Сборник "Самая страшная книга 2014-2024" (СИ)
Она прикусила губу. «Все хорошо, это же просто куртки». Щелчки фотоаппарата звучали до странного неуместно среди притихших сосен. Такой громкий звук мог разбудить всех этих висящих. А Игорь все снимал и снимал.
Щелк. Щелк. Щелк. Щелк. Щелк.
Фигуры шевелились.
– Хватит! – не выдержала Лиза и тут же смутилась.
– Милая, я понимаю, это все немного… пугает. Но посмотри. – Он окинул жестом куртки, деревья и сам холм. – Ведь это настоящее чудо. Люди должны знать о таком…
– Зачем? – тихо спросила Лиза.
Но Игорь, если и слышал вопрос, не подал вида.
– Давай быстро поднимемся, сделаем пару фоток и сразу уйдем. Хорошо?
Оставалось только согласиться. «Хотя он все равно вернется».
Поднявшись немного, Лиза обернулась. Теперь она знала, куда смотреть, и видела, что пугающие силуэты сомкнули кольцо вокруг холма. «Это ловушка, – подумала она. – Нас окружили». Фигуры, те, у которых были головы, закивали, соглашаясь. Больше Лиза не оборачивалась.
Под ногами стал попадаться разный хлам: треснувшие темные очки, ботинок, разбитый зеленый фонарик, перчатка. Прикасаться к этим вещам не хотелось.
Наконец они добрались до вершины. Земля здесь была голой, и лишь кое-где торчали клочки жухлой травы. Внизу, метрах в десяти под ними, ковром шевелились деревья, верхушки их смыкались так плотно, что можно было ступить на них и идти, как факир по иглам. Больше до самого горизонта во все стороны не было ничего. Лес и небо. Только в одном месте, вдалеке, едва намечались призрачные очертания чего-то темного. Был ли это город или что-то другое, Лиза сказать не могла.
– Странно все это. Я не думала, что лес такой большой, его ведь за несколько часов пройти можно. Отсюда должно быть видно реку, дорогу… а тут ничего. Знаешь, там, внизу, мне казалось, что холм ненастоящий. А теперь похоже, что, кроме него, ничего другого в мире и нет. Все размытое, будто ластиком пытались стереть…
– Вижу, на тебя нашло поэтическое настроение.
Лиза поежилась, не ответив.
– А мне здесь нравится. Тихо, спокойно, – сказал Игорь.
– Ага, если забыть о тех штуках внизу.
Опустив глаза, Лиза поняла, что лысая макушка холма не была естественным образованием. Повсюду виднелись следы ботинок, кед, туфель, следы босых ног, большие и маленькие. Кто-то вытоптал ее, кто-то танцевал здесь, водил хороводы или, может, маршировал. Лиза не хотела этого знать, не хотела смотреть на следы, она стерла ногой те, что были рядом, и легла, положив рюкзак под голову. По небу медленно плыли облака, они-то уж точно были настоящими.
Игорь сосредоточенно делал снимки, а потом вдруг сказал:
– Воняет чем-то.
Лиза и впрямь почувствовала тонкий сладковатый запах. В детстве она видела корову со страшной язвой на шее, в которой копошилось что-то белое. От нее пахло так же. Ей вспомнились умоляющие глаза той коровы, ощущение собственной беспомощности и почти священный ужас, который она испытала, глядя на нечто, пожиравшее корову изнутри. Хотелось помочь несчастному животному, но разве могла она даже помыслить прикоснуться к этой чудовищной ране?
Как незваные гости, пришли мысли о том, что, не насытившись коровой, та сила вернулась теперь и за ней.
Игорь стал расхаживать вокруг в поисках источника запаха.
– Кажется, отсюда! – крикнул он. – Фу! Точно, отсюда!
Он закашлялся.
Лиза подошла ближе, и у нее перехватило дыхание. Запах поднимался из кривой, похожей на ухмыляющийся рот, расщелины. Края ее были выложены сухой травой и напоминали истрескавшиеся желтые губы.
– И как я ее сразу не заметил? Туда, наверное, упал кто-то и сдох, – предположил Игорь, когда они отошли подальше, туда, где запах был слабее. Избавиться от него полностью уже не выходило, с каждой секундой он, прежде незаметный, усиливался.
– Пойдем уже! – выдавила Лиза, стараясь дышать только ртом.
Они начали спускаться и почти покинули лысую вершину, когда за спиной послышалось:
– Помогите!
«Это ветер. Сосны шумят».
Но Игорь тоже слышал. Он замер.
