Мия. Гравитация Vs Свобода (СИ)

— Умница, Колибри. Позже продолжим, — слышу его голос и, осязая его руку на спине, перестаю чувствовать вес его тела.
  
Глава 20. Superionisches Eis
 
Разворачиваюсь. По-прежнему глубоко дышу. В ушах шумит. Голова кружится. Все еще чувствую пульсацию клитора и сокращения. Шорты? Приспущены на бедра, но на месте. Тяну их на себя. Выдыхаю, стараясь успокоиться. Зависаю. Прислушиваюсь к ощущениям. Парадоксальное состояние. Адреналиновый штиль — спокойствие в драйве.
  
Айслер уже внизу. Вновь у штурвала и боковой панели управления. Как ни в чем не бывало. Чувствую с ним странную связь. Но пока не могу разобрать ее природу.
Вокруг… Все тот же морской пейзаж, но чем-то он отличается. Будто природа пытается восстановить все как было после урагана и у нее не до конца получается это сделать. Проскальзывают изменения. Море белыми барашками плещется в хаосе. Облака в небе изменили свою структуру. Стали гуще. Совсем перестав пропускать солнце. И ветер будто изменил свой состав. Стал плотным. Осязаемым.
Ловлю параллель со своим состоянием. Я все еще я, осталась собой, приходя в норму после первого в моей жизни оргазма с мужчиной. Но что-то во мне изменилось. Ментально и физически.
Вновь перевожу взгляд на Харда. Склоняю голову набок, рассматривая его внимательней. Сопоставляя со своим состоянием. Да. Определенно изменилось. Будто на глаза поставили фильтр, что делает все вокруг ярче и выразительнее. В том числе и его. Нас. Наше взаимодействие.
Порыв ветра, и я машинально ёжусь. Плотный ветер накрывает прохладой. Ощутимо. Теперь уже не жалею, что надела рашгард и яхтенные водонепроницаемые шорты.
— Замерзла? — внезапное от Айслера.
— Нет. — уверенно.
— Пить хочешь?
— Нет.
Молча продолжаем глиссировать. По-прежнему ловлю адреналиновый штиль. Все ещё чувствую низ живота. Чтобы отвлечься рассматриваю парусник более внимательно.
— Зачем здесь три штурвала?
— Чтобы рулевой мог менять сторону в зависимости от галса.
Проверяю надежность ремня на шортах.
— Можно я тоже порулю?
— Тебе нужно набраться сил.
— Но я не устала…
— Устанешь. — Не без иронии.
— Устала быть привязанной к сетке.
— Углеродная решетка, — поправляет он.
— Устала быть привязанной к углеродной решетке. Хочу в каноэ.
— Рулевой пост.
— Хочу на рулевой пост.
— Нет. — На этот раз жестко. — Отдыхай.
— Хочу к штурвалу. — Настойчиво. И наш парус начинает немного кренить.
Крыло так отреагировало на мое шипение, или это естественный порыв ветра?
Смотрю на Айса. Невозмутимо выравнивает тримаран, и мы продолжаем глиссировать. Видимо только он может упорядочить созданный мной хаос.
Бросаю взгляд вперед и вижу дисплеи у мачты. Не только на рулевом посту.
— А все эти экраны что показывают?
— Телеметрия, скорость, угол атаки, гидравлика, положение фойлов, настройка парусов.
Чувствую, что его достали мои вопросы, но он терпеливо отвечает. Однако с моей стороны это не каприз.
— Я тоже хочу в этом разбираться.
— Будешь, Колибри. — Спокойно.
Киваю. Да. Буду.
Вновь тишина. Режем водное полотно фойлами. Все ещё ловлю адреналиновый штиль. Рассматриваю черный парус со странным названием по вертикали.
— Что значит SE — XVIII?
Пауза. И ответ.
— Superionisches Eis [Суперионный лед, перевод с немецкого]
Зависаю. Что-то странное. Слышу об этом в первый раз, но будто знаю о нем. Откуда у меня эти знания?
— Где его применяют?
— На Земле его нет.
Резко приподнимаюсь.
— А где он есть?
— На ледяных гигантах. Уран, Нептун. Экзопланеты.
На секунду зависаю. И внезапно понимаю, что такое экзопланета. Хотя совершенно не помню школьный курс астрономии. Но, возможно, из-за хорошей ориентации в языках.
— «Экзо-» — это «вне-» «внешний». Внешние планеты. Скорее всего, вне Солнечной системой. А может и за пределами галактики.
Айслер молчит, что я воспринимаю как «да», а в памяти яркой вспышкой встает сон в первую ночь пребывания на «Леднике».
— Этот лед… Черный и сверхпрочный. — утверждаю. Потому что уверена.
Кивает.
— И похож на черный алмаз. — Добавляю. Вновь смотрю на черный парус с яркой ксеноновой надписью. — Почему XVIII?
— Его фазовое состояние.
Вновь зависаю. Вспоминаю детали сна. Я не ощущала там холода.
— Он не холодный. Скорее наоборот. Горячий лед. — Откуда-то догадываюсь.
— Устойчив к максимально высоким температурам и давлению. — Подтверждает.
— Теперь понятно, где я была… — задумчиво.
Это было пространство Айслера. И оно состояло из суперионного льда. Пугает ли меня это открытие? Нет. Напротив. Мне интересно.
Смотрит на меня. И теперь я уверена, он знает о моем сне.
От размышлений отвлекает черная точка на горизонте. Наш «Ледник».
И уже через пять минут мы состыковываемся с яхтой.
Айслер помогает спрыгнуть с решетки, крепко держа меня за талию. Обнимая его за плечи, вдыхаю его запах, солоноватую кожу и низ живота вновь наливается приятной тяжестью. Мое тело определенно реагирует на него. Как и сознание. Мне интересно с этим человеком. Мне хочется его познать. Как колибри из сна исследовала его руку.
Аккуратно ставит вниз. И только сейчас чувствую ощутимый тремор в ногах. Айслер оказался не так уж неправ, относительно «набраться сил». Пока я полулежала на сетке, не чувствовала усталости.
А нас уже встречает Петер. Ловлю его беспокойство.
— Мы наблюдали в море сильное волнение. Все в порядке?
— Все в порядке, — отвечаю я. Волнение было, конечно, но мне казалось оно не настолько несильным, чтобы беспокоиться.
— Обед наверху для Мии. — коротким распоряжением.
Петер кивает и иногда бросает на меня внимательный взгляд.
— Уже звонил Берт. — обращается к хозяину.
— Знаю.
— Мы будем в Монако по плану. Через час. Подтвердить встречу?
Айс кивает и смотрит на меня.
— Меня не будет весь день. — Ведет к лифту, положив руку на спину. — Отдыхай на яхте. Петер пришлет байера. Она подберет что-нибудь для вечера.
— А что будет вечером?
— Монте-Карло.
Кривлюсь. Даже не скрываю недовольства. Не хочу опять в цивилизацию. В эти светские разговоры. Любезные улыбки. В гламур. В лакшери-шоппинг и иже с ним.
— А можно вместо Монте-Карло я еще покатаюсь на тримаране? Например, с Виго и командой.
— Ночью, Колибри. — Без иронии. И я понимаю, что меня ждет завершение начатого. Как он и сказал «продолжим позже».
Уходит по коридору, уже отвечая на звонок.
На секунду зависаю, наблюдая за ним. Хочу ли я продолжения? Готова ли? Яркая вспышка кадров сегодняшнего яхтинга отдает в позвоночник. Разливаясь током по всему телу. Определенно, готова.
  
