Возвышение. Земли Ордена (СИ)

Магистр Хорит, не оборачиваясь на меня, не в силах отвести взгляд от Толы, отмахнулся:
— Заканчивай с этим, Леград. Ты магистр обоих отделений Ордена, я — не более чем твой заместитель, временно исполняющий свою работу в этом отделении. В символе власти нет моего имени.
Я вздохнул. Ну да, стоило сбежать из той части Ордена, чтобы получить вот это. Предложил:
— Заместитель и здесь, и там.
— Мы уже говорили об этом, — повёл головой из стороны в сторону Хорит. — Нет, Леград. Это твой путь, путь молодого идущего, у которого всё впереди. Да, я могу быть моложе иных твоих подчинённых, но мои годы растрачены впустую, и никакой воздух Пятого и его же эликсиры не сравняют меня в силе с твоими старейшинами. Тебе ли не знать, чего стоит Возвышение на алхимии? Тем более, в моём возрасте, когда девять десятых алхимии пропадут впустую? Место твоего заместителя должен занять кто-то помоложе. Чем Аранви плох?
— Тем, что понимает в управлении фракцией ещё меньше меня?
Магистр Хорит, наконец, оторвал взгляд от Толы, повернулся ко мне и улыбнулся:
— Значит, вам обоим нужно будет больше учиться.
Я устал спорить, устал ещё во время лечения Толы, так что сдался и выдохнул:
— Хорошо, старейшина Хорит.
— Да-а, — протянул Хорит. — Это лучше, это звучит свежо. В одном только именовании ощущается ветер перемен, которые ты принёс в Орден. Перемены и надежды, — старейшина Хорит снова повернулся к Толе и покачал головой. — Надежды, о которых я не смел даже задумываться.
Я и сам до сих пор ощущал отголоски того удивления, которое испытал в подземелье Дизир. Тола жив. Более того, он был истощён, сильно изранен, но при этом его Возвышение не понесло безвозвратных потерь, хотя Дизир проще было бы уничтожить его средоточия. Но они не сделали этого, видимо, чтобы увеличить его страдания. Так что следовало беспокоиться не о его Возвышении, а его разуме. Но не мне, странному лекарю, лечить разум, пострадавший от сотен пыток. Остаётся надеяться, что знакомые лица вокруг сумеют вырвать Толу из его безразличия и молчания.
Кстати, о знакомых лицах.
Я вышел, подождал, когда новообретённый старейшина Хорит присоединится ко мне, и перешёл к главному:
— Пора задать несколько вопросов комтуру Ловеру.
Старейшина Хорит вздохнул:
— Твоя затея слишком опасна.
— Я вернулся один раз, вернусь и второй.
Он поправил меня:
— Ты уже вернулся дважды. Будет ли третий?
— Потому я и отложил встречу с Ловером и проверку третьего пути. Чтобы как можно сильней ослабить врага Ордена. План удался, лучшие и сильнейшие идущие Дизир теперь долгие месяцы не смогут показать пиковой силы.
— Тоже безумная затея. Провожая тебя, я как никогда понял Шандри.
Намёк, тем более такой жирный намёк, сопровождаемый взглядом и тоном, я понял и покачал головой:
— Нет. Пока я не хочу с ним встречаться. Ловер.
Старейшина Хорит положил руку мне на плечо и сказал:
— Мне, как старейшине Ордена, магистр Леград, хотелось бы, чтобы вы развязали клубок противоречий и молчания между вами.
— Я подумаю об этом, — ушёл я от ответа.
И старейшина Хорит прекрасно это понял, сжав мне плечо и нажав сильнее и словами:
— Тогда я назначу Шандри главой тех, кого буду готовить к путешествию?
Но я упрямо мотнул головой:
— Их главой я бы хотел видеть Виликор.
— Если магистру требовался такой старый заместитель как я, так и главе особого отряда не помешает опытный заместитель, — глядя мне глаза в глаза, сказал Хорит. — Тем более что они хорошо знают друг друга и почти два года работали вместе в Академии.
Я вздохнул под его пристальным взглядом и сдался:
— Хорошо.
Старейшина Хорит хмыкнул:
— Суметь бы ещё отговорить тебя от самоубийственной затеи.
— А вот это не выйдет, — мотнул я головой. Промолчал обо всех своих выводах про Небо, к которым пришёл, наблюдая за ползущими над Ареной облаками, сказал совсем другое. — Отправиться налогом в Империю, да ещё и прихватив с собой сотню человек-слуг — гораздо опасней, чем наведаться к духу в город.
