки, и начищенные туфли. Загляденье!
Он тоже посматривает на меня, когда я прохожу к столу и сажусь рядом с Киром, и целую его в колючую щеку, благодарю за завтрак.
Уже месяц как существуют наши нестандартные отношения, а мне всё равно порой, кажется, что всё не по-настоящему.
  
1
 
— Послушайте, вы же дженерал-менеджер, примите меры. У вас же приличный отель, и ресторан тоже, — жалуется мне один из постояльцев, выскочив из ресторана, весь красный и взъерошенный. — У нас что девяностые?
Надо же какое невезение, первый день нового назначения. Должность, о которой я и не мечтала, и такая неудача, уже спустя пару часов, как я приступила к выполнению должностных обязанностей.
Что происходит в ресторане, я примерно представляю, потому что была предупреждена хозяином ещё с утра, о том, что у нас будут важные гости. Важности, правда, я особой не наблюдала, когда явились два головореза, по-другому и не скажешь. Хотя, наверное, для хозяина отеля Валентина Юрьевича Гуреева, в этом и была их важность. Важность не расстроить их, и сделать все, чтобы им было комфортно.
Оба высокие, и мощные. С цепкими колючими глазами. У одного темного и какого-то лохматого взгляд был холодный и пронзительный. Он безразлично смотрел на меня, просто прожигая холодом серых глаз. А у второго глаза были светло-зеленые, и даже улыбка на лице, но от этого совсем было не весело. От неё становилось жутко, и захотелось спрятаться.
Зеленоглазый был чуть ниже темного, и со светлыми волосами, да и одет как-то приличнее. Брюки рубашка, под коротким пальто.
Тёмный же был в драных, тёртых джинсах, высоких ботинках. На мощных плечах трещала майка, простая черная, и такая же тёртая джинсовая куртка.
Я встретила их, проводила к столику, и была радушна, и вежлива. Всё как инструктировал Валентин Юрьевич.
 
Мужчины поглядывали по сторонам, когда мы шли по просторному лобби, а как жгли их взгляды мои лопатки, когда я удалялась, это отдельная история. Так и сдерживалась, чтобы не убежать и не поправить юбку, всё казалось что, что-то сбилось. Но нет, выдержала и вернулась сперва в кабинет, потом решила проверить как дела на ресепшн, и вот.
Постоялец ещё что-то мне втолковывал, а я с унынием представляла, что сейчас нужно идти и призывать к порядку этих бандюг, на растерзание которых, теперь я в этом была уверенна точно, бросил меня хозяин.
Собрав все свои моральные силы, я потопала в ресторан, остановилась только возле зеркала, проверить, всё ли в порядке с внешностью. Длинные светлые волосы были стянуты в пучок, на лице дневной легкий макияж, подчёркивающий зелень моих глаз. Жакет и юбка карандаш, приятного бежевого цвета, сидят как влитые. Я для этого костюма худела специально, и животик качала, чтобы никаких выпираний. Очень мне он нравился. После жалкой зарплаты, что я получала в ресторане, здешняя оплата труда просто показалась мне манной небесной. У меня оставались деньги на себя, даже после того как я оплачивала все кредиты и коммуналку, и даже после, ещё чуть-чуть. И вот этот костюм, который стоил баснословные деньги, я купила, чтобы вознаградить себя за новое назначение. Вот только блузку я надела с глубоким вырезом. Он кокетливо открывал ложбинку на груди, и как я не стягивала края, всё равно вырез каким был, таким и остался. А мне так не хотелось провоцировать этих бандюг, мало ли, что им покажется.
Из ресторана выскочила ещё парочка гостей. По их возмущенным возгласам я поняла что ситуация накалялась. Надо идти.
Засеменила на высоких каблуках по плитке пола, гулко отражая звук, не только в пространстве, но и у меня в голове, словно отсчет.
Цок-цок!
Раз-два. Раз-два.
Направилась к столику, к которому сама же их и проводила. Странно, но было тихо. Играла музыка, и обстановка казалась спокойной. Вот только в ресторане не осталось почти никого, так дальние столы ещё заняты, да и там спешно сворачиваются гости.
А когда я подошла к «важным гостям», то поняла почему.
Тёмный сероглазый мужик, сидел, развалившись на стуле, и закинул свои ботинки на белую скатерть, смотрел в телефон. Рядом стоял нетронутый салат, стейк и пустой стакан с остатками коньяка.
Его спутник, также вальяжно раскинулся на стуле, и зажимал официантку Снежанну, которая судя по тому, что хихикала, была совсем не против, того, что его руки уже отчётливо забрались к ней под юбку.
Я встала возле их стола, и кашлянула, чтобы привлечь их внимание. Первой на меня обратила внимание Снежанна, и тут же спохватилась, попыталась встать.
— Куда собралась? — проворчал низко светловолосый.
— Отпустите, пожалуйста, девушку, ей нужно работать, — отчеканила я, презрительно взирая на этого бугая.
Он поднял свой взгляд, выныривая из декольте девушки, но не отпустил её. Смерил меня холодным взглядом, хотя в конце, там даже скользнул интерес, когда он дошел до выреза на моей блузке.
— Да немного-то у вас тут работы, — изрёк он, намекая на отсутствие посетителей.
— Вам не кажется, что у этого есть совершенно очевидная причина, — обвела я глазами их с другом.
Светловолосый усмехнулся и выпустил девушку из рук, припечатав шлепок ей по ягодицам.
— Гуляй малыш, — хмыкнул он, — злая тётя пришла!
Снежанна вскрикнула и кокетливо стрельнула глазками, помчалась в сторону кухни.
Я сжала губы, и зубы, и кулаки, только чтобы сдержаться и не ответить этому «мальчику», куда ему идти.
— Вы распугали всех гостей! — чеканила я. — Не могли бы вы вести себя прилично, и не лапать обслуживающий персонал!
— Слышь, Кир, мы быдло! — изрёк светловолосый, обращаясь к другу, и опрокинул в себя бокал с коньяком.
— Ты кто такая? — хриплый низкий голос заставил меня подпрыгнуть, от неожиданности. Я сосредоточилась на одном, и совсем забыла о втором.