Я чувствую тебя (ЛП)

— Да, — кивнул Гарри, чувствуя, как в горле мгновенно пересохло. — Уверен, Гермиона думала именно об этом.
Симус проигнорировал его ироничное замечание и поднялся с пола.
— Эй! — позвал он, сложив ладони рупором. Несколько голов повернулись в его сторону. Гарри попытался сползти ниже, не желая быть втянутым в очередную выходку Симуса. — Вы там, идите сюда!
Краем глаза Гарри наблюдал, как слизеринцы обменялись недоумёнными взглядами, после чего склонились друг к другу, что-то обсуждая громким шёпотом. Через пару секунд они снова выпрямились.
  
— Зачем? — недоверчиво спросила Пэнси Паркинсон.
Симус оглядел кружок студентов, в котором находились они с Гарри — многие смотрели на него так, словно он совсем съехал с катушек. Пожав плечами, Симус ответил:
— Просто так. Нам же всем приходится жить вместе, верно? Почему бы не проявить дружелюбие.
— Это какая-то шутка? — недоумённо спросила Милисента Булстроуд.
— Что? Нет! — хохотнул Симус. — Просто пытаюсь быть хорошим соседом. Идите к нам, посидим вместе. И прихватите огневиски.
Теодор Нотт поднялся первым.
— Ему просто нужен наш алкоголь, — пожал он плечами, обращаясь к однокурсникам. — Пойдёмте, ребят, от нас не убудет, если мы поделимся.
Некоторые слизеринцы выглядели так, словно считали, что от них очень даже убудет. Нотт склонился к Паркинсон и что-то шепнул ей на ухо. Она нахмурилась, но потом поддалась, тяжело вздохнув, и согласно кивнула. Пэнси, в свою очередь, повернулась к Смиту и что-то сказала ему.
Медленно, один за другим, слизеринцы поднимались на ноги, перемещаясь к группе на другом конце комнаты, и занимали свободные места на диване и подлокотниках уже занятых кресел. Паркинсон пришлось буквально тащить Малфоя за руку. К тому времени, когда они приблизились к неровному кругу, большинство мест оказались уже заняты, кроме свободного пространства на полу перед диваном, где сидел Гарри.
Паркинсон выдавила из себя вымученную улыбку и кивнула.
— Поттер.
Она уселась на пол, оставляя достаточно большое пространство между ними, и, указав на свободное место, сказала:
— Драко, садись.
Каждая мышца в теле Гарри напряглась, когда Малфой покорно опустился рядом с ним. Несмотря на то, что Гарри был рад, что между ним и Паркинсон существовала какая-то физическая преграда, тот факт, что ею оказался Малфой, делало всё намного хуже. Теперь они находились даже ближе друг к другу, чем во время практикума по зельеварению днём ранее.
— Малфой, — вежливо поприветствовал Гарри, коротко кивнув.
Не повернувшись к нему, Драко тоже кивнул и в тон ему отозвался:
— Поттер.
Неловкое молчание повисло над вновь образовавшейся компанией.
— Ну, раз уж мы вместе, — начала Дафна Гринграс с напускной весёлостью, — что будем делать?
Блейз Забини, который умудрился отжать кресло в единоличное распоряжение, поднял бутылку с огневиски над головой.
— Что за вопрос. Будем делать то же, что и любая другая группа студентов без присмотра, — ответил он с широкой улыбкой. — Напьёмся до потери сознания.
Симус издал согласный возглас и с готовностью принял бутылку из рук Забини. Разговор завязывался медленно, но чем дальше бутылка с огневиски перемещалась по рукам, тем больше все расслаблялись. Гарри не испытывал желания вступать с кем-то в диалог или следить за одним из многочисленных обсуждений. Это потребовало бы слишком большой концентрации, что было особенно сложно, учитывая, что все его мысли были направлены на то, чтобы подмечать даже самые незначительные движения парня, который сидел рядом.
Через несколько минут Гермиона и Рон вернулись в гостиную, волосы Гермионы казались более растрёпанными, чем обычно, а лицо Рона заметно порозовело. Они оба немного опешили, увидев новое расположение студентов в комнате. Гермиона встретилась взглядом с Гарри и вопросительно вскинула бровь. Он едва заметно пожал плечами, выдавая свой лучший взгляд а-ля «я-тут-ни-при-чём». Новоприбывшие осторожно проложили себе путь к дивану мимо рассевшихся студентов и заняли место на полу в дальнем конце круга.
