Эксперт для Каморра

Напротив, в широком кресле, нервно крутил в руках сигарету Коррадо. Ему не нравилась наша затея. Решительно вся: малое количество людей охраны, быстрые, сумбурные сборы, даже мой внешний вид. Но быть может и что-то ещё вызывало тревожное раздражение синьора Грассо. Смена лидера? Передел собственности? О политике думать совсем не хотелось.
Наконец мы приземлились в аэропорту Медильин. Машина сопровождения уже ожидала у выхода из зоны прилёта. Встревоженный Весса быстро шагал навстречу.
  
– Паола, девочка моя, ты твердо уверена?
– Конечно, Рудольфо, – я примирительно погладила старика по плечу, – все готово?
– Как вы и просили, синьора, – вперёд вышел Маттео.
Я с облегчением вздохнула. Хоть кто-то сейчас был в состоянии сохранять хладнокровие. Этот юноша определенно заслуживал большего статуса и внимания. Но времени, обдумать его повышение, пока не было.
– Тогда не будем заставлять Валенсио ждать, – произнесла я, предлагая продолжить воплощение нашей маленькой авантюры.
Дорога до Беллависта заняла больше времени, чем ожидалось. Индустриальная Колумбия быстро сменилась деревенскими пейзажами и густыми, мало освоенными джунглями. Асфальтовые дороги уступили место грунтовым. Наконец впереди показалось огромное, несуразное здание. Казалось, что оно было сложено из множества мелких, никак друг с другом не связанных строений. Внутри и на всей, прилегающей территории кипела жизнь. Посетители мешались с охраной, арестантами и конвоем, создавая причудливый мир самой крупной тюрьмы в стране.
Через пару часов ожидания в душном, тесном приемнике, я нервно заламывала пальцы, расхаживая по маленькой комнате для свиданий. Мысли путались и расползались из головы, отказываясь фокусироваться. Что я скажу ему? Что он захочет спросить?
Обшарпанная дверь с жалобным скрипом отворилась. На пороге появился высокий, крепкий мужчина в черной борцовке и тертых джинсах. Валенсио изменился, расправил плечи, заматерел. Чуть вьющиеся, смольные кудри были собраны на затылке в короткий хвост. Пара прядей выбивалась из нестройной прически и падала тоненькими струйками на открытый лоб. Рельефные плечи то там, то тут пересекали мелкие, белесые борозды старых шрамов. Крепкие руки сжимали широкий, кожаный ремень штанов, а ясный, сосредоточенный взгляд струился непониманием.
– Детка?
От звука едва хриплого, низкого, такого знакомого голоса по коже скользнули волны мелкой дрожи. Дыханье застряло в горле, а слова оправданий напрочь вылетели из головы. Синьор сомневался только пару секунд. Потом в два вздоха пересёк разделяющее нас пространство и крепко обнял меня, плотно притягивая к напряжённому торсу.
Сердце рванулось из груди, намереваясь пробить ребра. Крепкие руки Валенсио заскользили по телу, бесстыдно лаская, словно мы действительно были женаты. Мне не хотелось… Совсем не хотелось его останавливать. Когда мягкие губы синьора коснулись скулы, я уверенно повернула голову, раздувая невинный порыв до размеров бушующего урагана.
Бандит даже не подумал смутиться. Наоборот, он с благодарностью и каким-то болезненным облегчением разомкнул мои губы своими и туже сжал пальцами округлый рельеф напряжённых влечением ягодиц.
Сладкие, страстные, жадные ласки никак не прекращались, пока в лёгких совсем не закончился воздух. Валенсио с радостью давал волю тем давним чувствам, что ни капли не угасли в его душе за прошедшее время.
– У вас ровно час, сеньор, – смущённо промямлил охранник, ощущая себя лишним, и покинул комнату.
– Девочка моя ненаглядная, – тихо мурчал в висок средний Валлара, покрывая меня короткими, жаркими поцелуями, – ты пришла. Пришла ко мне…
Я с усилием высвободилась из его цепких рук и отступила на пару шагов. В груди больно кольнула вина. Нервный, чуточку пристыженный взгляд упёрся в грязный, неровный пол.
– Прости, детка, – Валенсио поспешил взять ответственность за произошедшее на себя. – Я тебя так давно не видел. Мне сказали: жена приедет… И тут ты… Сорвался.
