Точка Бифуркации II (СИ)

Весь прошедший месяц наш конфликт только назревал, проходя все стадии от лёгкой неприязни, до практически неприкрытой ненависти и вот сейчас, похоже, настало время его апогея.
И ведь самое удивительное, я и сам не заметил, как близко к сердцу стал воспринимать поведение Елены Евгеньевны. По большей части обидно было не за себя, а за тех детишек с моего этажа, которые попали в распоряжение этой психически нестабильной особы. Она отвешивала подзатыльники, кричала и заставляла нас до полуночи убираться в своих комнатах. Терроризировала с уроками и нередко излишне придиралась к чистоте наших воротников и рукавов. С одной стороны я понимал, что за детьми нужно внимательно следить и их опекать, с другой, не только видел адекватный пример того, как это делать можно и нужно, через день в смену Натали, но и сам все прекрасно видел перегибы нашей Мегеры. И если остальные дети воспринимали эту злую тётку как само собой разумеющееся, то в моей душе зрел самый настоящий бунт.
Я решил стать громоотводом для ребят с нашего этажа и целых полмесяца активно ловил все шишки от этой обиженной жизнью женщины, не забывая каждый раз «подогревать» её интерес к своей персоне. Как не странно, это действовало. Елена Евгеньевна очень быстро возвела меня в ранг своих персональных «любимчиков» и наш конфликт завязывался в самый настоящий гордиев узел.
— Заходи сюда. — приказным тоном бросила Мегера, открывая дверь в комнату, отведённую для отдыха кураторов.
До недавнего времени, это была единственная комната в которой не было камер видеонаблюдения. На днях мы с Кали это исправили, стащив у соседей оборудованную незаметным глазком лампочку и вкрутив её в люстру в комнате наших нянек.
Елена Евгеньевна, естественно, этого не знала, а потому продолжала устраивать все свои карательные мероприятия исключительно в своей комнате. Правда, ничего особенного до этого вечера отснять не удалось: я туда заходить намеренно отказывался, а другие дети толком и не косячили, в отличие от меня.
— Я сказала, заходи сюда! — громче произнесла куратор.
Но я продолжил стоять на месте и раздражая своим молчанием и спокойствием, смотреть перед собой. Было бы прекрасно, если наша психопатка засветит свою агрессию и на камеру в коридоре, но на такой подарок от неё я не рассчитывал.
Развернув ладонь руки, опущенной вдоль тела, Елена Евгеньевна уперлась в меня взглядом, плотно сжав губы. М-да уж, уровень владения телекинезом у неё, конечно, незавидный. Я уже второй раз за сегодняшний день почувствовал, как чужая сила пытается меня охватить, и второй раз не стал оказывать сопротивление.
Несмотря на мои ожидания, никаких резких движений следом не произошло. Напротив, подчиняясь чужой воле, я стал медленно приближаться к двери, проходить через которую не боялась разве что Ксюша с нашего этажа. Удивительно, что с этой оторвой Елене Евгеньевне удалось найти общий язык. Отчасти, это было благодаря мне — ведь Арментьева должна была стать моим персональным цербером, но вышло несколько иначе.
— Вот теперь побеседуем. — одарив меня хищным взглядом произнесла Мегера, закрывая за моей спиной дверь.
Затем я наблюдал, как она с большим предвкушением достаёт из своей сумки ремень, наматывает небольшой его кусок на кулак правой руки и довольно улыбается, считая себя хозяйкой положения.
— Сейчас я буду тебя учить уважению к старшим и правилам поведения, когда я рядом.
Далее была длинная театральная постановка с моей стороны, где я изображал маленькую жертву и получал ремня, а куратор выплёскивала накопившийся за продолжительное время гнев. Всё это было густо приправлено поучительными репликами и под конец криками с едва ли не пеной у рта — я хоть и изображал боль, и старался уворачиваться от её ударов, но заветное «понял» и «я больше так не буду», говорить отказывался. В конечном итоге я посчитал, что цирк можно заканчивать и просто остановился на месте перед застывшей в замахе передо мной раскрасневшейся женщиной, беспомощно шевелящей своими глазками.
— Всё, хватит. Ещё раз на меня или детей с этажа свой рот откроешь — покалечу. — сухо бросил я и впечатал Мегеру в стену.
 
