Мия. Гравитация Vs Свобода (СИ)

Чувствую на себе десятки прикованных взглядов. Шепчут. Рассматривают, но я их не замечаю. В образе. Иду уверенной походкой ледяной королевы в мантии, демонстрируя холодную доброжелательность и слегка растянув губы в ироничной улыбке. Маска — часть моего образа. Но не только. В ней истинная суть Бесовой, которую я сейчас выпустила наружу. И не прячу.
Мне кажется, или правда в зале стало тихо. Улыбаюсь. Сжимая стеклянный клатч, иду по подиуму. Эпатаж удался на все сто.
  
Айслер продолжает с кем-то говорить спиной ко мне, зато по курсу чета Бриатоне. Флавио оценивающе кивает с видом «достойно», и удивлен метаморфозой. А вот Франческа от моей резкой смены образа не может скрыть удивления. Рассматривает ледяной шлейф, яркие капли танзанита и загадочный символ на лбу, переливающийся в вечерних огнях. Пытается, конечно, прятать эмоции, но на ее лице отчетливо читается «да она, оказывается, не так проста. Была уверена, что она наив, а тут продуманная стерва».
Иронично ей подмигиваю. Она натягивает приветливость мне в ответ. Ну что ж, mission accomplished.
Рядом стоит Палома. Ее черный наряд от Валентино с глубоким задрапированным в прозрачный гипюр декольте подчеркивает идеальные формы и эротичность. Но даже ее гипюровые перчатки теряются на фоне моего яркого ледяного образа с серебристой татуировкой на лбу.
Даже не смотря на то, что наряд полностью закрывает мое тело, в нем не меньше женственности. К тому же, не хотела оголяться, чтобы давать меньше поводов думать, будто я зацепила Айса обнаженкой.
Улыбаюсь, прохожу мимо и рада, что в этот момент с моря доходит порыв ветра. Я намеренно не покупала духи. Перед выходом брызнула в воздух парфюм Айслера и на секунду задержалась под этой ледяной пылью, оседающей на голубой мантии, волосах и коже. Чувствуя, как запах Айслера проникает и впитывается в мою ДНК.
Судя по недовольному выражению подруг, они тоже уловили этот аромат. И сделали выводы — у нее есть доступ к спальне Айслера. Он позволяет ей трогать свои вещи и пользоваться ими. А это уже совсем другой уровень отношений, нежели понятная несложная простушка на неделю.
Первичная цель достигнута. Больше меня не воспринимают проходящей куклой в постели Айслера. Визуальный раунд окончен. Как и обонятельный.
Предстоит, конечно, еще один раунд. Словесный. Но это уже мелочи.
Иду дальше, продолжаю свой catwalk, скользя ледяным шлейфом и оставляя за собой изысканный аромат нишевого парфюма. Мои массивные серьги в виде льдинок переливаются в вечерних огнях и перебивают блеск бриллиантов. Рада, что не выбрала классический черный. Сливалась бы с большинством.
Продолжаю ловить заинтересованные взгляды. Но теперь я смотрю на Айслера. Ловлю себя на странной мысли. Изначально игра была нацелена на Франческу, появился азарт утереть ей нос и дезориентировать одним своим появлением. Миссия успешно выполнена, и о Франческе я забываю, как об отработанным материале.
Но сейчас понимаю, что Его реакция мне тоже важна. Оценит ли? Понравится ли ему образ ледяной королевы? Примет ли метаморфозы из Беситы в Бесову? Прочитает ли мой символ? И не слишком ли много я на себя взяла, когда одним своим образом продемонстрировала всем окружающим свой статус рядом с Айслером. Не превысила ли я полномочия? Рискую. Очень. Но чем опаснее, тем интереснее игра.
Собеседники Айслера переводят взгляд на меня.
Обернись. — Мысленно.
В лаунж зону врывается с моря новый порыв ветра, и Айслер, улавливая знакомый аромат парфюма, оборачивается. Смотрит на меня. Взгляд нечитаемый. Что добавляет адреналина в вены.
Затаила дыхание, но, сжимая клатч, продолжаю идти уверенной походкой. Не отвожу взгляда. Готова к риску. Иронично улыбаясь. Не скрывая суть Бесовой.
  
