ПТУшник 2 (СИ)
— Стойте, парни! Я спущусь до коменданта, у них есть наверняка комната с убитой мебелью, наберу там нормальных крючков для одежды. И еще пару досок прихвачу, чтобы ребра жесткости создать на шкафу, а то, все равно болтается, зараза.
Пока я доводил до уставшей за сегодня женщины, что мне требуется, пока она нашла ключи от каморки, полностью заставленной останками мебели, пока я выбрал и открутил там все, что мне требуется, прошло минут пятнадцать.
Зато, по приходу в комнату с горстью крючков под одежду и парой подходящих досок, я застал там делегацию девчонок с пятого этажа, которые живут под нами. Они тоже, как и мы, новенькие в общаге, заехали вчера-сегодня в комнаты и у них тоже сразу обнаружилось множество проблем, которые вполне могут решить настоящие парни с отвертками в руках.
А тут сверху до них доносятся звуки, обозначающие, что кто-то из парней делает ремонт прямо сейчас.
В общежитии есть, наверно, по штату какой-то мастер для хозработ, даже сантехник должен быть свой, судя по количеству раковин и унитазов в здании. Однако, они уже ушли, закончился рабочий день или просто не справляются с приездом такой толпы учащихся, да и других дел у них выше крыши.
— Игорь, поможем девушкам? — обрадованно спрашивает Олег.
Хочет парень поближе познакомиться с девчонками, наладить отношения и показать себя надежным мужчиной — вполне нормальное желание.
Еще бы я отказался помочь, потом никогда от клейма неисправимого мудака не отмоешься. Только, эти танцы не на один вечер, в этом я уверен. У девчонок найдется очень много всего, чего стоит починить и не все мы сможем сделать сегодня, да еще без дополнительных покупок тех же шурупов или гвоздей.
— Почему бы и не помочь нашим товарищам! — заулыбался я, — Если они покормят нас хорошим ужином!
— Ужин будет! — хором сказали девушки и, разобрав инструменты, мы вышли из комнаты. Я прихватил с собой спортивную сумку с документами на всякий случай и лично закрыл дверь ключом.
Есть тут у меня один недоброжелатель, уже часа три как завелся, поэтому, стоит подумать о сохранности вещей в комнате. Тем более, я успел переодеться в домашнюю одежду и тапочки, оставив фирменные кроссовки и футболку в комнате.
Да, список всяких заданий у наших сокурсниц очень велик, как я вижу при предварительном осмотре. Сегодня мы точно не успеем решить большую часть проблем, мы даже не доберемся до одной десятой этой несметной горы всяких недоработок и разрушений, как я понял, выслушав представительниц первой по списку комнаты.
Я прошу каждую комнату оформить заявки на отдельном листе и принести нам через пять минут с номерами комнат. Девушки уже успели убедиться, что требуется вкрутить, усилить или просто подтянуть, основные проблемы касаются поголовно разваливающейся мебели и шатающихся кроватей.
Потом мы два часа трудимся, не разгибаясь.
Крутим, завинчиваем и крепим тумбочки, столы, кровати и шкафы со стульями вместе.
За это время наши девчонки нажарили кучу картошки, нарезали розового сала и приготовили нам шикарный салат из квашенной капусты с луком и очень пахучим подсолнечным маслом.
Объелись мы с парнями знатно, потом еще поработали часа три и отправились на свой этаж.
— Остальное доделаем не спеша, у нас шурупы и гвозди уже закончились, завтра купим и снова к вам придем, — обещаю я девочкам, забрав у них около тридцати листков со списками, что требуется отремонтировать.
Объем работ титанический, впрочем, я сильно не переживаю, что сможем, то и сделаем. Рано или поздно, или никогда.
На следующее утро мы просыпаемся со всеми, по всей общаге звенят будильники и дежурные по этажу стучатся в двери.
Позавтракать мы не успеваем, нет еще необходимой сноровки. Да и той же посуды нет, чайники все уже разобраны. После незабываемой поездки в забитом наглухо трамвае плотной толпой вываливаемся на станции метро, спускаемся в подземку, в такие же переполненные народом вагоны, потом торопливо шагаем по очень знакомому мне маршруту.
