Охотница (СИ)
Лудяки встретили меня тишиной, лишь в отдалении лениво поскрипывал колодезный ворот. Наступили сумерки, время уже темное для хозяйственных работ, но еще слишком светлое для молодежных гуляний. Однако, что странно, ставни большинства домов были наглухо закрыты. Я успела проехать до середины деревенской улицы, не встретив ни одного ее обитателя.
– Госпожа, постойте! Погоди-и-ите!
Я придержала лошадь, обернулась и, наконец, заметила источник крика – мальчишку лет десяти. В большом, явно с отцовского плеча, кожухе и босиком парень подскакивал на крыльце, призывно размахивая рукой.
Убедившись, что в этой притихшей деревне все же есть живые люди, я развернула Мину и потрусила к калитке.
– Переночевать пустите? – крикнула я в ответ, заметив, что рядом с мальчишкой появился высокий грузный мужчина с окладистой черной бородой.
– Конечно, конечно, – засуетился тот. – Да вы заходите, заходите.
Забрав кожух у сына, мужчина добежал до калитки и распахнул ее передо мной. К моему изумлению, вслед за мной во двор он завел и Мину.
– Вы проходите пока в дом, – сказал хозяин, – а я пока что вашу лошадку отведу и укрою понадежнее.
Понимая, что здесь происходит что-то неординарное, я покорно направилась внутрь.
В тесной горнице собралась вся семья: жена хозяина, теща и шестеро ребятишек. Хозяйка громыхала ухватом в печи, бросая на меня любопытные взгляды, ее мать вязала чулок, а дети, необычно тихие, сидели вокруг стола и с любопытством рассматривали мой меч.
Вскоре вернулся и хозяин. Представился Ризом и назвался местным старостой.
– Да вы раздевайтесь, госпожа, проходите, – засуетился он. – Я, как вас увидел, сперва своим глазам не поверил. Подумал, неужто наши молитвы услышаны? Мы уж сколько писали в Баакер, просили мага прислать, да все без толку…
– Э-э, простите, – перебила я хозяина, – вы меня, наверное, с кем-то перепутали. Я не Охотник, я простой наемник.
Реакция крестьян на эти слова привела меня в замешательство. Жена Риза закрыла лицо передником и заплакала, старенькая бабушка перекрестилась, дети, глядя на мать и бабушку, тоже начали хныкать.
– Что случилось? – растерянно пробормотала я. – Я чем-то вас обидела?
– А ну, тихо! – прикрикнул на семью Риз – Развели сырость. Ничего, Дакот пока нас миловал, может, и обойдет стороной напасть.
– А что у вас происходит? – поинтересовалась я. – Конечно, я не Охотник, но вдруг все-таки смогу чем-нибудь вам помочь?
Во взглядах, обращенных ко мне, появилась робкая надежда.
– Ну ладно, – староста опустился на лавку и хлопнул ладонью по колену, – вы садитесь за стол, будем ужинать, а пока вы будете есть, я вам все и расскажу.
Хозяйка привычно захлопотала. На столе как по волшебству появился горшок с похлебкой и каравай. Хозяин дома церемонно предложил мне место на лавке.
– Волкодлак у нас завелся, госпожа, – поев, мужчина начал неторопливо набивать трубку. – Уже больше двух десятидневий шкодит.
Его жена тяжело вздохнула. Я разжала пальцы, и ложка глухо стукнулась об стол. Волкодлаки, судя по тому, что нам говорили в Академии, это те же оборотни, только не зависящие от фаз луны и обращающиеся по собственному желанию. Их еще иногда называют «перевертышами» за легкость, с которой они «перекидываются» из одной ипостаси в другую. Человек может использовать звериные инстинкты, обладает исключительным слухом и зрением, зверь – сохраняет человеческий разум. Благодаря этому волкодлаки считаются одними из наиболее опасных противников.
– Многих убил-то? – спросила я.
– Троих, кузнеца да двух братьев-купцов.
Я задумчиво поскребла костяшку указательного пальца. Кольца на нем давно не было, а дурацкая привычка осталась. Три человека за двадцать дней? Маловато для взрослого оборотня. Либо осторожничает, либо…
– Скажите, обратилась я к хозяйке, – а скот домашний не пропадал? А дети? Больные?