– Помогите! – чуть громче позвал голос, и Игорь бросился наверх. Лизе не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ним.
– Помогите! – Теперь голосов было несколько.
Игорь опустился на колени перед расщелиной, почти засунув в нее голову.
– Здесь кто-то есть?!
«Есть. Есть. Есть», – ответило эхо.
«Съесть!» – послышалось Лизе.
Казалось, эхо будет единственным ответом, но, едва оно утихло, из глубины раздалось многоголосое:
– Помогите!
Женские голоса, мужские, детские. Сколько же их там?
– Помогите! – заплакал мальчик.
– Сейчас! Сейчас! – Игорь начал шарить по карманам, будто мог найти там что-то, способное помочь.
А запах становился непереносимым.
– Как вы туда попали? – крикнула Лиза.
«Пали. Пали».
– Помогите!
Голоса зазвучали ближе, и чудилось, что кричащие медленно поднимаются из глубины. Лиза невольно отодвинулась от края расщелины.
– Давай я попробую спуститься. Из курток и ремней можно сделать веревку. А ты подстрахуешь, – предложил Игорь.
– Я тебя не пущу. – Лиза прервалась, когда послышалось очередное: «Помогите!» – Нужно полицию вызвать. И скорую.
Она попыталась позвонить: гудки шли, но через несколько секунд обрывались.
– Помогите!
– Сейчас, сейчас! – Игорь начал расстегивать ремень.
– Не могу дозвониться. Нужно подойти ближе к городу.
– Ты иди. А я останусь. Я спущусь.
– ПОМОГИТЕ!
Перед глазами плыли темные пятна. Смрад усиливался после каждого зова, словно был гнилостным дыханием самого холма. Лиза достала платок и теперь дышала через него. Ее тошнило.
– И что ты будешь делать, когда спустишься? Вместе с ними кричать?
– Помогите! – Голоса постоянно менялись, и в них стало слышаться что-то фальшивое. Жестокая, злая насмешка.
– Надо спуститься! – повторил Игорь вяло, уже без прежнего запала. Раскрасневшееся лицо, капли пота на лбу и блестящие, стеклянные глаза делали его похожим на пьяного. Лиза вдруг поняла: так оно и есть.
«Это газ! – пронеслось в голове. – Бывает такое, что яд выходит из-под земли и убивает. Мы отравились».
Она стала тянуть мужа прочь от этой проклятой расщелины.
– Помогите!
Она пыталась объяснить Игорю про газ, но язык не слушался. Получалось что-то вроде: «Выходит, выходит». «Кто выходит? О, господи!» – подумала она, содрогнувшись. К счастью, Игорь и сам начал что-то понимать, он больше не упирался, и Лизе удалось оттащить его от расщелины. Добравшись до ближайшей сосны, они жадно глотали чистый воздух, когда в последний раз услышали:
– Помогите!
Не мольба о помощи, а издевательская пародия на нее.
А потом наверху засмеялись. Множество голосов слились в едином хохоте, таком цельном, будто смеялся один человек со множеством глоток. И этот смех с вершины был так нелеп и так страшен, что Игорь и Лиза бросились прочь. Они спотыкались о корни, падали, скатывались с уступов. А за спиной у них земля начала дрожать от топота сотен ног.
Навстречу выскочила фигура. Синяя куртка. Лиза врезалась в нее, пыльную и затхлую. Веревки с треском оборвались, и девушка покатилась вниз. Она кричала, барахталась, чувствуя в обхвативших ее пустых рукавах странную силу. Невидимые руки ощупывали ее, пытались забраться под рубашку.
С трудом она отбросила от себя этого мерзкого стража, становившегося все сильнее и тяжелее. Она бежала дальше, и только глубоко в лесу, упав под какой-то куст, поняла, что Игоря рядом нет.
Она долго вслушивалась в лесные звуки: кричала кукушка, кто-то копошился в траве, и вдалеке, точно из другого мира, доносился гудок поезда. Ни смеха, ни криков, ни топота ног.
Телефон Лиза найти не могла, поэтому стала робко звать мужа, в надежде на то, что ее голос не привлечет того… то, что за ними гналось.
Ответом были лишь равнодушные крики птиц.
К вечеру она сумела добраться до города. «Он дома, – уверяла она себя. – Ждет, волнуется, где же я». Но квартира была пуста и казалась чужой, словно дом в одночасье перестал быть домом, а сделался подобием тоскливой больничной приемной. Она звонила с домашнего телефона, но Игорь был недоступен.