Семена магии - 1 (СИ)

И́льва смотрела непонимающим взглядом.
– Ты хочешь меня продать? – с нотками ужаса спросила она. – Прошу, хозяин, не делай этого! Я буду делать всё, что ты повелишь, только не продавай меня.
– Я не собираюсь тебя продавать. Я просто хочу заменить металлический ошейник, который оставляет раны на твоей шее. Закон не разрешает рабам ходить без ошейника, но допускает замену на кожаный или матерчатый. Но не сбежишь ли ты тогда?
  
– Я дам клятву перед богами, хозяин… я дам любую клятву, что не уйду от тебя даже если меня кто-то будет заставлять, – горячо заявила женщина. – В моём поселении меня никто не ждёт. Нет места на земле, которое я могла бы назвать своим домом и куда бы я желала вернуться.
– Хорошо, – сказал Эразм. – Ты дашь клятву, а потом мы пойдём к кузнецу и снимем этот ошейник.
Вскоре все трое в очередной раз отправились в правобережную часть Велгорода, но конечной целью был Плотницкий конец, в котором жили и трудились ремесленники различных профессий. Одним из них был кузнец-оружейник Алексей Акимов, старый знакомый Эразма, невысокий полноватый мужчина с весёлым характером. Почему они пошли именно к нему, а не к ближайшему кузнецу? Альберусу не хотелось лишних вопросов и последующих сплетен.
Вот они идут по Кузнечной улице, а вокруг слышны удары молотов по наковальням. Не хотелось бы жить в этом громком месте. И сразу на ум приходит квартал гончаров, расположенный рядом с их домом. Вот там достаточно тихо. Можно пройти рядом и не знать, что здесь трудятся ремесленники.
Пришли. Акимов оказался на месте и выслушав заказ лишь ухмыльнулся в свои пышные усы. Снять ошейник было не совсем рядовым делом, но всё действо заняло немного времени. Кузнец даже предложил на выбор несколько узких мягких кожаных ремешков, из которых подмастерье довольно скоро и ладно сделал неснимаемый рабский ошейник. Закон был соблюдён, а Ильва получила предмет, больше похожий на предмет воинской амуниции, чем на что-то позорное. Все остались весьма довольными произошедшим.
Проследив взгляд своей рабыни на развешенное рядом оружие, Эразм задумался. Закон позволял в исключительных случаях иметь рабам оружие. Но рабам не простым, а исполняющим обязанности типа управляющего. Если подойти к вопросу формально, то Ильва и является управляющей. Даже не так важно, что подчинённых рабов, ради которых и позволено иметь оружие, у неё нет.
– Пусть Гефест всегда благословляет тебя, – начал Альберус. – Скажи, Алексей, есть ли у тебя клинок, чуть больше простого ножа, но меньше короткого меча? Что-то вроде кинжала.
– Обижаешь, Эразм, – с наигранной обидой ответил Акимов. – Чтобы у меня и не было всякого оружия?! Вот вполне подходящий клинок. А зачем тебе? Ты же оружием не очень-то хорошо и владеешь.
Ответа он не дождался. Клинок был действительно неплохой, узкий, лёгкий и средней длины. Такой и для взрослого мужчины подойдёт, и для подростка.
– Ты прав, – всё-таки ответил Эразм. – Хочу Ильву вооружить. Я же себя плохо защитить от лиходеев могу.
– Рабыню вооружить?! – искренне удивился кузнец. – Ты умом тронулся, дружище?
– Если бы я умом тронулся, то носил бы этот клинок у себя на ремне. Его же я хочу дать той, кто с ним биться привычен.
С этими словами Эразм протянул кинжал Ильве. Та покрутила оружие с удобной рукояткой в руке, проверила баланс, посмотрела на заточку и кивнула. Мужчина предложил ей самой выбрать ножны, исподтишка наблюдая за ошалелым взглядом Акимова.
– Видишь, как всё удачно получилось, – съехидничал Альберус. – У меня теперь не только повариха, но и телохранительница есть. И недорого они обе мне обошлись.
Потом он купил нож поменьше, для Евпла. Расплатившись с кузнецом, который даже позабыл поторговаться, все трое пошли обратно. Всю дорогу домой Эразм незаметно наблюдал за Ильвой. Из побитой жизнью рабыни она преобразилась: изменились её осанка, походка, взгляд. Мужчина довольно ухмыльнулся. “Северянин без оружия – не северянин”, вспомнил он некогда услышанную поговорку. Евпл же нож сразу не получил. “Вот научишься им пользоваться как Ильва, тогда и будешь носить его на ремне” – объяснил опекун. Мальчик немного расстроился и с надеждой взглянул на женщину как бы спрашивая: “Научишь?” Та, поняв немой вопрос, одобрительно кивнула…
