Возвышение. Земли Ордена (СИ)

Потребовал от мечущегося между домов Седому:
— Не убивать. Не убивать.
Донеслась мыслеречь Пересмешника:
— Что там у вас? Мне помочь?
— Нет, — отрезал я. — Следи, чтобы никто не вызвал Стража.
— Ему сейчас точно не до…
— Следи! — рыкнул я.
Через несколько вдохов тот ответил:
— Понял, господин.
Но Седой и правда один не сумеет победить с такими ограничениями. Не забывая о десятках глаз, что наблюдали за мной, хлопнул по обманному кисету на поясе ладонью, через миг протянул Рейке взятый из кольца Флаг:
— Держи. Если погаснет защита, используй его.
Этого не было в плане, но она молча кивнула, сжимая пальцы на древке, а через миг я втянул в себя энергию из Барьера Прибоя и быстрым Шагом оказался в десяти шагах в стороне. Вскинул руки, слыша чужую, полную ярости мыслеречь:
— Взять его.
В спину тут же кольнуло Прозрением. Раз, другой, третий, с каждым разом всё сильней и сильней, без слов, холодом стали напоминая мне, что как раз я не скрываю свои силы, а ограничил их. Причём, по сути, трижды: я сам решил не применять техник, которые показал на турнире фракций, не смею применить змеев, которые выходят за рамки возможностей этого Пояса и вдобавок лишил себя девяти звёзд Предводителя.
Теперь со спины обдало тугим и жарким потоком воздуха.
Седой рыкнул:
— Сзади!
Продолжая вливать в составную технику силу и стихию, быстрым, привычным усилием использовал Покров непрерывно, вливая в него всю доступную мне мощь.
Вовремя. В спину ударило то, о чём предупреждал Седой и боевая медитация: лезвия, лучи и алый треугольный клинок. Ударили правильно, хитро, друг за другом, чтобы заставить откатить Покров, но лишь исчезли без следа, заставив кого-то разочарованно взвыть.
Ещё вдох — и Барьер Прибоя накрыл Рейку, а мне позволил сорваться с места, уходя из-под следующего удара.
Летающий меч и в воздух, к Седому на помощь? Короткого взгляда в его сторону хватило, чтобы отказаться от этой идеи. Там и без меня тесно, я, скорее, буду мешать.
Рывок протащил меня сквозь тугой воздух до ближайшего дома, Опора, и вот я уже бегу по стене, над головами врагов, раздавая удары мечом. Враги, всего лишь Воины, не в силах даже защититься, не то что причинить мне вред и лучшее, что могут — отскочить в сторону.
Лучшее же, что могу я — использовать сталь и оружейную технику. Я притворяюсь Маром Гарой, который коснулся и успешно использует стихию воздуха. Я же, под любой из своих масок, не могу отказаться от техник воды. Все мои сильнейшие техники — это техники стихии воды. Кровавые Плети, Кинжалы Застывшей Воды, Штормовое Копьё, Ужас Глубин, Удар Семи Волн — это всё техники с использованием воды.
Не могу использовать даже Звёздный Клинок, который уже врос в мою плоть и привычки за тысячи битв в настоящем мире и мире жетона. Эта техника, которую не раз видели в исполнении Мясника Римило из Ордена.
И всё равно я предвкушающе усмехнулся. Это плохо для меня? Да, но это ещё хуже для дизирцев. Звёздный Клинок позволял ранить осторожно, нанося чистые раны и чисто отсекая плоть, другие же известные мне оружейные техники плоть калечат, не жалея меридианов. Как лекарь скажу, что такие раны лечить ох как непросто.
Спрыгнуть на мостовую и развернуться, оказываясь в переулке, буквально набитом стражниками Дизир. Я только что сетовал, будто у меня нет техник с воздухом? Есть же. Вуаль, которую я получил от брата Зотара, а затем усилил.
— Взять его!
Что стражники орали дальше, уже не услышал никто — проулок накрыло Вуалью, отрезав все звуки, а затем мы шагнули навстречу друг другу: я с мечом и стража Дизир со сталью и техниками.
Через двадцать вдохов стражники закончились. Как и Вуаль, и тишина беззвучной бойни взорвалась воплями и криками раненых и покалеченных, а я, не оборачиваясь, рванул дальше, прочь из проулка, уже наметив путь так, чтобы зайти в спины не самым сильным врагам Седого, а самым многочисленным. Чем сильнее будут потери Дизир в стражниках и деньгах на их лечение, тем лучше.
