Рэд. Я — цвет твоего безумия (СИ)

Острое лезвие ножа быстро и уверенно вспороло ворот водолазки. Ловкое, профессиональное движение, словно Элиас что-то искал на его шее, но, конечно же, не нашёл, поскольку побрякушки Брайан не жаловал.
Разочарованное хмыканье нарушило зловещую тишину.
Мальчишка направил свет фонаря прямо в глаза Брайану.
— А я надеялся найти какое-нибудь украшение. Жаль, что мои надежды не оправдались. Но с пустыми руками не уйду. С паршивой овцы хоть шерсти клок, — произнёс, резко надавливая и надсекая кожу на шее. — Сделаем из тебя ожерелье, Скай. Вроде того, которое ты увёл у моей бабушки. Надеюсь, ты не возражаешь? Охуенных камешков, конечно, не предвидится, но чем богаты, тем и рады. Украшения из человеческой кожи тоже ничего так смотрятся. История знает случаи.
  
Брайан смотрел на улыбающегося парня, и глаза его расширялись от ужаса.
Теперь, когда мальчишка был так близко, нависал сверху, продолжая орудовать ножом, можно было внимательнее разглядеть его и понять, что вся эта подростковая одежда — отвлекающий манёвр, не более того. И лет ему явно больше, чем показалось при скудном освещении. Он сделал верный акцент на одежду. Если бы его заметили, то запомнили бы наряд, а не самого юношу, и по этому наряду взялись искать. Школьник, студент. В пределах. Не старше. На этом бы и провалились.
Слова настигли ускользающее сознание, зажглись ярким пламенем, осветив всё вокруг и подарив однозначный ответ.
Осознание происходящего обожгло, подобно кипятку, вылитому на руку.
Всё сложилось.
Бабка, ожерелье, игрушечный медведь, которому он когда-то выколол глаз. Не хватало только приторно-сладкого запаха лилий, разбросанных по полу и растёртых в неаппетитную кашу.
— Рэд… Рэд… Рэдли? — Брайан заикался, вспоминая, озвучивая свои предположения и безумно боясь догадок.
Элиас… Хотя, какой он Элиас?
Рэймонд отвлёкся от своего занятия и удовлетворённо улыбнулся, закусил нижнюю губу, что придало ему мечтательный вид.
— Бинго, мистер Скайфорд, — последовал незамедлительный ответ. — Кокаин не окончательно сожрал ваши мозги. Соображаете. Туго, через раз, но соображаете. За это вам приз. Хватит мучений. Хватит страданий. Просто хватит.
Брайан собирался вздохнуть с облегчением, но тут до него дошёл истинный смысл сказанного.
Умирать Скай не хотел.
— Нет, нет, нет, — будто заведённый повторял он. — Нет!!!
Крик его разнёсся по всему зданию и стих, напоминая о себе лишь редкими отголосками эха.
Рэймонд отложил нож в сторону, снова подтянул к себе пистолет и уверенно приставил дуло к голове жертвы. Не в первый раз, никаких сомнений и переживаний. Повседневность. Работа.
— Пока-пока, — произнёс нежно.
Раздался хлопок приглушённого выстрела.
Свет для Брайана Скайфорда померк окончательно.
Пути назад больше не было.
Как не было и шанса на спасение у Юноны и Килиана.
Той ночью.
Двадцать лет назад.
========== Глава 10. Вэрнон. Основа деловых отношений. ==========
На личной встрече Джейк Рамирес, на этот раз, не настаивал, вполне удовлетворившись общением по телефону. Он вновь был бесконечно эмоционален, цокал языком, щёлкал пальцами и восторгался тем, что преступник умудрился, залив всё помещение кровью, не оставить никаких следов, способных привести к нему, словно всё само собой прошло, без постороннего участия. Мистическая сила, привидения. Что угодно, кто угодно, но только не живой человек, пришедший по душу Скайфорда, попавшего в его сети.
— Это, конечно, надо видеть, — произнёс Джейк.
— Тебя снова сразили в самое сердце?
— Разумеется. Маэстро не перестаёт удивлять.
— Организуй фан-клуб имени Рэда.
— Я бы с удовольствием, но, боюсь, твой дядюшка не оценит такой подход.
— Не оценит, — согласился Вэрнон.
— Будь я на его месте…
— Ты не будешь.
— Само собой. Я не к тому, что мечтаю подвинуть мистера Волфери. Нет-нет, — тут же пошёл на попятный Джейк, осознав, насколько двусмысленно и вызывающе прозвучало выдвинутое предположение. — Не подумай ничего дурного, я просто…
