После неё (ЛП)

— Эй, Бо, — крикнул Ламар. — Твоя очередь.
Я подошёл к тележке и схватил свою клюшку. Помощник поставил мяч, а я сосредоточился на ударе. Я выполнил его не особо стараясь, и мяч оказался далеко от лунки.
— Какой паршивый удар. ​​
— Не начинай.
— Ты близорук?
— Я пассивно присутствую на этом мероприятии.
— Сосунок, дыши воздухом, тебе пойдёт на пользу.
— Я и так достаточно надышался.
  
Ламар усмехнулся.
— Ты прав, и не знаю, заметил ли ты, но я даже не упомянул тот факт, что твой плюс один — не Пенни.
— Спасибо, что не надавил на больное место, и я отвечу взаимностью, не заставляя тебя чувствовать себя плохо из-за того, что твой плюс один — О'.
Ах да, каждый игрок должен был привести кого-то на это замечательное мероприятие. Моя спутница (Келли), сидела за открытой барной стойкой в ​​ожидании, когда всё закончится. Компанию Ламару составил бывший руководитель команды стилистов Тилли.
— Я шантажировал О': от меня новый спонсор его нового бренда в обмен на его участие в этом турнире.
— Он не похож на спортивного типа, — заметил я, указывая на О', который, сидя в гольф-каре, потягивал напиток и болтал с девушкой Харди МакМиллиана, его партнёром.
— Нет, не спортивный, но мне так нравится его раздражать. Оскар! — закричал Ламар. — Какая милая шляпа на тебе сегодня. — О’ сердито посмотрел на него.
— Как скажешь.
— Да, я так говорю.
Мы пошли к его мячу, и Ламар обнял меня.
— Какие у тебя намерения с Пенни?
— Она больше не хочет иметь со мной ничего общего.
— На месте Пенни, после сцены перед твоей дверью я поступил бы так же.
— Это называется сыпать соль на рану.
— Я знаю, но рану нужно продезинфицировать и зашить.
— Ты беспокоишься о следующем чемпионате?
— Я беспокоюсь о своём новом друге Бо, которому насрать на чемпионат. У меня теперь есть это замечательное кольцо, так что в течение года мы можем даже не попасть в плей-офф.
— Менталитет победителя, в этом нет сомнений...
— Менталитет на паузе. Ну и как мы собираемся это исправить? Ты собираешься сидеть и ничего не делать, продолжать бомбардировать её звонками, открывать свою постель другим девушкам?
— Ни за что, я хочу её.
— И что ты делаешь, чтобы решить проблему?
— Я пытаюсь, но она не кажется очень доступной. Почти каждый день стучу в её дверь, Пенни не хочет меня видеть, и тем временем пытаюсь исправить беспорядок, который устроил.
— Романтичный до тошноты? Потому что, я имею в виду, Пенни не кажется мне таким типом.
— Ты же говорил мне, что девушкам нравятся простые жесты!
— На ранних стадиях ухаживания, а не когда речь о втором шансе.
— Поскольку у тебя, похоже, есть план на каждый шаг, скажи мне, что я могу сделать.
— Вернуть ситуацию в то состояние, в котором она была до ссоры.
— Спасибо за банальный совет.
— Это совсем не банально, так что скажи мне, могу ли я тебе чем-то помочь.
— Хочешь мне помочь? Убеди её снова полюбить меня, верни ей работу мечты и квартиру в Tower.
— Не знаю, смогу ли я выполнить все три пункта, но последние два не будут проблемой.
— Квартира в Tower?
— Просто спроси Энни. Её семья купила и небоскрёб.
— Хорошо, а ты знаешь кого-нибудь в Everlast?
— Ты шутишь? Я знаю всех в Everlast.
  