  
Седой тоже не отставал от меня, я немного даже глох от тех воплей, что незримой мыслеречью летали вокруг.
— Почему⁈ Почему он опять цел?
— Я откуда знаю!
— Четвёртая засада! Четвёртая, и они снова не справились!
— Ты мне это говоришь? Мне⁈ Это моих людей он сейчас крошит. Моих! Это не старик, а Монстр какой-то. Даже будь против моих парней сам глава Болайн, мы бы уже ранили его и сбили на землю, а этот седой Монстр тратит силу, словно у него её бесконечный запас. Где глава? Где он? Только он может биться с ним на равных.
— Главу накрыло Пожиранием.
— Как вовремя…
— Прикуси язык.
— Артефакты, это артефакты держат его защиту, он всё же Гарой.
— И что, что Гарой, у него мешок этих артефактов, что ли?
— Не знаю, готовься, добавим к силе твоих людей наши возможности. Ты слева, я снизу. Заходим над мостовой.
— Толку-то…
Я лишь ещё шире улыбнулся. Давай, Седой, да и я поднажму.
Почти завершил круг вокруг харчевни по ближайшим трём улицам, так и не найдя никого, кто мог бы достойно показать себя со сталью против всего лишь меча и слабенькой оружейной техники, когда Седой рявкнул:
— Молодой глава, назад! К сестре, живо!
Я скользнул восприятием к Рейке, оценил, что там, убрал голову с пути шара огня, ужалил влево цзянем, выплёскивая через его сталь ярость оружейной техники, толкнулся вперёд коротким Рывком, впечатался плечом в последнего противника и ударил его ладонью левой руки, используя Длань Наказания. Как и сказал недавно Седой, не при такой разнице в узлах пытаться сопротивляться этой технике. В глазах дизирца вспыхнул ужас осознания своей беспомощности, а через миг цзянь свистнул ещё раз, отсекая ему руку.
Скрывайся под маской — не скрывайся, меняй имена — не меняй, а от прозвища Мясника так просто не уйдёшь.
Спустя три вдоха я уже оставил покалеченных врагов позади и сквозь пролом в доме проскочил к харчевне. Тут же внутри полыхнуло раздражение. Тупой джейр. Почему я использовал Барьер Прибоя всего лишь на первой звезде? Что мешало мне снять ограничения на эти несколько вдохов? Барьер Прибоя в исполнении пикового Предводителя был бы чуть прочней, чем Барьер от Предводителя первой звезды.
Но полыхнуло только раздражение, а не испуг. Да, какой-то ушлый Предводитель с пятёркой стражников проскочил мимо меня и добрался до Рейки. Да, вместе они проломили мою составную защитную технику. И что? Они вшестером едва пробили защитную технику, которую создали для Мастеров, сейчас же Рейка была укрыта формацией защиты работы Келлера.
Во всём Поясе не отыщется Предводителя, который в разумные сроки сумеет проломить защиту, созданную Властелином Духа. В разумные, а они уже истекли — я уже здесь.
Громко, не прячась и не торопясь, сообщил:
— Вам повезло, трусливые шакалы, что ваших жалких сил не хватило, чтобы добраться до сестры.
Предводитель обернулся, одним жестом приказал остановиться остальным и спросил:
— Иначе что?
— Оглядись, — посоветовал я ему, смахнул с лица каменную крошку, пахнущую гарью и кровь, сам последовал своему совету, не ощущая ничего более серьёзного, чем небольшое дуновение тепла и некое покалывание в спине, а значит, и не опасаясь внезапного удара.
Поглядеть и правда было на что. Что я там говорил Седому? Горожане нам не враги? Зато их, похоже, считали врагами сами Дизир: сражались они, вроде как, с нами, только били с запасом, и сейчас все ближайшие дома и улицы больше походили на Исток в тот день, когда мы до него добрались. Руины. Свежие руины. Кое-где дома потеряли не только крыши, но и верхние этажи. Мостовая перепахана, ни одного целого стекла на пол ли отсюда, дым начавшихся пожаров.
Если не Исток в день прихода сект, так город Ян в день восстания союзов. Или же город Цветущей Сливы в день, когда Леград решил немного проучить Дизир. Неясно только, почему моё «немного» превратилось вот в это. Но никакого сожаления или стыда я не испытывал: Дизир и Орден — враги, между нами много обид, когда-то на моих глазах Академия превратилась в руины, полные тел моих соучеников и учителей, и моя жажда мести ещё не утолена.