Оставалось лишь с неловкостью благодарности принять его широкий жест. В глубине же души, горькой примесью, осела обида на саму себя. Чем я лучше Джулии? Тем лишь, что не попалась?
Прерывая тяжёлые мысли, мой взгляд с тревогой и надеждой скользнул по знакомым чертам едва грубого лица неаполитанца.
– Анжело не с тобой? – Валенсио нервно переступил с ноги на ногу.
Заметив перемены в моем взгляде, бандит сразу все понял. Душа среднего Валлара наполнилась болью и скорбью. Он снова крепко прижал меня к себе, но теперь будто пытался утешить, убедить, защитить…
– Прости, – низкий баритон надломился. – Прости, это я во всём виноват.
По щекам покатились слезы. Впервые за долгое время я отпустила ситуацию. Как маленькая, самозабвенно ревела в объятьях мужчины, способного принимать мою слабость, как должное.
Казалось, мы стояли вот так, обнявшись, целую вечность. Валенсио ласково приглаживал волосы и молчал, сжимая челюсти до скрежета зубов. Наконец понимание необходимости обсуждения насущных дел начало душить неизбежностью. Я медленно подняла голову, цепляя колдовской, карий взгляд.
– Лучо с тобой?
Он продолжал внимательно изучать черты моего лица. Минуты сливались в вечность, а синьор все ласкал меня взглядом.
– Да, детка. Я много стараюсь, чтоб удержать… – он хотел сказать: «Эстебана», но в последний момент осекся. – Наших врагов подальше.
– Этот… Урод жив?
По позвоночнику хлынула холодная дрожь при воспоминаниях о зверствах колумбийской мафии.
– И продолжает искать нас.
– Я вытащу вас отсюда. Обязательно.
Взор Валлара стал насмешливым.
– Ты?
Моя спина оскорбительно выпрямилась, добавляя осанке стать.
– Теперь семья подчиняется мне.
Валенсио саркастически усмехнулся.
– Когда женщина берет в руки оружие, это значит, что мужчины уже мертвы.
– Вы и были мертвы. Три года.
Бандит опустил голову, затем склонил на бок и вновь поднял взгляд.
– Я всё исправлю, детка. Как только выберусь. Клянусь тебе.
– Все изменилось в трое отсутствие.
Мои плечи расправились, а голос приобрел звон уверенности.
– Конечно, маленькая, – он поднял руки вверх, капитулируя. – Никто не станет оспаривать твоих прав.
Я скосила взгляд на часы. Времени оставалось мало.
– На твою статью нет УДО.
– Зато есть экстрадиция, – Валенсио понизил голос до шёпота.
– Придется обнародовать ваше настоящее имя.
– Протянем не большие недели, – его голос стал сосредоточенным.
– Значит объявим, только тогда, как будем полностью готовы.
– Предупреди за пару дней. Тут станет жарко. Нас давно и упорно ищут.
Я приникла к твердой груди синьора, прощаясь.
– Обними за меня Лучо. Очень скоро все кончится. Обещаю.
Крепкие руки Валенсио тесно сомкнулись на спине, укрывая меня от всего мира, будто свою жену, свое самое большое сокровище.
– Поцелуй детей, – тихо, ласково прошептал он, нежно касаясь губами виска. – Все наладится, детка. Вот увидишь, все наладится.
 
Глава 11
 
Меня не покидало неприятное ощущение фальшивости происходящего. Уже несколько недель мои лучшие юристы готовили экстрадицию братьев Валлара. Я с трепетом ожидала их возвращения… Только вот Анжело не было в Беллависта. А Валенсио не был моим мужем.
Говорить открыто в условиях заключения, да ещё в Колумбии, не представлялось возможным. Приходилось терпеть и надеяться на прояснение ситуации в будущем, по возвращении. Понятным оставалось только одно: моего ангела мне найти так и не удалось.
Приходилось искать утешения в работе. Пару-тройку нелегальных аукционов мы уже выиграли, авторитет семьи Валлара в кругах обращения антиквариата стал хотя и не всеобъемлющим, но стабильным.
  
Время летело быстро. Дела улаживались. Когда все формальности были соблюдены, Маттео Весса, мой официальный консильери, объявил всему миру о экстрадиции братьев. Прошла ещё пара дней. В Колумбию отправился частный, семейный самолёт.