Отметив, что удар получился серьёзный и с неё даже слетел барьер, я достал у лежавшей без сознания на полу женщины из кармана ключ и отворил им запертую дверь.
Если быть честным, то весь сегодняшний день руки чесались дать более жёсткий ответ. И ребятам подкараулившим меня на прогулке и этой ведьме вечером… но свою жестокость нужно контролировать, не позволяя себе полностью превратиться в зверя. Это всегда успеется.
Тот добрый парнишка, которым я был ещё каких-то полгода назад, несмотря на тяжёлые утраты всё ещё оставался внутри меня. Только вот жизнь упорно подкидывала ситуации, в которых его место занимал старый, прожжённый фронтовой жизнью майор. Последний, несмотря на порой странный подход, что и для чего делал знал. И лучше бы этим всем кураторам и директорам учить меня как следует и не поить плохим компотом! Последняя мысль вырвалась неожиданно, отчего я даже притопнул ногой, на пути к своей комнате.
Эх… а ведь относительно безмятежное детство так хотелось сохранить и продлить… Только вот даст ли мне такой шанс этот новый жестокий мир?
  
Глава 10
 
Утро было добрым. И не только потому, что на смену вышла Натали, полюбившаяся детям на большом контрасте со своей сменщицей. Меня, как минимум, никто не таскал к директору, на завтрак дали вкусный компот, который можно было пить, а Костромской стыдливо прятал глаза, в которых совсем не было желания мстить. Правда, не факт, что таких же мыслей придерживается и его брат, но я об этом сейчас предпочитал не думать. Из минусов был только телефон, разрывающийся от входящих вызовов, но я его быстро поставил на беззвучный режим и более он меня не донимал.
— Значит справился сам? — улыбнулся мне товарищ, вытянувший из меня историю о встрече с Костромскими на обеде.
— Ага, справился. Избили они его. — расталкивая локтями сидящих напротив Юру и Ваню, а затем нагло плюхаясь между ними, произнесла Арментьева, собирая при этом взгляды всех сидевших за столом ребят.
Говорила она насмешливо-издевательским тоном, явно ожидая от меня какую-то реакцию. Энергетический вампир, не иначе.
— Это кто такая? — уперев свой взор в подсевшую девчонку, недовольно спросила Алина.
— Это Ксюша. — представил я её для своих друзей. — И она уверена, что вчера спасла меня от Костромских.
На этих словах мои друзья стали негромко хихикать, отчего девчушка засмущалась и густо покраснела, что было особенно заметно на её белоснежной коже.
— Вот пришлёт граф Костромской кого-нибудь по твою душу и посмотрим, как вы будете смеяться. — слегка надувшись проворчала наша новая знакомая.
— Разберёмся. — сурово ответила за меня Алина, пока я наблюдал за их гляделками.
Между девчонками однозначно возникло напряжение и это наблюдалось невооружённым взглядом. Хотя последнее отмечал из всей компании только я. Максим бросал в сторону незнакомой девчушки любопытные взгляды, мои соседи, напротив, робко поглядывали на Алину, ну а я наслаждался вкусным компотом, который на обед никогда не бывал испорченным. Ещё бы, днём в школе обедали дети аристократов, и их никто не рисковал поить просрочкой.
Очередной раз отменив входящий вызов на телефоне, я поднялся из-за стола и попрощавшись с Алиной, которая сегодня не идёт на нашу тренировку, отправился в сторону толпящейся детворы.
Наш план сработал на пять баллов — вместо одного Анатолия Викторовича, инструкторов было целых четверо! И несмотря на их удивлённые отсутствием Белорецкой лица и аккуратные расспросы на этот счёт, занятия они провели как положено.
Интересное началось уже вечером на ужине. То, что мы опять остались без компота я знал заранее. И он оказался совсем не просроченным или что-то в этом духе, как я думал в самом начале. Повар варила его из хороших ягод и в чистой воде. Дело оказалось совсем в другом! И почему только я раньше не додумался отправить Кали последить за происходящим в столовой?!