Женщина помотала головой. Значит, действительно взрослый перевертыш. Сильный, если расправляется с взрослыми здоровыми мужиками. Но почему жертв так мало? Оборотень, если очень захочет, может расправиться с тремя противниками одновременно. Внезапно у меня возникла еще одна идея.
– Может быть, кто-нибудь приехал в вашу деревню погостить к родственникам? Как раз десятидневья два тому назад?
Риз сосредоточенно наморщил лоб.
– Да, кажись, нет, – мужик поскреб в затылке и вопросительно посмотрел на жену.
– К вдове Макитовой приехала племянница. Аккурат чуть больше двух десятидневий минуло, – выпалила та, с испугом глядя на меня.
Я с любопытством перевела взгляд на женщину.
– Это уже интереснее.
– Так что, госпожа воительница, – радостно хлопнул по столу Риз, – возьметесь разобраться?
Я крепко задумалась. Хотя я и расспрашивала Риза, никаких серьезных намерений у меня не было. После форта я целый месяц провела в странствиях, постепенно продвигаясь на юг Логнайра. Чтобы как-то заработать на жизнь, я бралась за несложные заказы, но старалась не переоценивать собственные силы. Я четко осознавала, что у меня по-прежнему нет достаточного опыта в таких делах. Я не профессиональный маг-Охотник, чтобы выслеживать нежить, я не умею «читать следы» как сэр Ротен, даже засаду устроить вряд ли смогу. Единственное, что я умею – довольно сносно владеть мечом. С другой стороны, эти крестьяне могут и того меньше. Да и кошелек мой уже очень давно не пополнялся.
– Скажите, любезный, – я прибегла к последнему средству отказаться от опасной работы, – разве у вас в селении нет мага?
– Был, – горько ответила хозяйка, – да помер.
– Волки съели, – радостно сообщил самый старший сын старосты.
– Совсем волки обнаглели, – посетовал Риз, отвесив сыну звонкую затрещину, – спасу от хищников нет. Ночью чуть ли не в окна лезут, скребутся под дверью и у окошка подпола.
Безнадежно махнув рукой, мужик замолчал.
– Хорошо, – неожиданно для себя произнесла я. – Сколько заплатите?
Мгновенно просияв лицом, староста погнал жену разогревать безнадежно остывший самовар, мимоходом бросив мне: «Потом договоримся!».
*
Я не могла поверить, что все же согласилась на такую авантюру. Бросив взгляд на звезды, я поняла, что уже перевалило за полночь, пожалуй, даже закончилась первая стража. Наступил самый глухой час ночи. Начать поиски волкодлака я решила с дома Макита, точнее, его вдовы. Уже давным-давно погасли все огни в деревне, замолчали брехавшие собаки, в далеком лесу отзвучала волчья песня, а я все мерзла, притаившись за поленницей. Пальцев ни на руках, ни на ногах я давно не чувствовала, несмотря на то, что добросовестно прочитала три заклинания, прежде чем приступать к ночному бдению. Морозный воздух неприятно покалывал ноздри. Я подняла меховой воротник, чтобы защитить хотя бы нос и щеки. Осторожно потерла варежки друг о друга и поглубже натянула меховую шапку, взятую взаймы у сердобольной Ланы, жены Риза.
Что-то мягко коснулось плеча. Неужели еще и снег пошел? Только этого мне не хватало для полного счастья! Всю ночь будет бушевать метель, а утром откопают из сугроба ледышку в мой рост. То-то вдова Макита удивится…
В виски легонько толкнулась волна телепатии.
– А чего это ты тут сидишь? – донесся до меня тихий и вкрадчивый голос.
– Волкодлака сторожу, – автоматически ответила я и, изумившись, кто еще кроме меня может гулять так поздно, обернулась.
Ой! На высокой, добротно сложенной поленнице, как курица на насесте, сидел волкодлак собственной персоной. Шерсть топорщилась во все стороны, визуально делая зверя крупнее раза в полтора. Желтые глаза с круглым человеческим зрачком ярко сверкали в темноте, из открытой пасти вырывалось облачко пара. Оборотень, да еще и маг в придачу. Здрасьте, приплыли.
– Чего уставилась? – осклабился оборотень. – Это же я, чудище, монстр и убивец. Сразу предупреждаю: честный рыцарский поединок отменяется. Терпеть этого не могу, знаешь ли. Кричи, давай, от ужаса, а я пока слезу.