Бонус в наследство (СИ)

   Но что потом?
   – Я не буду тебя неволить, – пообещал Деми, поднимаясь с колен. – Я-то уж знаю, что такое неволя. Ты устала? Есть хочешь?
   Она зевнула и покачала головой. Пошарила в карманах юбки, вытащила несколько смятых бумажек.
   – Ещё сотня, – сказала, безмятежно улыбаясь. – И ещё двадцать за бонус.
   – Какой ещё бонус? – удивился Деми.
   Он ушёл к столу, принялся перебирать пластинки – почему-то показалось, что голос певца будет сейчас очень кстати, но тут же увидел надпись на конверте – «Возможно». Он и забыл, что Андреа тоже когда-то пела, и Викки, когда ещё имел средства, успел записать с нею несколько песен. Да, это будет хороший выбор…
   – Ты не слушаешь, – Рена забавно надула губки.
   Лучше б она этого не делала: припухшие, тёмно-розовые, они разбудили в Деми воспоминания о том, как пахнет и каков на вкус поцелуй Рены.
   – Прости, – сказал он.
   – Дворецкий попросил вице-мэра не говорить хозяйке Фредерики о том, что Кики убегала из дома, и даже соврал ему, что за собачкой приходила не я, а Фреда, – сказала Рена. – Я подумала, что за бонус вполне сойдёт. Надо же нам как-то поддерживать репутацию, созданную араном Мооссом?
   Деми кивнул, улыбнулся и поставил пластинку. Тягучий женский голос, низкий и приятный, не спеша выводил чудесную мелодию.
   -
   Я вижу, признаваться
   В любви мне не спешишь ты,
   А просто повторяешь:
   – Быть может, может быть.
   -
   Признайся, ты же любишь!
   Я спрашиваю снова.
   И слышу только это:
   – Быть может, может быть.
   Давно же он не слышал голоса Андреа! Но она ведь ни за что больше не подпустит его и близко к себе! Про пластинку Деми как-то позабыл, хотя, кажется, граммофон и эти несколько конвертов с дисками были его единственным наследством. И теперь, выбранная наобум, она дарила ему этот полузабытый голос.
   – Танцуешь? – спросил он, протягивая руку к Рене.
   Она отчаянно замотала головой.
   – Я слишком устала.
   Деми шагнул назад и сделал вид, что ведёт в танце воображаемую танцовщицу. Под пьянящий голос Андреа, вспоминая всё, чему она его когда-то учила, двигаться было легко и приятно. Конечно, настоящая партнёрша бы не помешала! Но она устала. Притихла в кресле, смотрела, блестя глазами.
   – Кто научил тебя танцевать?
   – Одна хорошая женщина, – ответил Деми, не останавливаясь.
   – Ты с ней спал?
   Деми чуть не расхохотался, но сдержал свой порыв. Гораздо интереснее немного подразнить маленькую недотрогу!
   – Спал, - согласился он. – Ещё она кормила меня с ложечки, купала, всегда готова была выслушать меня и… кажется, она была первой женщиной, которую я увидел в нижнем белье, помимо матери.
   Рена привстала, опираясь на подлокотники.
   – Это не лучшее, что можно рассказывать девушке, Дем, - обиженно начала она, и Деми усмехнулся.
   Она ревновала! Как же ей идёт негодование! Глаза делаются ещё больше и вот-вот начнут метать молнии. Котт сжалился над нею:
   – Это моя бабушка, Рен. Хочешь, познакомлю тебя с ней?
   Девушка нерешительно кивнула.
   – Может, всё-таки потанцуем?
   Деми протянул Рене руку. Песня сменилась другой, более ритмичной, почти такой же заводной, какую они танцевали в свой первый раз. Но хозяйка агентства снова покачала головой.
   – Тогда давай поблагодарим арана Моосса за то, что приглядывает за нами, и ляжем спать. Сегодня ты спишь в кресле! Но я, так уж и быть, принесу тебе подушку и плед.
   Когда Деми устроил Рену в кресле, словно в гнёздышке, она обвила его шею руками и поцеловала в щёку.
   – Знаешь, - сказала она, – я видела сегодня арана Гедеона. Пожалуй, он действительно не старый и вполне хорош собой…
   – Это не лучшее, что можно сказать парню на ночь, но я рад, – признался Деми, - потому что тогда наш план будет легче осуществить.
   Рена вздохнула. Кажется, она что-то ещё хотела сказать, но передумала. Деми погасил свет и, на секунду прижавшись к тёплым губам Рены, отправился в спальню.
   – Инспектор Хаггана сказала, что придёт завтра. С проверкой, – сонно сказала девушка в темноте.
 
