Бонус в наследство (СИ)

   Ни о чём другом, кроме планов и дел, Рена и Деми не говорили целых два дня, и лишь идя вечером от водохранилища до Старой Диварры, девушка спросила:
   – А ты хотел бы оказаться на месте Гедеона?
   – У меня нет никакого места, я раб, – безразличным тоном ответил Деми.
   Но Рена уже достаточно хорошо разбиралась в его интонациях, чтобы различить в них горечь.
   – Ты так и не рассказал, как ты прибавил к своей фамилии приставку «сан», – сказала она. – Если, конечно, хочешь рассказывать.
   – А ты, значит, ждёшь, что я сейчас буду рассказывать, как ради этого сжульничал? – усмехнулся Деми.
   – Разве нет? Не сжульничал?
   – Вовсе нет, - ответил Деми.
   – Ну тогда твой отец был сан, – уверенно сказала Рена, думая, что права.
   Она шла с напарником под ручку, доверчиво прижимаясь к нему бочком, и исподтишка любовалась профилем Котта. В профиль парень был очень даже ничего! Хотя, конечно, ни в какое сравнение не шёл с величественным и чётким профилем арана Гедеона. Но зато Рена пробовала губы Деми на вкус. И он ей понравился!
   Если уж мечтать о несбыточном, то разве не здорово было, окажись Деми блудным сыном какого-нибудь богача? И тогда у него был бы свой дом, свой капитал, свой титул арана и вожделенная свобода. Но разве в таком случае стал бы он Рениным рабом?!
   – Нет, мой отец обычный босяк, да еще и безответственный. Уличная пыль – такой народ, который далеко не всегда остаётся на месте. Иногда их подхватывает ветер, и фьюууу!.. нет босяка. Ушёл в поисках счастья!
   – Боже праведный, но ведь и среди других прослоек такое часто, – удивилась Рена. – Я думала, вы, босяки, чуть-чуть счастливее других.
   – Это потому, что ты видела уличную пыль во время праздника. Ворованное электричество, весёлые танцы, дешёвое вино и жареные на углях голуби или кролики – всё это лишь иногда скрашивает их жизнь. Но когда холодно и нет ни угля, ни газа, ни даже тёплой одежды, или когда ты не можешь вызвать доктора, не имея ни денег, ни телефона – уже совсем не весело.
   – Значит, ты не жульничал и не унаследовал свой чин от отца, – подытожила Рена после небольшой паузы. - Тогда как?
   – На самом деле очень просто, – сказал Деми, – после смерти мамы моя тётя Анаста вышла замуж за некоего сан Котта и приняла меня в свою семью.
   – И только? Боже праведный, Дем, но почему тогда босяки тебя возненавидели? Почему твоя бабушка не разговаривала с тобою пять лет?! – Рена не могла поверить собственным ушам. – А теперь, когда ты стал рабом, а я о том проболталась… они будут тебя презирать ещё сильнее?
   – Сильнее не будут, - ответил Деми. – Потому что поступок Анасты был не так уж страшен по сравнению с моим…
   Рена ждала продолжения, но Котт молчал. И молчал он довольно долго – пока из-за поворота навстречу не вывернула гружённая досками подвода. Её тащили четыре терпеливых гнедых мула. Рядом шагали хмурые, плохо одетые люди. Грузчики или строители – Рена не знала, да и особо разглядывать не хотела. Но почувствовала на себе их неприятные, тяжёлые взгляды.
   – Тоже своего рода долговые рабы, только в долгу не у частных лиц, а у государства, – сказал Деми. – Скорее всего, загремели за драки или порчу народного имущества, так бывает… а иногда и за чужие преступления впрягаются.
   – За чужие? – удивилась Рена.
   Деми мрачно покивал и, покрепче сжав локоток девушки, поспешил разминуться с подводой. Похоже, эти тёмные личности и ему не понравились.
***
После возвращения у Рены ужасно заныли ноги. Она устала, немного замёрзла на стылом осеннем ветру и теперь, умывшись холодной водой из таза, сидела в двух одеялах и мечтала о горячей ванне. В домашнем «салоне» рекомендованной Фредерикой дамы она провела позавчера целый день, и теперь мечтала отправиться туда ещё хотя бы разочек. Нигде ей так долго не массировали ступни, не расчёсывали с такой заботой волосы, чтобы подстричь кончики, не мазали всевозможными кремами… ах, как хорошо она провела день! Ну ничего, утешала себя девушка, наверняка замужем за вице-мэром она сможет себе позволить такое хотя бы раз в неделю. Она не будет транжирой, не пойдёт в «Илли» – пожалуй, так и станет ходить к доброй старушке, чьи руки быстро и ловко наводили красоту.