На каком-то автомате я даже сворачиваю в сторону голубых ворот, однако, быстро прихожу в себя и иду за остальными в свою новую альма-матер.
Теперь я не бравый курсант в военной форме, возвращаюсь из увольнения, а по совсем гражданской форме одежды спешу учиться, чтобы стать рабочим классом.
В столовой радует горячий завтрак и жизнь немного начинает играть красками. Настроение не портит линейка по случаю начала нового учебного года, развеваются красные знамена на флагштоках, играет музыка, давно мной уже забытая и я сам чувствую себя заново родившимся в этот момент.
Потом первый учебный день в классах, советское государство провозгласило свое неукротимое желание дать среднее образование всем, кому можно и до кого оно может дотянуться.
А вот — кому оно нужно, это большой вопрос.
Я всегда не понимал, зачем так уж учить математике с производными и логарифмами девушек, которые будут всю свою жизнь работать в горячих цехах хлебопекаренных заводов и кондитерских комбинатов.
Не понимаю и сейчас, глядя, как мои одногруппницы послушно достают тетрадки и старательно записывают все, что им говорят. Пока они еще совсем зеленые в училище, будут делать все, что требуют преподаватели и учителя, мастера и администрация.
Со временем, конечно, осмелеют, послушают старших подруг и забьют на абсолютно лишнюю для них учебу большой и увесистый многочлен.
На первом курсе всего один день практики на производстве, на втором уже два и на третьем — три дня в цеху. Когда стоило бы выкинуть две трети совсем не нужных им предметов из курса обучения и сразу же с первого курса уже три дня в неделю знакомиться со своей будущей профессией.
Только, решать эти вопросы не мне, не дорос еще до управления государством равных возможностей, самому приходится тоже делать вид, что я что-то пишу ручкой в тетради и слушаю преподавателя.
Потом весьма неплохой обед, кормят рабочий класс довольно хорошо, получше ощутимо, чем в военном училище готовят элиту рабоче-крестьянского красного флота. Приходится это признать, впрочем, само наше училище имеет отношение к большому, преуспевающему продовольственному комбинату и это меня радует.
Заканчивается первый день учебного процесса полдником, нам выдают в столовой по большому пакету с продуктами на неделю, чтобы мы сами готовили себе ужин в общежитии.
Правда, ехать с ним в переполненном транспорте — та еще задача.
Я с ней успешно справляюсь и к половине шестого уже оказываюсь в общаге, собираясь немного отдохнуть. Однако, эти наивные надежды не сбываются, нас снова беспощадно забирают на наладочные работы наши одногруппницы.
Глава 12 МЕНЯЮ ЖИЗНЬ, ИДУ В НАРОД
Вот уже прошла первая учебная неделя, заканчиваются выходные и завтра снова добираться на переполненном общественном транспорте в училище, биться за места в трамваях и автобусах насмерть.
Заранее становится немного не по себе, и это мне, спортивному и крепкому парню. Настолько тяжелый, долгий и нудный это путь, путь простого советского человека из спального района города к своему рабочему или учебному месту в центре города. И ведь нет гаджета, чтобы скоротать время, читая новости или какую-нибудь книжку из интернета. Остаются только обычные, бумажные книги для такого дела и такая с собой у меня всегда есть, однако, читать, вися на одной руке, придавленным к стенке трамвая или автобуса, всегда не удобно, тем более, страницы перелистывать тоже не получается.
Что там девчонки испытывают в этой давке — лучше и не представлять особо впечатлительным особам. И полапают, и отдавят все, что можно, еще и обувь с одеждой порвут.
Не хватает общественного транспорта даже в таком городе, как Ленинград, даже, чтобы доставить квалифицированную и не очень рабочую силу к весьма важным для всего социалистического отечества заводам и фабрикам. Не справляется государство с таким ответственным делом, на каждой остановке трамвай стоит по паре лишних минут, пока у водителя получается закрыть двери прямо через висящих и не поместившихся внутри граждан.