Глава 10. Цветные линзы
 
Подхожу к Айслеру. Разрабатываю план. Если он при всех покажет, что я превысила полномочия, думаю, как разыграть партию. Какой стратегии придерживаться. Уйти или остаться и немного поиграть. Становлюсь рядом. Жду реакцию. Невозможно предсказать, какие мысли крутятся у него в голове. Черт, в такие минуты особенно сильно хочется сделать ему лоботомию. В любом случае, никаких поцелуйных приветствий и «милый, я соскучилась» даже не планирую говорить. Все эти уменьшительно-ласкательные коды мне лично никогда не нравилась, и если Айс ждет от меня подобных проявлений привязанности, во-первых, сильно в нем разочаруюсь, во-вторых, пусть лучше сразу голову свернет, чем заставляет меня это делать.
Но он невозмутим, как штиль в океане. Несмотря на непроницаемое лицо, кладет руку на мою спину и по позвоночнику идет ток.
— Развлекаешься? — внезапно. И на его лице мелькает ирония.
Чертов Ктулху. От него можно что-либо скрыть? Значит, он понял, что я хайпую. Понял, что моя игра была направлена не на него.
— Я такая читаемая? — тоже не скрывая иронии.
— Твоя кредитка вполне.
Как ни странно, но я не тушуюсь. Будто во мне вновь что-то изменилось. Не иначе его парфюм подействовал, впитавшись в мою ДНК.
— Есть возражения? — вопрос с двойным дном.
— Веселись, Колибри. — Как и ответ.
— Я перестала бороться со своими бесами, теперь мы на одной стороне, — предупреждаю. Примет ли он меня такую? Не только хорошую девочку, но и моих бесов, от которых я не хочу избавляться. Примет ли он мою веру в Ктулху, которая далека от добродетельной?
Скользит по лбу с символом и кристаллами. Внимательно наблюдаю. Нечитаем.
— Знакомый рисунок?
Вновь в сайлент-режиме. Вновь задумываюсь о лоботомии. Останавливает взгляд на глазах.
— Ты не надела линзы. — Констатацией.
Он прав. Сделала это намеренно. Это тоже часть образа. Суть Бесовой.
— Это проблема?
— Больше не носи их.
Иронично улыбаюсь. Дал понять, что принял. Что при нем я могу не сдерживать эту часть личности.
Бросаю взгляд вперед. Только сейчас понимаю, что собеседники Айса молча стоят и наблюдают. Нашу беседу они не слышат, но видят, как и весь местный бомонд.
— Познакомьтесь. Мия Бесова. — Невозмутимо.
— Массимо Арведи, — невысокий подтянутый мужчина далеко за 60.
— Джованни Бисконти. — Седовласый синьор в очках почти того же возраста.
Бисконти, кажется аристократическая фамилия. Даже если я ошибаюсь, дяди важные. Очень. Но судя по их поведению, Айс выше в этой бизнес-иерархии.
Сюда же подходят и их пары. Ухоженная дама лет пятидесяти, которой не дашь и сорока, с короткой стрижкой. Жена Арведи. А вторая, как и Франческа, молодая женщина лет 30, в которой я узнаю бывшую супермодель из Южной Америки.
— Вы хорошо говорите по-итальянски.
— Благодарю. Когда я говорю по-итальянски, я будто пою и попадаю в эпоху Ренессанса.
Чувствую, понравились мои рассуждения. Хотят завести разговор обо мне, но боятся Айса. Впрочем, его защита мне не нужна. Я не стесняюсь своей бедности, и, если у меня, спросят расскажу о том, как я мыла полы в 16 и работала официанткой с 18-ти.
— Как вам Сардиния?
— Я видела только Косту-Смеральду. — Ухожу от прямого ответа.
— Где именно побывали? — от жены Арведи.
— Cervo, Romazzino, Cala di Volpe. — Как объяснял водитель, пока вез на шоппинг.
— В реперных точках, — кивает.
— Жаль не успела сегодня пройтись по Promenade du Port. Мне сказали, там есть арт-галерея и все лаунж-пространство и пристань усеяно миниатюрными скульптурами. — Не вру. Пока девочки из бутика, вызвав швею, корректировали длину туники "на бегу", я спрашивала, что здесь можно посмотреть помимо магазинов.
— Арт-проекты под открытым небом. — Дама определенно имеет к ним отношение.
  
— Как Авенида со скульптурами Дали в Марбелье, арт-деревня в Доцце или «nanas» и скульптурная миля в Ганновере?
— Вы бывали в этих местах? — на немецком.
— Да.
— Вы имеете отношение к искусству? — рассматривает символы на лбу и мой образ в целом. Видимо, оценила эстетику и гармоничность.