Аспект силы (СИ)

Чем меньше оставалось игровых аватаров для чемпионов, тем меньше становились ставки, но тем больше был накал борьбы. Раунды торговли продолжались все дольше и дольше, а за один из лотов — мальчика лет одиннадцати в деревянных башмаках и женщину в бело-голубой мантии с оружием в виде копья-скипетра, очень долго боролись три участника, поднимая ставки с минимальным шагом в пять тысяч.
  
Одна из теней за столом, кстати, в торгах участия не принимала вообще — не двигаясь и никак не контактируя ни со своими фишками, ни с остальными игроками. И вот это навевало определенные невеселые мысли — мне кажется, что это тень принадлежит Ксавьеру, который совершенно не желает получить для нас хорошие аватары.
Действительно, за предпоследний лот торговля даже не шла, а ушел он Пятнадцатому игроку, сделавшему единственную формальную ставку в пять тысяч. Досталась ему пара антропоморфных зверей — очеловеченная мышь с гаечным ключом в руках и ее массивный спутник, напоминавший огромную вставшую на задние лапы крысу в пиджаке.
Торги закончились, на столе осталась последняя миниатюра из пары аватаров — почти сразу она потускнела, а на неактивной все это время фигурой загорелась надпись: «Шестнадцатый игрок».
Я повернул голову — безликий овал лица Веласкес в этот момент сделал то же самое и она пожала округлыми нарисованными плечами. Да, сложно было ожидать, что шестнадцатой парой аватаров нам достанутся какие-нибудь киборги, монстры или просто нормально вооруженные персонажи.
— Я и так внес сотню, а еще триста грандов взял в долг чтобы допустили к участию, так что не обессудьте, — глядя на нас развел руками Ксавьер, словно оправдываясь. Впрочем, его спрятанная в глубине глаз улыбка много говорила об искренности сказанного.
Сетка пространственного позиционирования в пространстве между тем ожила, вновь отрисовывая очертания замка и окружающего парка. Схематические конструкции одна за другой наполнялись красками — парковые аллеи зазеленели, заискрились падающая из фонтанов вода, стены замка окрасились в белый цвет, крыша в синий и над ней разлилась яркая радуга.
По окружности парка уже возникали метки с портретами чемпионов. Первой появилась пара Первого игрока — киборг с подростком. Вторая пара начинала с противоположной стороны дворца, где появились синеволосая девочка с пулеметом и неприятный тип с тростью. Понятно, первую и вторую пару развели по турнирной сетке, так что они могут встретиться только в финале.
Далее пары чемпионов появлялись убывающем порядке. По итогу распределения чемпионам Второго игрока предстояло сражаться с чемпионами Пятнадцатого, чемпионы Третьего игрока в соперники получили чемпионов Четырнадцатого и далее. Ну а нам, как последним отмеченным метками на карте, в противники достались чемпионы Первого игрока.
— Удачи, мои хорошие, — улыбнулся нам Ксавьер, послав воздушный поцелуй, и разворачиваясь чтобы уйти. Но опомнившись, он быстро обернулся. — Да, чуть не забыл сказать про правила! Но как вы понимаете, правило только одно: никаких правил!
  
