Контракт/Контракт. Я заберу тебя

– У вас всё схвачено? – уточняю.
Он кивает, снова посмеиваясь.
– Типа того.
– Значит, никакой обнажёнки на камеру?
– Никакой.
– Гарантируете?
– Ты не в том положении, чтобы я тебе что-то гарантировал, – напоминает.
Но не зло, а всё также с усмешкой.
А я сижу и проклинаю тот день, когда Саша устроился на работу. Лучше бы так и сидели на мою зарплату. Так нет, примерно недели полторы назад вышел на стажировку. С его слов «в хорошую ай-ти компанию», и вот результат.
  
Кстати, неплохо бы спросить…
– А что мой муж сделал, можно уточнить?
– Слил конфиденциальную информацию, получил ключ к одному из счетов и перевёл нормальную такую сумму туда, куда не следовало. Он, кстати, здорово деньги по левым счетам погонял, но мы всё равно нашли конечного получателя. Вернуть твой Сашок сумму навряд ли сможет, так что… Должен же я поиметь хоть что-то с его проступка, а то совсем как-то грустно выходит. Вот и поимею. Тебя, Алина.
Давлюсь глотком алкоголя. Кашляю так, что брызги летят во все стороны. И на грёбаный контракт.
– Если не подпишу, – успокоившись, уточняю, – что меня ждёт?
– Ежедневная групповушка по кругу с ребятами из охраны, а так… только я один.
Снова усмехается, и мне хочется плеснуть остатки пойла ему в лицо и растереть с нажимом.
– Выбирай. Сейчас. Если умная девочка, знаешь, как поступить.
– В постели я бревно, – предупреждаю.
– Придётся пошевелиться.
Нет, ну он точно забавляется.
Листаю до конца. До самой подписи.
Утыкаюсь в фамилию.
Белоусов.
Твою мать…
Смотрю краем глаза на Сероглазого. Это он-то Белоусов? Мда… Саша. Ты вляпался. И меня вляпал по полной.
Кто ж не знает фамилию благодетеля и хозяина города. Я не жилец, если не подпишу. А если подпишу, то шанс выжить есть.
 