Гарри размышлял, стоит ли встать и переместиться к ним. Не будет ли это грубо с его стороны? Он всё равно ни с кем не разговаривал, а Рон и Гермиона были его лучшими друзьями. Но Малфой мог решить, будто Гарри его избегает. Нет, это было глупо. Ведь Малфой сам его избегал. И почему Гарри должно волновать, как истолкует его действия этот мерзавец? У него не было никаких причин оставаться там, где он сидел. Ну, кроме тепла, исходившего от руки Малфоя. Это было довольно приятно.
Кто-то похлопал Гарри по плечу. Он обернулся, оказываясь лицом к лицу со Сьюзен Боунс, которая сидела на диване скрестив ноги и протягивала ему заветную бутылку огневиски. Наконец-то, подумал Гарри, забирая бутылку с благодарностью. У него было уже гораздо больше опыта в употреблении крепких напитков, чем когда он впервые попробовал огневиски в день памяти погибших. И всё же привыкнуть к первому обжигающему глотку Гарри так и не смог.
— Осторожно, Поттер, — раздался холодный голос Малфоя рядом с ним. Гарри быстро опустил бутылку, несколько капель горьковатого напитка скатились вниз по губам и подбородку, падая на рубашку. — Ты же не хочешь, чтобы кто-то воспользовался твоим состоянием.
Гарри сглотнул, немедленно ощутив сухость во рту, несмотря на то, что только что пил. Он сделал ещё один долгий глоток и передал бутылку Малфою, вытирая рот тыльной стороной ладони. Драко запрокинул голову, прикладываясь к горлышку, и Гарри заворожённо наблюдал, как двигались мышцы на шее Малфоя при каждом глотке.
— Зависит от человека, — негромко произнёс он. — Может, я был бы не против.
Малфой подавился огневиски. Он быстро опустил бутылку и посмотрел на Гарри, взгляд его бледно-серых глаз был одновременно удивлённым и испытующим. И Гарри выдержал его, не совсем понимая, как истолковать слова Малфоя или даже свой собственный ответ. Он просто знал, что было что-то странное — смесь надежды и желания, которая сдавливала грудь.
Малфой первым отвёл взгляд и буквально впихнул бутылку в руки Паркинсон. Закончив, она передала огневиски дальше по кругу и вновь повернулась к Малфою, продолжая прерванный разговор.
Гарри тяжело выдохнул и отвернулся.
  *
— Это не настоящий поцелуй! — воскликнула Ханна Аббот. — Делайте это нормально или выполняйте наказание.
Падма Патил смерила её яростным взглядом, не замечая поднятых больших пальцев, которые из-за её спины Ханне показывал Стивен Корнфут.
— Ох, ну ладно, — проворчала она, поворачиваясь к Стивену. — Покончим с этим.
Она обхватила его ладонями за лицо и притянула к себе, сминая их губы в поцелуе. Со своей стороны Гарри мог разглядеть, как двигались их языки. Он не знал, влияла ли на него эта картина или количество выпитого, но его ощутимо подташнивало. Когда Ханна подала сигнал к окончанию, Падма отпихнула Стивена и выжидательно повернулась к ней.
— Довольна?
— Да, спасибо. Теперь очередь Стивена.
Падма поспешно вернулась на своё место в круге студентов, а Стивен потянулся к пустой бутылке из-под сливочного пива в центре и крутанул её. Все с интересом наблюдали за движением бутылки, которая в конце концов остановилась, указав горлышком на Пэнси Паркинсон. Та наигранно вздохнула и поползла на четвереньках в центр круга.
— Держи руки так, чтобы я их видела, Корнфут.
Гарри не смотрел на поцелуй. Гораздо больше его волновала реакция Малфоя на то, как его девушка — или какой у них там эквивалент девушки на Слизерине — целовалась с кем-то другим. Но лицо Малфоя выражало лишь скуку; он вытянул ноги вперёд и откинулся спиной на диван.
  
Когда равнодушный поцелуй завершился, пришла очередь Паркинсон. Бутылка указала на Захарию Смита. А вот это уже вызвало реакцию Малфоя — громкий театральный стон. Со стороны остальных слизеринцев раздались глумливые насмешки и присвистывания.
— Закрывайте глаза, — протянул Малфой. — И уши тоже лучше прикройте. Зак звучит как умирающий жмыр, когда возбуждается.