Одержимость Артура (ЛП)

— Я отомщу.
— Нет, это должно прекратиться.
— Ты должна его ненавидеть.
— Что хорошего тебе дала ненависть к кому-то?
— Я не могу просто простить и забыть.
— Прошлое должно оставаться в прошлом.
— Проступок, независимо от того, когда он произошел, имеет последствия.
— Он твой двоюродный брат, твоя кровь. Как долго ты собираешься не давать ему покоя?
— Любой, кто перейдет мне дорогу, встретит мой гнев, включая семью.
— То же самое касается и твоих детей?
Его глаза сужаются до щелей.
— Это называется жесткая любовь. Суровые уроки должны быть усвоены. Я не буду воспитывать маленьких сопляков.
— Я не хочу, чтобы мой ребенок рос рядом с тобой.
— Это наш ребенок.
— Ты уверен? Совсем недавно ты еще сомневался.
— Адриан все прояснил.
— Ты доверяешь его слову, а не моему, — с болью говорю я.
— Теперь, когда правда известна, мы можем двигаться дальше.
— Вот так просто, да? — Он невероятен.
— Да.
— Ты привязал меня к своей кровати и трахал другую женщину у меня на глазах.
— Это не конец света.
Я бросаюсь вверх по ступенькам, взбешенная его словами. Арт медленно следует за мной, зная, что бежать мне некуда. Когда он появляется, я срываю кольцо с пальца и бросаю его в океан.
— Я никогда не выйду за тебя замуж.
— Выйдешь, — клянется он, прижимая меня к полу палубы.
— Нет!
Он срывает простыню и проникает в меня своим членом менее чем за тридцать секунд.
— Остановись!
Арт неистово трахает мое тело, делая это так безжалостно, что с каждым ударом я сползаю по палубе. Я верчу головой из стороны в сторону, чтобы избежать его губ. В истинной манере Арта, он сжимает мою челюсть, заставляя меня принять его поцелуи. Моя неверная киска наливается влагой, жадно впиваясь в его толстое мужское достоинство. Он поднимается на ноги, все еще находясь глубоко в моем теле, и несет меня вниз по лестнице. Укладывает меня на стол, прижимается к моим бедрам и продолжает свою атаку.
— Твоя маленькая выходка ничего не значит, — ворчит он. — Кольцо можно легко заменить.
Оргазм сотрясает меня до глубины души, оставляя в оцепенении.
— Блядь, детка, мой член купается в твоих сладких соках, — стонет он, падая на меня сверху.
Как только наслаждение отступает, возвращается реальность. Какое же это, черт возьми, безумие.
— Я не могу так жить! — Судорожные рыдания сотрясают мое тело.
Арт садится, притягивая меня к себе на колени.
— Мы не подаем хороший пример Себастьяну и Мейсону, — объясняю я. — Наши отношения не будут работать, если мы будем постоянно драться, как кошка с собакой. Это несправедливо по отношению к ним.
— Я не отпущу тебя. — Он берет меня за подбородок и поднимает мое лицо к своему. — Если разговор идет в этом направлении, прекращай его на хрен.
— Это не партнерство. Это тирания. Ты требуешь контроля над каждым аспектом моей жизни.
— И как только ты дашь мне его, мы будем парить на гребаном девятом облаке.
— Я не твоя чертова домашняя собачка.
— Да, это так, и ты будешь слушаться меня или будешь наказана.
— Ты сказал, что любишь меня, но это не любовь.
— Так я люблю.
— Твоя любовь причиняет боль.
— Я ревнивый, властный сукин сын. Это не изменится.
— Ты хочешь, чтобы я начала обижаться на тебя? Чтобы я тебя ненавидела?
— Я могу жить с твоей ненавистью.
— Ты — копия своего деда.
Его рот образует тонкую линию.
— Мы не можем втянуть этих мальчиков в токсичную среду. Они будут ненавидеть нас, как ты ненавидишь своих родителей. — Я определенно задела за живое.
— Моя жизнь сложилась бы иначе, если бы не Джош.
— Еще не поздно все изменить.
— Что за мысли у тебя в голове? — спрашивает он.
— Есть три вещи, которые мне нужны от тебя.
— Назови их.
— Прости Джоша, отвези меня домой и дай мне свободу.
— Джош может поцеловать меня в задницу, я не отвезу тебя домой, и у тебя уже была свобода.
— Я подам на тебя иск о запрете, — тихо говорю ему. — Мне жаль, но ты не хочешь смотреть на вещи здраво и идти на компромисс.
Арт собирает мои беспорядочные волосы в высокий хвост, затем откидывает мою голову назад.
  