Глава 62
 
Она
Look What You Made Me Do
Балтимор, июнь 2023
Наконец я смогла встать, хотя бы и с помощью тутора и двух костылей. Я даже смогла подняться по лестнице и спуститься вниз. Прогресс был очевиден день за днём, и через неделю вместе с братом я преодолела расстояние до парка в конце улицы. Находиться на открытом воздухе, обретение независимости было первым из миллиона шагов, которые мне предстояло сделать, но О' дал мне правильный совет: я заслуживала лучшего и заслуживала работу, которую действительно хотела.
Мне нужно было сосредоточиться только на этом.
С этой целью я вернулась к зарисовкам некоторых моделей и снова взял свою старую книгу с моделями.
— Пенни, чем занимаешься? — спросил отец, появляясь на кухне.
— Рисую модели, чтобы не скучать. Разве ты не собирался на рыбалку с дядей Фрэнком?
— Рыбалка сорвалась, ты гуляла сегодня?
— Нет, жду Гаррика.
— Мы можем пойти, если хочешь.
— Тебе не нужно в школу?
— Нет, на сегодня я закончил. Пойдём в парк и вернёмся до обеда?
— Окей.
Мы вышли из дома и пошли по подъездной дорожке в противоположную дому Бо сторону. Небо начало заволакиваться тучами. Я взглянула вверх и поняла, как страдают люди со сломанными костями, какую они испытывают боль при каждой перемене погоды. На полпути мне пришлось замедлиться и крепче схватиться за единственный костыль, который взяла с собой.
— Хочешь вернуться?
— Нет, я в порядке.
Медленным шагом мы дошли до парка и сели на одну из скамеек. Отец открыл газету, которую принёс с собой, и начал читать и комментировать спортивные новости. Он начал с футбола, намеренно пропустив Ravens, затем перешёл к студенческому футболу, а затем к бейсболу.
Наконец, он закрыл газету и улыбнулся мне.
— Мы с мамой думали поехать в Монтану этим летом.
— Кемпинг?
— Да, кемпинг. Ты хочешь присоединиться к нам?
— Нет, папа, общий душ и сон в спальном мешке больше не так привлекательны.
— Можем забронировать домик у озера, если хочешь.
— Я бы предпочла, чтобы вы с мамой поехали одни и насладились отпуском. Я справлюсь одна, так что можете ни о чём не беспокоиться.
— Хорошо, Пенни, но можем ли мы немного поговорить?
— Мы уже говорим.
— Не о том, что я действительно хочу обсудить.
— Папа…
— Тебе следует послушать Бо и услышать, что он скажет.
— Я не хочу с ним разговаривать.
— Почему?
— Потому что я уже знаю, что он мне скажет. Он извинится, заверит меня, что ему жаль, и он не хотел так со мной обращаться. Но проблема в том, что Бо не знает, что значит сожалеть, он не понимает, что значит любить кого-то и принимать то, что другие думают иначе. Под этим образом хорошего парня скрывается кто-то, способный действовать со злобой, и я не хочу, чтобы он был рядом.
— Тогда поговори с ним, даже если это просто для того, чтобы послать его к чёрту!
— Нет, я хочу быть жестокой и эгоистичной, каким был он по отношению ко мне. И потом, мне необходимо забыть о нём. Слышать всё время рёв его роскошных автомобилей не помогает. Насколько же занозой в заднице должен быть тот, кто столько раз проверяет работу в доме, который даже не его?
— Это его дом, он скоро переедет.
— Ты ошибаешься, это будет своего рода семейный дом.
— После подписания пятилетнего контракта он передумал и переедет на Лунный бульвар. Но мне интересно, почему кто-то такой жестокий открыл двенадцать семейных домов по всей стране.
Я посмотрела на отца.
— Ты с ним продолжаешь общаться? — спросила обвиняюще. Он не ответил. — Не могу в это поверить. Ты на его стороне! — рявкнула я.
— Я ни на чьей стороне, это не игра, это ситуация между вами, которую нужно прояснить.
Схватив костыль, я встала со скамейки и поспешила домой, шагая слишком быстро.
— Пенни, не беги.
— Оставь меня в покое.
Отец догнал меня.
— Он действительно заботится и сожалеет. Поговори с ним и дай ему шанс извиниться.
— Я не хочу тебя слушать, как и этого ублюдка!
— Не беги, ты можешь упасть.
— Не говори мне, что делать, ты ничего обо мне не знаешь, тебе на меня наплевать! — закричала я в припадке истерической ярости.
— Не говори ереси.
— Ересь в том, что ты поддерживаешь того, кто сделал это со мной! Я потеряла всё из-за этого сукина сына, а ты, мой отец, его оправдываешь!
  
— Я просто говорю, что сесть в ту машину, решила ты!
— Он заставил какого-то грёбаного консьержа вышвырнуть меня из дома, а потом отказался меня слушать. Держу пари, твой подопечный тебе не рассказал!