Возвышение. Земли Ордена (СИ)

Этот стол оказался едва ли не посреди зала. Правда, вокруг него уже образовалось пустое место — все, кто поумней, спешили убраться оттуда, где пахло дракой.
— Знаешь, брат Мар, — вдруг произнесла Рейка, едва усевшись. — Я кое о чём не подумала и кое в чём сглупила.
Я напрягся. Отлично, вот сейчас, уже ввязавшись, узнать о подобном. Осторожно спросил:
— О чём забыла, сестра?
Она деланно зевнула, прикрылась веером и склонилась к моему уху, едва слышно прошептав:
— Это не ты назначишь Виликор сестрой, это она, узнав о твоих похождениях в этом городе, сделает тебя сестрой.
Я выдохнул с облегчением, поправил Рейку:
— Братом.
— Нет, седьмой брат, сестрой, сестрой, — шепнула Рейка и отстранилась от меня. — Слуга! Подай сладкого сока!
Я совершенно не понял, о чём она, и, похоже, не уследил за лицом, позволив появиться на нём недоумению, потому как тут же получил подсказку от Седого:
— Она о том, что отличает естество мужчины от женщины. Они очень часто пускают в ход эту угрозу. Вы были правы, молодой глава, я очень доволен тем, куда вы намереваетесь пойти. Вам, вообще, пойдёт на пользу это приключение. Даже Рутгош бы сейчас радовался за вас, чего правда не скажешь о его бойких подчинённых.
Я заметил:
— Как осмелел-то, начал вспоминать тот день. А скажи-ка мне, мой хранитель традиций, откуда ты вообще знаешь, что у него имелись и особые, бойкие подчинённые? Означает ли это, что ты не так уж и чист передо мной?
Судя по тому, что Седой тут же сделал вид, что его нет не то что здесь, в городе, а вообще в этом Поясе, я был прав в своём подозрении. Они все там все знали, дарсовы умники. Не удивлюсь, если по вечерам, собравшись на вино к Седому, вполголоса или спрятавшись под формацией тишины, хихикали, обсуждая ещё один день охоты на своего главу и ещё одну выходку бойких подчинённых. В такие моменты даже радуешься, что в те дни я был слишком сосредоточен на этом дарсовом обучении и многого не замечал в окружающем мире.
Подскочившая служанка принялась, кося на нас с Рейкой, выставлять на стол тарелки. Выглядела она просто ужасно. Закалка, сутулая, с одним плечом выше другого, рыхлым, одутловатым лицом с печатью усталости на нём и несколькими печатями Указов над головой. Невольно я сосредоточился на восприятии, легко оглядев весь зал, включая кухню. Ни одна из других служанок не была столь некрасива и не была столь слаба: все Воины как на подбор. Хозяин что, нарочно?
Момент был удачным, чтобы ещё раз проявить норов наглого Гарой и я выплеснул из себя раздражение. Поэтому уже через миг я одним движением смахнул на пол всю посуду и еду. Прямо под ноги испугано сжавшейся служанки-Закалке.
Кувшин с вином опрокинулся, выплеснув густую тёмно-красную жидкость, которая змеёй поползла по деревянному полу, оставляя кровавый след.
Служанка попятилась, бледнея. Она даже прижала поднос к груди, словно он мог защитить её от моего гнева.
Зал затих. Гости, которые ещё мгновение назад пытались незаметно наблюдать за сценой, теперь таращились так, словно боялись что-то пропустить глаза. Давайте, ничего не упустите и поделитесь потом со знакомыми.
Я заорал:
— Хозяин! Хозяин! — ткнул пальцем в служанку. — Кто это? Только не ври мне в лицо, что других служанок у тебя нет, есть, я же не слепой. Ты это нарочно? Ты испортил мне аппетит, знаешь это?
— Господин! — снова словно ниоткуда выскочил крепыш. — Виноват! Хотел подать еду как можно быстрей, вот и отправил ту, что оказалась свободна.
— Свободна? — насмешливо протянула Рейка, сложив на миг веер и стегнув им по столу так, что единственная уцелевшая на нём чашка подпрыгнула. Её лицо оставалось спокойным, но в глазах плясала искра веселья. — Наглость. Заслуживает наказания. Теперь ты сам будешь носить нам еду.
Хозяин побледнел ещё сильнее, вытирая пот со лба рукавом, покосился на меня и судорожно закивал:
— Конечно, госпожа. Конечно, я лично всё принесу.