Глава 43
 
Деймос
 
Подарив нам на прощание еще одну широкую улыбку, Ксавьер сделал шаг прочь и растворился, исчезая. Схема и изображение белого замка исчезли, а почти сразу я открыл глаза с резким вдохом, обнаружив себя в биопринтере — на ногах и с широко расставленными по сторонам руками.
Оказался в почти пустой комнате с голыми стенами — рядом стол с двумя бутылочками воды, поодаль стул с одеждой, которую запомнил на своем игровом аватаре. Рядом раздался сиплый вздох — это пришла в себя Веласкес в соседней конструкции биопринтера, но я на нее даже не смотрел пока, привыкая к новому телу.
Игровой аватар представлял из себя подростка лет пятнадцати — я стал выше, руки-ноги длиннее, плечи шире. Вылез из капсулы, стараясь действовать с оглядкой на увеличившиеся габариты и не теряя координации быстро оделся. На стуле меня ждали зеленые холщовые штаны, рубаха с широким воротом, а ботинки предлагались кожаные и неудобные, модель выкройки из седой древности. Чоботы — всплыло в памяти странное, но подходящее к этой обуви слово.
Из оружия мне предполагалась небольшая абордажная сабля с закрывающим кисть эфесом. Вместо ножен — петля на грубой веревке, которой я только что подпоясался. Из образа сказочного игрового аватара мне еще полагалась зеленая шапочка с пером, но я ее даже трогать не стал, оставил на стуле. Но едва сделал шаг, как включился управляющий голос и сообщил, что к моменту начала поединка чемпион должен соответствовать первоначальному облику сказочного персонажа, так что пришлось странную шапочку с пером на себя нацепить.
Веласкес оделась быстрее чем я — у нее только легкое светло-голубое платье с поясом под грудью. Рост у Веласкес остался прежний, а вот волосы из иссиня-черных превратились в рыжие; кожа посветлела, глаза голубые, и аватар ее выглядит старше лет на десять, примерно на истинный возраст Стефы.
Оружие для нее никакого не было, а грубоватые туфли с невысоким каблуком она пока даже обувать не стала, взяв их в руки и попробовав на вес. Судя по взгляду, сочла достаточно тяжелыми, чтобы использовать как оружие — которого ей образом персонажа не предлагалось.
Беззвучно пробежавшись по полу босыми ступнями, Веласкес активировала ростовое зеркало на дальней стене, осматривая себя. Я тоже встал рядом, вглядываясь в отражение. Лицо не мое — волосы светлые и взъерошенные в беспорядке, глаза голубые, но при этом некоторые узнаваемые черты прямо намекают на принадлежность к фамилии Сангуэса.
— Это кто? — поинтересовался я, кивнув нашим отражениям.
— Игровые аватары.
— Да, это понятно, я просто таких героев сказок не знаю.
— Я тоже не знаю. Наверное, персонажи дореспубликанской культуры старой Земли.
— Почему никого из современных не взяли?
— Думаю, чтобы на иск о нарушении авторских прав не нарваться.
— То есть нелегальный кровавый спорт с вовлечением детей, перенос сознания в негуманоидные формы и прочий набор карающийся смертной казнью это нормально, а современных привычных нам героев сказок на турнире нет, потому что защита авторских прав?
— Именно так.
— Очень странно.
— Ничего странного, все логично, — покачала головой такая незнакомая с рыжими волосами Веласкес.
— Что у тебя с оружием? — не стал я спорить и выяснять откуда она свою логику взяла.
— Ты его видишь?
— Нет.
— И я не вижу, — посмотрела она на грубые туфли в руках.
— Неудачно мы попали, — прокомментировал я.
— Согласна.
— Тактика?
— Убегаем к аллеям со статуями — видел на границе сектора?
— Да.
— Там понимаем, что дело дрянь и я имитирую истерику, потом разбегаемся по сторонам. Они тоже разделятся, так что мелкий мой, с киборгом ты разберись.
— Отличный план. А как я с ним разберусь?
— Не знаю. Ты же придумаешь что-нибудь?
— Я попробую, но не обещаю.
— Уж постарайся, иначе нам хана.
Я вместо ответа только головой покачал.
Часы над дверью отсчитывали уже последнюю минуту ожидания — наш матч предполагался первым. Веласкес ждала спокойно, уже обувшись, а я разминался, привыкая к не очень удобной сабле и увеличившимся габаритам тела.
На последней секунде отсчета двери мягко разошлись в стороны. Едва переступили порог, шагнув на мягкую зеленую траву, как Веласкес сбросила туфли и собрала почти у пояса платье, жестом показывая мне сделать надрез — когда подол она отпустила и дополнительно рванула ткань, получилось до середины бедра. Да, так теперь ей хотя бы бегать можно.
  
Свою дурацкую шапочку с пером я уже откинул в сторону, Веласкес туфли подобрала, держа в руках. Ее оппонент тоже вроде не вооружен, так что с ним она скорее всего справится, а вот с киборгом я пока даже и не знаю, что делать.
Противники наши появились в нескольких сотнях метров с другой стороны огороженного для поединка сектора парка — укрыться и спрятаться от них нам просто негде. Весь газон изрезан дорожками, кусты вдоль них густые, но невысокие — едва по пояс. Между нами большой фонтан в центре, деревьев вокруг почти нет и только чуть поодаль аллея с рядами белых античных статуй и беседкой. Туда мы, следуя плану Веласкес, сразу и побежали.