Глава 6
 
С Белоусовым я сама никогда не сталкивалась. Его лицо не светится в прессе, он не ходит на городские праздники, не появляется в пабликах в сети. Он тёмная лошадка, имя которой, однако, многих повергает в трепет.
Та кофейня, в которой я когда-то работала, тоже принадлежала ему, как и много других заведений и организаций в нашем городе. Надеюсь, я грабанула его на приличную сумму, ежедневно выпивая минимум по три кружки латте, а то и по четыре, если приходилось оставаться на ночную смену.
Фирмы, клубы, производства. Кажется, нет ни единого направления, где бы он не засветился. Конечно, поговаривали, что он связан с криминалом. А как иначе? Разве может быть накоплено такое состояние честным трудом? Очень сомнительно. Но откровенно никогда эта тема не освещалась.
У него, кажется, ещё сестра есть. Та аж в правительстве региона заседает, а вот сам Белоусов держится в тени, в политику не лезет.
Саша точно идиот, если решился обвести вокруг пальца такого человека.
И я дура, если не подпишу контракт. Потому что Белоусов слов на ветер не бросает, это всем известно.
Ставлю корявую закорючку вместо подписи. Это руки дрожат, но, думаю, ему качество моего автографа не принципиально.
Аккуратно кладу ручку на столешницу, смотрю, куда угодно, только не на хозяина положения.
Взгляд замирает на пустом камине. Вот бы его затопить, а то я совсем в ледышку превратилась в середине-то лета. Эффект от алкоголя куда-то выветрился.
– Можешь идти, приводить себя в порядок, – отсылает ГлавГад, и дверь тут же открывается.
На пороге бугай.
У них телепатия, что ли?
Богдан Сергеевич только подумал, его прихвостень уже тут как тут.
Встаю, но меня чуть пошатывает, это всё алкоголь. Если повезёт, вырублюсь. Может, Белоусов в кровати и бог, кто его знает, только навряд ли будет стараться для жены предателя. Так что моё дело раздвинуть ноги и перетерпеть.
– Можно мне ещё стаканчик? – оборачиваюсь и тыкаю пальцем на столик, где стоят напитки. – Для бодрости.
– Тебе принесут, – кивает Сероглазый.
И я отворачиваюсь.
Обратный путь я молчу, не язвлю, не комментирую. Жалеть себя тоже не время. Этим позже займёмся.
Бугай удаляется, не забыв закрыть за собой дверь, а я иду в ванную, раздеваюсь и стою под горячим душем. Он не бодрит, наоборот убаюкивает вкупе с выпитым алкоголем.
Заматываюсь в висящий на крючке махровый халат и плетусь в спальню.
– Ох, обещания свои мы выполняем, – усмехаюсь, замечаю бутылку алкоголя на прикроватном столике. И два стакана. – А после мы выпьем за феерический секс, – плеснув себе немного, вскидываю руку.
И пью. Наливаю. И снова пью. В целом, много мне не надо.
Разматываю полотенце с волос и бухаюсь на подушку.
Голова кружится, в груди странное ощущение, хочется спать.
Надеюсь, Богдан, мать его, Сергеевич, его величество Белоусов не будет ничего иметь против пьяной сонной женщины?
Подтягиваю коленки к груди и обнимаю подушку.
Вздремну немного, силы мне, наверное, понадобятся. А насчёт бревна я не шутила, кстати. Сашка меня так не раз называл, а мне больше спросить не у кого. Он же у меня первый и единственный. Был… Приходилось ему на слово верить. Ладно… Скоро узнаем, есть ли разница.
Почему-то от этой мысли мне смешно, хотя должно быть не до смеха.
Нервы, не иначе…
***
– Алина? Алина? – мужской голос касается сознания. – Ну что за дрянная девушка. Напилась.
– Спать, – ворчу и отворачиваюсь.
– Алина.
Кажется, меня трясут за плечо.
– Дай поспать. Отвали.
– Отвали?
Снова трясут.
– Ну что? – недовольно тяну, даже не разлепляя век.
– Так… понятно. Алкоголь вычёркиваем.
Слова доходят до меня будто издалека. Из другой, мать его, галактики.
– Алина! – уже громче и над самым ухом.
Тру его и фыркаю.
– Щекотно, отстань.
Кажется, от меня в итоге отстают. Не такая уж плохая идея была – напиться. Только вот, боюсь, получила я всего лишь отсрочку. И второго аналогичного шанса мне не предоставят.
Да ну и чёрт с ним.
Завтра будет новый день, а там что-нибудь придумаю.
 
Глава 7
 
Чёрт… что с моей головой? Она не болит, там просто туман, конкретный такой, плотный, вязкий. Думается с огромным трудом. Зато воспоминания возвращаются разом. Хоп, и под ложечкой снова сосёт от безысходности.
Перекатываюсь и зарываюсь по самую макушку в одеяло. Вот бы спрятаться здесь, не вылезать, глядишь, всё само образуется. Но это не так… ничего не образуется. Ни сегодня и ни завтра.
ГлавГад ко мне приходил, это я чётко помню. Небось, хотел начать исполнение контракта, да вот незадача – подписант оказался не в кондиции.
Мысль, что я щёлкнула его по носу, просто греет душу. Такие мелкие, даже мелочные победы приносят удовлетворение. Потому что крупных в моём положении ждать не приходится.
Не знаю, сколько я лежу уже в сознании, но всё-таки встаю и плетусь в ванную. Включаю душ и прячусь за матовым стеклом, подставляя лицо под невыносимо горячие струи.
Какой бы ни была моя «камера», всё здесь сделано с комфортом. Переключаю на «тропический» режим и, опустив голову, позволяю воде лупасить себя по плечам, спине и затылку.
Туман рассеивается. Мышцы расслабляются. Дышать становится легче.
Выключаю воду, открываю дверцу кабины, а потом со вскриком отскакиваю к стене. Лопатками ударяюсь о мокрый кафель.
На краю мраморной столешницы сидит Богдан, мать его, Сергеевич и равнодушно смотрит на меня.
Или не так уж равнодушно? Не успеваю уловить.
– Ты чего орёшь постоянно? – долетает до меня. – Лучше бы спела чего-нибудь. Плескалась, как слон на водопое, я уж думал, не выйдешь сегодня.
– Слон? – Ну спасибо, сравнил. – Слоны в неволе не поют, – выдаю очевидное.
  
Кажется, ГлавГад смеётся. По крайней мере, очень на то похоже.
Дверца душа распахивается и в лицо мне летит большое банное полотенце.
– Приводи себя в порядок. Полчаса у тебя. Потом Мак зайдёт.