   – Ох, не поминай её к ночи, – засмеялся Деми. - Что она здесь найдёт? Двух усердно работающих молодых людей? Надеюсь, ей полегчает!
   – Но она может к чему-то прицепиться и арестовать меня. Или тебя! Я боюсь.
   – Значит, не надо было с нею задерживаться там, в темноте, и подавать ей ложные надежды, – Деми пожал плечами, забыв, что Рена его почти не видит. – Я тебя учил давать отпор.
   – Мне казалось, раз она женщина, то не будет… то так не будет. У меня началась истерика, она вроде бы принялась успокаивать…
   – А, ну да! – усмехнулся Деми. – Не горюй, Рен. Завтра тут буду я. И она к тебе больше не полезет.
   – А если полезет… в наши бумаги? Если попытается забрать меня в свой участок? Что, если…
   – Я ей не позволю. А если боишься, что она ночью залезет в окошко, можешь пойти спать со мной.
   Она помолчала. В темноте Деми различал только её очертания в кресле. Девушка не шевелилась, но чувствовалось, что ей неловко.
   – В кровати удобнее, чем в кресле, – добавил он. – И я не буду приставать! Я отлично контролирую себя, знаешь ли.
   – Зато я не очень, – ответила Рена и зевнула. – Доброй ночи, Дем. Тебе и арану Мооссу.
  
ГЛАВА 18
 
Если спать всю ночь в не слишком удобных условиях, настроение при пробуждении наверняка будет не самое радостное. Да и самочувствие тоже.
   Рена даже сначала подумала, что напрасно отказалась от щедрого предложения напарника. А потом подумала, что он, конечно же, мог и вовсе уступить кровать в её безраздельное пользование! Ну ничего, пусть тогда тащит бельё в прачечную, вот что.
   Инспектор Хаггана не почтила их своим присутствием с утра, и Деми предложил её не ждать.
   – Мы впустую потратим целый день, который могли бы прожить гораздо веселее, чем в ожидании этой крокодилицы, - заявил он.
   – А веселее – это как? – заинтересовалась Рена, поднимая голову от тощей тетрадки с надписью «Книга учёта денежных средств».
   За создание «книги» Деми уже обзывался «маленькой скупердяйкой» и «мини-занудой», но Рена была непоколебима: деньги, полученные агентством, нуждаются в строгом учёте. И вот уже сюрприз – нехватка! Тут десяти квадратов не хватает, а тут целых двадцати пяти! И Деми ещё спорил, что считать не надо. Вот не считала бы она – и не знала бы, что налицо недостача!
   – Во-первых, нам всё еще нужен мобиль для дела, – сказал Деми, – а во-вторых сегодня чудесный день, чтобы познакомить тебя с моей бабушкой. С чего начнём, решай сама.
   – А твоя бабушка – она как, добрая? – спросила Рена, поднимая голову от тетрадки.
   – Ну… в общем она неплохая...
   – Наверняка не хуже моих сестёр, – заключила девушка. – Хорошо, я схожу к Лоре, она вроде бы сегодня должна быть дома. Даже нет, давай сходим вместе.
   – Если хочешь, я прицеплю на шею ошейник, – захихикал парень. – Она умрёт от зависти, узнав, что у тебя есть раб, которого ты водишь на поводке!
   – Пускай поживёт, – насупилась Рена, – не хватало мне еще трат на её похороны.
   Она и не думала шутить, поэтому удивилась, когда Деми захохотал и снова назвал её маленькой скупердяйкой.
   – Значит, отправляйся к Лоре, а я покараулю тут. Если Хаггана явится в твоё отсутствие, обещаю не причинять ей никаких... неудобств!
   Рена стремительно оделась, мельком посмотрелась в зеркальце и побежала к трамвайной остановке. Обернувшись на окна полуподвала, она заметила, что Деми отодвинул занавеску в сторону. Оба подняли руки одновременно – помахать друг другу на прощание.
   День и правда выдался солнечный, апельсиново-лимонный, с шуршащими под ногами листьями и изумительной синевой неба. Газетные заголовки в киоске на углу и объявления на большой тумбе наперебой кричали красными и чёрными буквами: распродажа! Визит министра финансов Черу в Арговию! Скупка старых вещей! Ограбление антиквара! Рена приостановилась возле киоска, кинула монетку на блюдечко с видом на курортный городок, сделанным с горы Кроны. Вот бы оказаться там, на этой горе, и встретить рассвет! Получив газету и сунув её в сумку, Рена вдруг задумалась: а с кем бы она хотела встречать рассвет на вершине Кроны? С Деми или вице-мэром?