 
   Из этих грёз девушку вырвал телефонный звонок.
   – Всех вам благ, – какой-то пожилой мужчина говорил не слишком внятно, и Рена подумала, что у него, наверно, недостаёт зубов. – Деми сказал мне, что это его номерочек-то. Или я не туда звоню?
   – Вам нужен Деми? – Рена выбралась из кресла, чтобы позвать напарника, и зашипела от боли в натруженных ступнях.
   Как на иголки встала. Два-три первых шага было ужасно, затем ноги немножко привыкли.
   Она дошла до спальни и увидела, что Котт уснул. Ночь он опять вне очереди провёл на полу в кабинете. Видимо, устал так спать.
   – Простите, – вернувшись к телефону, сказала Рена, – но он уснул.
   – А! Так вы его невеста! Та, которую он хотел покатать в своём чудесном старинном мобиле! Так передайте ему: всё готово. Можете кататься! И будьте счастливы!
   Рена положила телефонную трубку и повторила:
   – Можете кататься и будьте счастливы! Надо же, как мило звучит!
   Внезапно она поняла, что настроение у неё окончательно испортилось. Ища утешения, Рена взяла со стола одну из фотографий арана Гедеона. Эддан-Аминадо. Как его можно будет называть, когда никто не слышит? Эд? Рена попробовала имя на вкус. Сухо и неприятно. «Дем» звучало куда как лучше! Словно джем на хлеб намазываешь!
   Но если надо забрать мобиль, то, стало быть, всё готово. А Деми так до конца и не выдал всех своих планов! Рена в задумчивости стала перебирать фотографии вице-мэра, затем увидела вчерашнюю газету с обведёнными объявлениями о продаже и сдаче внаём новых домов около водохранилища. Одно было выделено особенно жирно, и цена на особняк заставила Рену испуганно охнуть. А рядом мелко и аккуратно выведено «арана Гирра». И второй номер телефонный, тоже выведенный карандашиком.
   Рена всё-таки решила растолкать Деми, чтобы он наконец-то дал ей ответы на все вопросы, но тут он вошёл в кабинет сам. Глаза красные, но не особо сонные, волосы торчком, вид такой, словно поспал бы ещё, но настроен действовать.
   – Кто звонил? – спросил Котт и зевнул.
   – Какой-то старичок, видимо, из мастерской, – Рена пожала плечами. – Сказал, что ты можешь покатать меня на мобиле.
   – Значит, покатаю! – Деми улыбнулся. - Ну что, завтра, стало быть, и начнём!
   – Дем, – Рена нерешительно улыбнулась ему в ответ, – ты же мне всё расскажешь?
   Он только пожал плечами.
   – Не всё! Иначе тебе будет неинтересно!
   Рен ужасно рассердилась.
   И сердилась довольно долго, потому что по мере введения её в план Деми поведал ей не слишком приятные вещи. Без которых, по мнению девушки, можно было обойтись. Однако Деми так не считал.
   – Ты же хочешь, чтобы твои мечты стали явью? - спросил парень.
   – Ну… но не таким же способом. Давай придумаем другой план!
   – Но этот уже разработан во всех деталях, всё готово, даже…
   – Нет! – рявкнула Рена. – Я отказываюсь. Пусть даже всё то же самое, но в приличном виде!
   – Хорошо, - сдался Деми. – В приличном. Всё, не сердись, миа, не сердись. Хочешь приличный вид – будет самый-пресамый приличный, какой мы только сможем позволить. Позвонишь своему старикану?
   – Он не мой старикан, он Юкко сан Ульмар, - проворчала Рена. – Хорошо, позвоню.
   – Отчёт у тебя сегодня?
   – Да, - вяло кивнула девушка. – И уже довольно скоро!
   – Ох, – вздохнул Деми. – А ведь она мне как-то пообещала тебя этим не донимать! Вот чего стоят её слова? Ещё уверяет в своей честности! Ну, тогда мне самое время отправляться в мастерскую, а тебе… тебе удачи! Нам даже выгоднее сейчас с нею сотрудничать. Только не подпускай её слишком близко, Рен.
   Рена шмыгнула носом. Удачи… гнусный манипулятор, себе выбрал что полегче: забрать из мастерской мобиль. А ей проворачивать ужасно сложную часть операции почти самой!