Я с восхищением глянул на неё и несколько раз хлопнул в ладоши:
— Отлично, отлично придумала сестра. Я хотел просто разнести здесь стену.
  
Крепыш побледнел, а служанка и вовсе уронила поднос под ноги.
— Но ты придумала лучше, сестра. Пусть-ка послужит. Хозяин-слуга, — крепыш никак не ответил, и я повторил, тщательно отмеряя кроху духовной силы, которой поддержал свои слова. — Слуга! Оглох⁈
Служанка упала на колени, принявшись судорожно сгребать осколки посуды, крепыша же шатнуло, он побледнел ещё сильней и принялся торопливо кланяться:
— Здесь. Слушаю вас господин, слушаю.
— Слуга! Вкусных закусок, фруктов, вина и сладкого сока для моей возлюбленной сестры.
— Ох, — прошептала Рейка. — Какие слова звучат из твоих уст, брат. Ты заставляешь меня смущаться, брат Мар.
Её взгляд мельком скользнул по служанке, которая всё ещё пыталась собрать осколки, и та буквально сжалась от этого взгляда. Спустя миг Рейка хлестнула веером уже меня. Вроде как, понарошку, по плечу, да только даже меня, совсем даже не Мастера, проняло. Я с изумлением глянул на этот веер, он что, стальной? Из какого-то небесного металла?
— Господин, — донеслась до меня мыслеречь Пересмешника, — Я проник в резиденцию. Отправляюсь на поиски.
Я лишь прищурился. Пусть я хороший ученик и многое освоил, но одно дело, когда силу в мыслеречь отмеряет Властелин Духа, который многие годы оттачивал навык скрытного общения, и совсем другое дело, когда ему пытается отвечать Предводитель, пусть и с множеством необычных способностей. Не тот день, чтобы рисковать, тем более отправляя мыслеречь в резиденцию Дизир. Нет, нет и нет.
Мы разделились ещё за городом. Седой продолжил нести меня и Рейку, а Пересмешник повернул в сторону, отправляясь на поиски главных среди Дизир. Я с Рейкой должен навести переполох в городе, Седой вмешается в последний момент, Пересмешник же должен заняться главным из Дизир. Болайном Дизир. Я с ним ещё не посчитался за турнир и раны Рейки и Виликор. Ну и за раны всех остальных орденцев, за убитых в переходах Арены стражников и всё остальное.
Последние дни я во многих вещах вижу незримую руку Неба, но как не увидеть её в том, что я задумал сам? В клане Дизир был когда-то Предводитель Арик по прозвищу Незримая Смерть, в юности, возможно, промышлявший в теневых гильдиях убийствами и уже здесь, в этих землях убивший немало орденцев. Сегодня же сам глава клана окажется на волоске от смерти, за его спиной будет незримо стоять гораздо более умелый и сильный убийца, чем погибший Арик Незримая Смерть.
Стоять и почти ничего не делать.
Больше всего мне хотелось просто и без затей прикончить Болайна. Своими руками, без всякого Пересмешника, но я не мог этого сделать. И так то, что я проверну сегодня, вызовет слишком много вопросов и подозрений, а уж смерть главы столь сильной фракции… Тем более, после переполоха, который наверняка вызвала месть Пересмешника и Аммы в землях недалеко отсюда. Нельзя. К сожалению, нельзя.
Ничего, я пока довольствуюсь малым. Всплыл в памяти разговор с Пересмешником:
— Яды? Нет, это удел богатого убийцы, а я последние годы, — он покосился на Амму, — скажем так, запустил дела и перебивался дешёвым наймом, поэтому давно продал то, что имел. Но моя цель — это ведь не Повелитель и не Властелин, верно? Да и убивать его ты не хочешь, господин.
И снова я в который раз осознал, как мало знаю о мире, потому что короткий ответ Пересмешника породил у меня сразу несколько вопросов, от одного из которых я не удержался:
— Разве можно отравить Повелителя?
Он усмехнулся:
— Даже Небесные Воины исчезают из жизни, что уж говорить про каких-то Повелителей.
— Только Небесные Воины исчезают из жизни не от рук слабаков, — вмешался в наш разговор Седой. — Они, либо встречают Небесное Испытание, с которым не могут справиться, либо равного им противника.
Пересмешник только шире улыбнулся и спросил:
— Император прежней Империи Сынов Неба тоже встретил Испытание? Только особое, да?