Бойтесь своих желаний (СИ)
Все началось в школе…
В первом классе влюбился до одурения.
Не мог представить, что маленькое тело способно впитать столько любви и не лопнуть с брызгами.
Как увидел Варвару — словно палкой по голове шибануло.
Потерял дар речи, забыл, как дышать и чуть не упал в обморок от асфиксии. Ноги предали меня, и я заново учился ходить — как на реабилитации.
Когда мама на переменке позвонила узнать — Как дела? Я ответил — Кто вы женщина… Ведь никого кроме неё больше в мире не помнил…
Её ямочки на щеках не забуду никогда…
Умирать от Альцгеймера буду, но не забуду…
Как неопытному юноше завоевать девушку мечты? — Я придумывал мельчайший повод заговорить с ней — нес всякую чепуху, писал по три однотипных смс в день — спрашивая расписание на завтра, просил одолжить ручку — хотя в портфеле скопился уже десяток, и каждая принадлежала ей…
Всякий класс в начальной школе традиционно раз в год фоткается на память.
Помню, как пробивался сквозь заросли воздыхателей, чтобы на снимке встать к ней поближе и быть может даже случайно коснуться локтем, когда преподаватель попросит встать ребят кучнее…
Иногда группа ходила в поход и там играя с пацанами в футбол, я пинал мяч со всей дури — представляя, что она сейчас завороженно смотрит на меня, восхищается и вот-вот готовиться влюбиться.
А еще помню, как мы в актовом зале репетировали какую-то сценку, и она взяла меня за руку… Я чуть не умер! Если бы не молодой организм, то сердце точно отказало бы…
И как я корил себя за вспотевшие ладони…
Я мечтал стать её первой любовью, ведь первая любовь самая важная — мы по неопытности вкладываем в неё нас самих, нашу душу.
В том возрасте у нас еще была душа…
К зрелым годам её выветривает из тела сквозняком.
В первой любви — душой овладевают раньше, чем телом. Уже будучи взрослыми, мы разбазариваем тело направо и налево, забывая постучаться в сердце, а кто-то еще ухитряется продавать его за деньги…
Как мне хотелось, чтобы для неё моё существование стало тем — чем стало её существованье для меня.
Я ради неё ничего не пожалею, себя в первую очередь.
Как только Варенька входила в класс — мальчишеский коллектив дружно ерзал на стуле, но я любил сильнее всех и на кулаках доказывал правоту — за школой после уроков. Парни сцеплялись в драке и падали в сугроб как дикие волки, разбивали друг другу носы и губы.
До сих пор помню холод приложенного снега к разбитому носу…
Она в свою очередь жила и не ведала о наших делах. Самое смешное — что большую часть ребят девушка даже в лицо не знала, а мы били по этому лицу с уважением, прощали оппоненту — вкус на красивых женщин.
В неё попросту сложно не влюбиться.
Но наваждения проходят, парни взрослели и переключались на других девушек поскоромнее, ведь она как непреступная крепость.
Но только не я…
Я зубрил Варечку лучше школьной программы! И знал, что нет в мире красивее и желаннее.
Все стадии взросления были пронизали мыслями о ней, она сидела в каждом моем принципе, привычке, черте характера, убеждении, можно сказать — что она и есть мой характер.
С одной стороны, трудно представить пытку более жестокую — чем неразделенная любовь, а с другой — я точно знал, что из себя представляю.
И вот выпускной…
Ваш покорный надрался водки и в жопу пьяный сделал ей предложение руки и сердца!
— Ну и дурак… Ответила она со снисходительной улыбкой, но шанс дала!
Подарила маленькую искорку, которую я, поглубже вдохнув и надув щеки — раздул до лесного пожара!
Служить ей — утешение…
Лишь о любви все мысли говорят и столь они разнообразны…
* * *
Приведу примеры, чтобы вы хоть приблизительно представили какая она хорошая…
Девушке достаточно на две секунды заострить внимание на картинку безымянного художника, чтобы олигархи со всего света боролись за неё на аукционе.