Глава 21. Прибытие
 
Пока обедаю наверху, гуглю всю инфу по яхтингу и суперионному льду.
Образуется в недрах ледяных гигантов при температуре 4700 °C и экстремально высоком давлении в 3,3 миллиона раз выше атмосферного. Он не существует на Земле, так как здесь нет условий для его образования.
Уникален. Чем? Четыре основные характеристики.
Подвижность водородных ионов — они свободно перемещаются внутри решётки, как в жидком металле. Одновременно твердый и жидкий. Как твердая вода.
Электропроводность почти как у меди — лед, как металл.
Чёрный цвет. Как черный алмаз.
Плотность в 4 раза выше, чем у обычного льда.
В будущем может быть использован как твердый электролит например, в ядерных реакторах или космических системах.
Слышу голос Айслера ниже. Он на палубе. Разговаривает по телефону.
Иду к перилам. Наблюдаю. Определенно, после моего первого опыта между нами возникла незримая связь. Сейчас, когда я успокоилась, осязаю ее позвоночником и подушечками пальцев. Она не просто есть, она тянет к нему. Странное ощущение. Возможно, вместе с ним я не просто раскрою свою природу ведьмы, но и узнаю о себе больше? Из чего состою, что делает меня ведьмой. И кто я рядом с Ним?