— Если бы не Себастьян, я бы запер твою задницу несколько недель назад. — Гнев сверкает в его неспокойных зеленых глазах. — Ты не имеешь права голоса в том, что происходит между мной и Джошем. Я еще не закончил вылизывать твою киску, так что здесь ты останешься до Нового года. Я не люблю, когда мне отказывают в том, что принадлежит мне, но дам тебе свободу на ограниченное время.
Он предлагает очень мало, но это лучше, чем вообще ничего.
  
Глава 36
 
Четыре месяца спустя
Син
После траха на яхте Арт держался на расстоянии неделю, а потом снова начались ссоры и трах. Он раскусил мой блеф и победил. Я никогда не собиралась получать судебный запрет против него, что очень злило маму и Аннели. Они не могли вечно сидеть с детьми, так что мы с Артом вошли в прежнюю колею — хотя он уже не так энергичен, как раньше, из-за моего растущего живота. Я не рассказала им, что стало причиной серьезного разлада между мной и Артом, и никогда не расскажу. Верный своему слову, он купил мне другое кольцо, и не простил Джоша за его обман. Мы не женаты и по-прежнему живем раздельно. Арт дал мне время до рождения нашего ребенка, чтобы я смирилась с тем, как все будет, или он потащит меня к алтарю пинками и криками.
Он до чертиков упрям, но во время второго УЗИ его твердость дала трещину, и это просто великолепно. Его взгляд не отрывался от монитора. Это и есть настоящая любовь — зрелище, на которое стоит посмотреть. Когда врач УЗИ объявила, что у нас будет девочка, Арт улыбнулся — на редкость искреннее выражение чистой радости. Дочка крепко держит его в своих ручках, а ведь она еще даже не родилась. Поглаживание и укладывание головы на мой торчащий живот стало его любимым занятием. Он с трепетом смотрит, когда наша малышка шевелится внутри меня. Несомненно, Арт сделает все, что в его силах, чтобы обеспечить ее безопасность, даже пожертвовав собственной жизнью.
В десятый раз за две минуты я устраиваюсь на подушке для беременных, которую подарил мне Арт. Я безуспешно пытаюсь найти удобное положение. На шестом месяце беременности я стала больше, чем обычно, и у меня болит поясница. Все равно пора вставать, чтобы приготовить ужин, а я обещала Себастьяну и Мейсону испечь печенье.
Скатившись с кровати, я ковыляю в коридор. Когда спускаюсь по лестнице, мое внимание привлекает игрушечная машинка, но уже слишком поздно, чтобы уклониться от нее. Я наступаю на машинку и теряю равновесие, а потом падаю с лестницы.
Арт
Подумав о худшем, я спешу в больницу после сообщения Мисси о падении Син. Паркуюсь прямо перед входом. Не желая терять время, чтобы добраться до нее, я бросаю машину с открытой дверью и заведенным двигателем. Выскочив из лифта, я бегу по коридору, где вижу Мисси и Аннели. Они обе плачут.
«Боже, пожалуйста. Я не умею молиться, но, пожалуйста, помилуй меня».
— Где она? — спрашиваю я прерывающимся голосом.
— Ей нужно срочно делать кесарево сечение, — отвечает Аннели.
— Син зовет тебя, — говорит Мисси. — В операционной может находиться только один человек.
— Сейчас придет врач, — отзывается Аннели.
Я с тревогой наблюдаю за его приближением.
— Здравствуйте, я доктор Ченнинг. — Он протягивает руку. — Полагаю, вы отец ребенка.
— Да, — я пожимаю ему руку.
— Операция через пять минут. Нам нужно подготовить вас.
— Наш ребенок выживет? — Я задерживаю дыхание, ожидая ответа.
— У мисс Бело произошел частичный отрыв плаценты, что вызвало внутреннее кровотечение и лишило ребенка кислорода.
— Каковы их шансы? — спрашиваю я, чувствуя тошноту в животе.
— Трудно сказать. Во время процедуры мисс Бело будет сделано переливание крови, чтобы заменить потерянную кровь, а педиатрическая бригада находится в состоянии готовности, чтобы обеспечить уход за вашей дочерью, как только ее извлекут из утробы матери. Даю вам слово, что делается все возможное, чтобы мать и ребенок выжили.