Учитывая личность собеседника, сказать подобное мог лишь потенциальный самоубийца. Не позер, что старается привлечь внимание к своей персоне такими высказываниями и неглубокими царапинами, нанесёнными на кожу, а целенаправленно разыскивающий смерть. Почти нашедший.
— Говори уже, — поторопил Вэрнон.
— Такой человек не был бы лишним в вашей команде, — произнёс Джейк. — Его профессионализм заслуживает высокой оценки и похвалы. Ингмару нравятся такие люди. Разве нет?
Вэрнон высказывание не прокомментировал, несмотря на то, что сам придерживался схожей точки зрения. Именно поэтому и промолчал. Будь его собеседником кто-то другой, он бы подумал о том: стоит откровенничать или нет? А раз на том конце ожидал ответа Джейк, следовало придержать язык за зубами и не подкидывать дядюшке пищу для размышлений.
Вэрнон не боялся наёмников, приходящих по его душу в перспективе, но лишний раз обострять ситуацию тоже не хотел. Не опасался присланных под Рождество цветов. Он вообще не боялся, позабыв о существовании этого чувства, перестав ассоциировать его с собой. Страх был прерогативой детства или юности. Теперь он казался далёким и почти мифическим. Чужие поступки не вгоняли Вэрнона в ступор. Он предпочитал иной расклад. Тот, в котором он становился чьей-то проблемой, а не кто-то — его.
И если дядюшка хочет войны, он её получит, но не открытую, а тайную. В таком сражении у него нет шансов на победу.
Дорогу молодым, мистер Волфери.
Ваша песня спета.
Солнце закатилось.
А то и вовсе сгорело в вечности, остался только прах.
Но пока предположения о желании избавиться от преемника, спустив на него всех собак, и сделав виновным во всех промахах, остаются неподтверждёнными, фигуры останутся стоять на своих местах, в бой их не поведут.
— Скажи об этом напрямую Ингмару, — произнёс Вэрнон. — Только подозреваю, что за подобное предложение он с тебя шкуру спустит.
— Без вариантов, — хмыкнул Джейк. — Сдёрёт без предварительно данного наркоза.
— Тогда оставь глупые мысли и позволь озадачиться вопросом «как собирать команду?» тем, для кого это — прямая обязанность, а не развлечение, придуманное на досуге, в перерывах между задачами, полученными на основной работе.
— Ты, похоже, не в настроении? — удивился Джейк.
И Вэрнон наяву представил, как тот приподнимает брови в изумлении. Словно задаётся закономерным вопросом, не лишённым нот сарказма.
Как же так?
Не ожидал.
Совсем не ожидал от тебя.
— Это настолько удивительно?
— Ладно, извини. Вопрос глупый.
— Именно. Потому в следующий раз, если тебя посетит аналогичный интерес, сэкономь обоим время и промолчи, — посоветовал Вэрнон. — Ты знаешь, что мне нужно. Для остального ищи другие свободные уши. Подробности, улики, состав преступления. Всё это должно быть у меня в течение дня. Понятно?
— Вполне, — сообщил Джейк. — Жди. Всё будет в лучшем виде. Скину на почту, как только данные окажутся в моём распоряжении.
Вэрнона подобная постановка вопроса только порадовала, поскольку пересекаться с неприятным типом не было никакого желания. Джейк клятвенно пообещал поделиться материалами дела и, честь-хвала ему, не солгал. Все, что могло Вэрнона заинтересовать, было получено уже этим вечером. Очередное доказательство простой истины. Деньги — лучший стимул, какой только можно придумать, остальное — не столь эффективно. А ради бумажек с водяными знаками люди готовы на всё. Разница лишь в цене того или иного свершения.
  
Кто-то кинется исполнять за сотку, а кто-то захочет в сто раз больше.
Джейк удовлетворялся средними расценками, не работая за минимум, но и не задирая планку до неведомых высот.
Первым делом, распаковав архив, Вэрнон вывел на экран несколько снимков с места преступления.
На полу, расставив лапки в разные стороны, словно в ожидании объятий, сидел плюшевый мишка. Милая игрушка, создающая обманчиво-игривое настроение, что моментально испарялось, стоило лишь внимательнее присмотреться к её внешнему виду. Несколько потемневших, успевших высохнуть, бурых пятен на шубке. Стеклянный глаз, смотрящий в пустоту, безучастно наблюдающий за человеком, лежащим на полу. И второй глаз — человеческий, некогда принадлежащий жертве.