***
Примерно десять лет назад до описываемых событий. Восточное побережье Нордского моря. Глубокий разветвлённый фьорд, которым управляет престарелый, но ещё крепкий хёвдинг Ульф, глава клана Морские волки. Но реальными правителями являются его два старших сына – Херьу́льф и Фасту́льф. Много лет они водят воинов клана в викинг, атакуя всех и вся на воде и на побережьях. У Фасту́льфа три жены: Сванве́льг, Гюдрю́н и Асве́йг. И́нгрид-Ильва́ – последняя дочь младшей жены. Пять дочерей Фасту́льфа уже замужем, что принесло необходимое количество военных союзов с соседними кланами. А две самые младшие дочери именитых мужей не имеют – дополнительные союзы не предвидятся, а выдавать их за мало престижных мужчин клану нет смысла. Не хочет богатый хёвдинг принижать ценность уже отданных невест. Вот и ждут Си́грид и И́нгрид-Ильва́, вдруг у какого-нибудь хёвдинга или ярла умрёт жена, и тот захочет жениться снова.
И́нгрид-Ильве́ 17 лет, а Си́грид на три года старше. Их обязанности мало чем отличаются от обязанностей девушек их клана, но высокое положение даёт возможность часто заниматься воинским искусством и практиковать его на охоте. Обе неплохо стреляют из лука и владеют ножом. Копьём тоже могут, но лук нравится больше. Часто они ходят по горам в надежде подстрелить какого-нибудь животного. Ну не коптить же им рыбу! Для этого есть и рабыни.
Обе девушки давно хотят выйти замуж, да и покинуть клан. Пусть они и внучки хёвдинга, но, как уже было сказано выше, самые младшие внучки – не очень-то высокий статус и претендентов жениться немного. А замуж хочется… за какого-нибудь храброго воина, который поведёт за собой отряд в надежде найти славу и трофеи. Слава – самое важное для воина, а трофеи – материальное отображение этой славы. Убить врагов и получить в награду дорогие трофеи – это достойно любого северянина. Иногда Си́грид и И́нгрид-Ильва́ мечтают пойти в викинг вместе с воинами клана. Конечно, доля их добычи будет не очень большой, но она будет. Да и слава воительниц – тоже неплохо для молодых женщин. Из лука можно убить врагов не меньше, чем мужчины убивают копьём или топором. Мечты, мечты…
Но вот случилось почти чудо – Фасту́льф собрал большой поход и дюжину лодок. В надежде на хорошие трофеи лодок взяли чуть больше, чем требуется. Это хороший шанс для сестёр напроситься в этот поход. Фасту́льф засомневался, но дал согласие. А что он теряет?
И вот лодки поплыли на юг. Воины действовали по привычной схеме – подплыть незаметно к слабо укреплённому поселению, окружить, чтобы никто не вырвался и не предупредил соседей, быстро ворваться под покровом ночи, убить сопротивляющихся, взять ценные вещи, если повезёт то и серебро с золотом. Отдельно стоит вопрос с захватом будущих рабов. Желательно найти ремесленников и девушек. Сильные юноши тоже нужны, но с ними часто больше мороки, чем явной пользы. Ну а после идти к другому поселению и всё начинать заново: окружение-битва-грабёж-отход.
Отряду Фасту́льфа повезло – за седмицу прошлись по пяти поселениям. Местным воинам, которых всё-таки успели позвать на защиту, пришлось побегать за быстрыми лодками. Обратно шли неплохо нагруженными, но всё же не так, как в лучшие походы, когда приходилось плыть осторожно, чтобы вода не перелилась через низкие борты лодок, доверху нагруженными трофеями.
  
Си́грид и И́нгрид-Ильва́ убили около дюжины защитников. Могли бы и больше, но руки предательски дрожали, когда начали пускать стрелы в людей. Животных-то убивать привычнее, а тут живые люди, пусть и враги. Добыча, доставшаяся девушкам, была неплоха для первого раза. но они рассчитывали на большее. Фасту́льф лишь ухмыльнулся в усы, когда его дочери подошли и начали расспрашивать о следующем походе. Руководитель клана не подавал виду, но ему было приятно. Хоть он и не принимал непосредственного участия в воспитании дочерей, но часть славы, которую они начали добывать в бою доставалась и ему.