На губах старейшины Хорита появилась печальная усмешка:
  
— Империя. Как сильно ты отличаешься от надежд юноши по имени Хорит и как сильно близка к страхам старика с тем же именем.
На этот раз я промолчал, и старейшина Хорит, наконец, отвёл взгляд и отпустил моё плечо.
Всего через пару тысяч вдохов я получил просимое.
— Магистр? — за дверью раздался запавший в память голос, а затем она распахнулась.
Вообще-то, у Ловера такая должность, что он мог быть сейчас и с проверкой в дальней части Ордена. Комтур дорог должен следить за ними по всему Ордену, но стоило ли сомневаться, что я свою встречу получу в любом случае или не стоило?
Пока я задавался вопросами, на которые знал ответ, старейшина Хорит встал из-за стола и с улыбкой сказал:
— У вас будет долгий разговор, а слушать его, раздувая свои страхи и переживания, у меня нет никакого желания. Оставляю вас, — старейшина Хорит улыбнулся Ловеру чуть сильней и слегка склонил голову. — Комтур, — повернулся ко мне, уже сияя и слепя улыбкой. — Магистр, — и был таков.
Ловер, перестал пучить глаза на закрывшуюся дверь и перевёл взгляд на меня.
— Это как понимать?
Я уже даже как-то привычно положил пальцы на виски и толкнул в маску силу. Положил её на стол и ответил:
— Как-то так.
Ловер выдохнул:
— Чтоб мне сдохнуть!
Я же, вспомнив, как он язвил над Шандри при нашей первой встрече, встал и раскинул руки:
— Я вернулся, брат Ловер, давай же обнимемся! — раньше, чем он успел сказать хоть слово, добавил. — Нет-нет-нет, не нужно плакать от счастья, брат Ловер, не нужно! Я и без этого знаю, что ты обо мне очень переживал.
Если Ловер и хотел что-то сказать, то не сумел — у него дыхание перехватило от моей наглости, только и смог, что принялся грозить мне пальцем, справился с собой и речью только вдоха через четыре.
— Ты!
Я взмахнул рукой:
— Нет-нет-нет, я уже передумал, давай обойдёмся без объятий, брат Ловер, терпеть не могу эту патоку, мне потом понадобится хорошая битва, чтобы смыть её сладость.
— Ах ты! — выдохнул Ловер и тут же возмущённо заявил. — Переврал всё в конце. Я бы сказал слащавость, а не сладость.
Я улыбнулся и пожал плечами:
— Подзабыл, брат Ловер.
Он глубоко вздохнул и спросил:
— Так значит, магистр Леград? — я лишь чуть опустил подбородок, а уже через вдох Ловер склонил голову и прижал кулак к ладони. — Комтур дорог приветствует молодого магистра.
Я едва не засмеялся. Что, теперь уже двое будут называть меня молодым магистром? Ответил на приветствие:
— Приветствую, брат Ловер.
Тот вскинул на меня горящий взгляд:
— Как ты это провернул? Как?
Значит, нет, молодым я останусь только для Седого. С улыбкой ответил:
— Долгая история, — видя, как сверкнули нетерпением глаза Ловера, пообещал. — Я расскажу, но сначала мой вопрос. Ты сделал то, о чём я тебя просил, брат Ловер?
— Ты, вообще-то, много о чём просил, хотя и видел меня в тот день в первый раз.
— Хорошо, — усмехнулся я этой нехитрой проверке. — Давай по порядку. Ты добрался до города Тысячи Этажей и остановил отряды?
В тот день на Арене я действительно всем сердцем переживал за орденцев, которых отправил к городу Шандри и не желал им угодить в вечный плен безумного духа или стать его оружием против сектантов. Но это случилось почти три года назад. Эмоции стёрлись из памяти, потускнели. Я даже позабыл поинтересоваться судьбой этих отрядов при встрече с бывшим магистром.
О Шандри спросил, о Лире Гарой поинтересовался, а о них забыл. Не думаю, что это хорошо для магистра и вообще собрата-орденца, но отрицать очевидное перед самим собой я не собирался, хорошо хоть спустя две недели вспомнил.
— Добрался и остановил, хотя это и далось мне нелегко. Никогда не был силён в скорости полёта.
— Отлично, — а вот обрадовался я и правда от всего сердца. — Просто отлично. А что с самой безумной моей просьбой?