Если не приведи господь она спутается с женатым мужчиной и супруга узнает об измене — то не разозлится, а напротив — будет хвастать подругам — что её никудышный муж, смог завоевать внимание такой красавицы.
Ради неё я мог кожу как футболку сорвать и явить свету обнаженное сердце и прочие неромантичные внутренние органы. Стоит ей пожелать — я из внутренностей пирожки с ливером состряпаю.
С ней и плоть не нужна, всё равно девушка видит меня насквозь.
Мы поклялись принадлежать друг другу.
Больше в жизни ничего не страшно.
Чтобы со мной не случится — буду в порядке.
Уволят с работы — она станет обеспечивать и трудиться за двоих.
Ноги трамвай отрежет — будет катать на коляске.
Инсульт тело парализует — покормит через трубочку.
Если сопьюсь — не бросит и станет собутыльницей.
Не перевелись еще такие девушки на свете.
Одного не учел…
Мудрый и любящий Господь, таит в себе непостижимую жестокость.
Он осознал, что немного переборщил со счастьем для одного человека и в качестве компенсации, украл любовь всей моей жизни…
* * *
Любимая спасалась от бессонницы и пила снотворное…
В момент возникновения пожара, девушка крепко спала…
Угарный газ забрал Варвару варварским способом…
Тем вечером, я мчал домой на всех порах, в одной руке — пакет с её любимыми зефирками, а в другой — коробка с обручальным кольцом.
Предвкушение радости на её лице вынудили меня растянуть удовольствие и пройтись пешком пару километров.
Если бы пришел раньше — то успел бы вытащить…
Пьяный врач мне сказал, что её больше нет, а пожарный выдал справку о сгоревшем доме…
А потом… потом… мир рухнул…
Сложно передать…
Словно жив и не жив одновременно.
Не понимаешь, почему не умер вместо неё.
Почему никто не спросил твоего мнения — кому из вас двоих умирать…
Ты четко услышал фразу, что она бесповоротно мертва и точно понимаешь — что не ослышался, но мозг сопротивляется и вынуждает три раза переспросить.
Слепая надежда, что это чей-то ублюдский розыгрыш…
А потом кажется… что это неправда… не может такого быть, так не работает…
Но ты сука всё понял. Просто разум лихорадит…
Больно, словно сердце как мокрую тряпку выжимают… Со смертью любимой ушла радость, ощущение жизни и само желание жить… Нет ни малейшего смысла продолжать тянуть лямку…
Улыбка любимой была тем, что зажигало моё сердце и вот оно потухло и умерло, а биться продолжает от тупой инерции.
Каждый вздох дается с трудом и болью, словно сама жизнь пытается наказать…
Каждый шаг лишнее напоминание — что она не идет рядом…
Время может и лечит, но я не дам ему шанса…
* * *
Наложу на себя руки немедля.
Нам противопоказано расставаться надолго…
Забираюсь в подвал сгоревшего дома и забиваюсь в самый темный сырой угол…
Я ломал стекло в руке как шоколад, я ненавидел эти пальцы за то, что они не могут прикоснуться к тебе…
Вскоре очередь дошла до вен…
Боли почти нет…
Разве это больно в сравнении с болью утраты?
Темно-красная, почти черная, пока еще живая кровь, стекает на бетон…
Вот и всё…
— А ты не боишься, что того света нет и больше ты её не повстречаешь? Вот кажется, и предсмертные слуховые галлюцинации…
Только почему голос такой холодный и скользкий…
Лучше бы речь любимой услышал…
— Вынужден огорчить, ты еще не умер, пока… Всё зависит от твоих пожеланий. Я вдруг понял слабеющим мозгом, что он не врет…
— Что ты имеешь в виду…
— Я говорю с тобой с небес и увы, там ты не сможешь отыскать любовь своей жизни, но я могу предложить вернуть её на землю… Какой мерзкий шепот, словно мокрый язык в ухо засунул…
— Чт… но как… что ты вообще такое… Передо мной возник белоснежный скелет с черными крыльями…