Кровь фей (СИ)

Великан, разрезанный напополам, был всё ещё жив! Верхняя часть его туловища, из которой обильно сочилась желтоватая кровь, приподнялась, ветки на голове как будто удлинились. Лэннери зачарованно смотрел на это и опомнился лишь тогда, когда что-то обхватило его за ногу и потянуло вниз. Тогда он судорожно направил палочку на великана и крикнул:
— Пер-кусса!
Луч прошёл через гигантскую голову, великан заревел, но продолжал, скалясь, тянуть юного фея к себе.
— Пер-кусса! — слились в один пронзительный крик голоса Ирлани и Беатии.
Лучи вспыхивали, гасли, но это не помогало. А если феи прицелятся в длинный зелёный побег, обхвативший ногу Лэннери, велика вероятность отстрелить её вместе с побегом! Между тем, зубастая пасть была всё ближе…
На Лэннери кто-то налетел, обхватил его сильными руками и потянул вверх. Это оказался Саймен! Теперь бороться с великаном стало намного проще. В него беспрестанно били лучи, и хватка начала ослабевать. Лэннери видел, как треснула и отвалилась одна рука, вторая, как туловище великана превратилось в сплошную кашу из желтоватой крови и разломанной древесной плоти. И, наконец, сильнейший порыв ветра сломал все ветки на голове великана. Побег, державший за ногу, безвольно разжался, и Лэннери снова был свободен. Тогда и Саймен отпустил его, хлопнул по плечу:
— Я спас тебя, дружище! Даже без палочки мы, феи, способны совершать замечательные дела!
На радостях Саймен заговорил, как прежде, высокопарными словами. Лэннери и не подозревал, что так им обрадуется.
— Согласен, — впервые за эти несколько дней на его лице появилась настоящая, искренняя улыбка.
«Палочка — дело наживное», — и Айя, казалось, тоже с улыбкой произнесла эти слова в его голове.
— Все живы-здоровы? — Ирлани подлетела к ним. — А то я уже боялась, что лишимся нашего будущего Наставника!
Она усмехнулась, но совершенно беззлобно, как будто забыв о том, как сильно хотела стать Наставницей сама. Возможно, мысль о распространении силы Мааль в мире сделала Ирлани добрее. Ибо как помешать злу, если не совершенствовать не только окружающий мир, но и себя?
— Видали, как я ветер призвал? — Аргален надулся от гордости, оглядывая всех остальных, и Лэннери испытал прилив дружелюбия даже к нему.
— Мы летим дальше или нет? — Беатия со скучающим видом покрутила в руках палочку. Лэннери подобрал свою котомку с земли:
— Летим.
— Давайте остановимся в городе, — предложил Саймен. — Скоро Золотая Звезда выйдет, пора немного отдохнуть и поесть сайкума. Иначе у нас не будет сил.
Лэннери нашёл это предложение здравым. Надо выяснить, есть ли в этом городе храм Кэаль, и если есть, то отдохнуть именно там, в святом месте и под присмотром Светлой Души. Отряд фей одобрил его мысль. Уже улетая, бросив прощальный взгляд на останки великана, горевшие в белом пламени, Лэннери вспомнил, что особенный талант опять не пробудился, и помрачнел.
По пути Ирлани и Аргален спорили о том, что стало причиной появления великана.
— Я уверена, это потому, что силы Мааль в мире прибавилось после нападения на Школу! — твердила Ирлани, так размахивая палочкой, что едва не стукнула летевшего в задумчивости Лэннери по руке. Он слегка отстранился.
— А я думаю, это черномаг призвал великана. Тот самый… черномаг, — после этих слов Аргалена на Лэннери будто дохнуло холодным ветром. Он помнил, что именно в этом городке, чьего названия даже не знал, увидел будущего заклятого врага. Лэннери сжал палочку в кулаке — увидеть бы его снова… и одним лучом отсечь голову!
— А вы как считаете? — обратилась Ирлани к остальным. — Нечисть лезет сама по себе или это дело рук черномагов, которых, может быть, на Альбастрии целый десяток?
Саймен вздохнул и промолчал. Беатия что-то буркнула себе под нос. Лэннери ответил не сразу:
— Возможно и то, и другое вместе.
После чего замолчали уже все.
У горожан появление отряда фей вызвало и восторг, и страх. Дети бежали за ними с криками: «Моё желание! Во славу Кэаль исполните моё желание!», а стража доложила городскому совету о прибытии светлых гостей.
 
— В следующий раз отдохнём в поле или в лесу, — проворчал Лэннери, когда к ним подошли стражники и объявили, что совет просит служителей Кэаль о встрече.
Перед тем, как войти в здание городского совета — высокий двухэтажный дом, единственный, который был построен из камня, — феи поменяли запылённую одежду на чистую, увеличились вместе со своими котомками и сложили крылья. Саймен, понятное дело, не смог увеличиться сам, и за него это сделала Беатия, взмахнув палочкой. И снова они обменялись странными, непонятными взглядами — Лэннери не мог понять, что они означают. Да и не до этого стало.
— Нам теперь гораздо чаще придётся иметь дело с людьми, — заметил он. — И лучше смотреть им в глаза, чем витать у них над головами!
Ирлани поморщилась — ей не хотелось часто «иметь дело с людьми». Ну что ж, говорить-то всё равно придётся не ей, а Лэннери, как будущему Наставнику.
Феи вошли в каменный дом, и при их появлении все почтенные советники, одетые в чёрное, повскакивали со своих мест. Кто-то склонился в глубоком поклоне, и отовсюду зазвучало торжественное:
— Слава Кэаль!
Лэннери выступил вперёд и приветствовал советников. Ему сделалось неловко — у них были длинные седые бороды, в то время как он выглядел не старше шестнадцати человеческих лет. Тем не менее, это советники с почтением взирали на фей, а не феи на советников.
— Служитель Кэаль, — обратился к Лэннери самый дряхлый старец, чья борода доходила почти до пояса, — поведай нам, что случилось, и отчего вы прилетели к нам? Нарушено Великое Равновесие?
Странные вопросы. Неужели люди не заметили, что случилось с Белой Звездой?
— Оно нарушено уже давно, — и Лэннери рассказал советникам всю историю с появлением черномага и нападением на Школу. Они слушали с возрастающим ужасом на лицах — как выяснилось, видеть трещины на Звёздах могли лишь феи, но не люди. Под конец кто-то выкрикнул:
— Об этом должен знать рейгел Эйзек Гервелекский! И правители Альбастрии, да и всех Островов!
— Лучше будет послать гонцов, — сказал Лэннери, — хотя двое из нас тоже полетят к правителям за помощью. Но возможно, ваши гонцы окажутся быстрее.
Советник, казавшийся моложе остальных — у него было больше чёрных волос в бороде, — взял это дело в свои руки, а остальные повернулись к феям.
— Служители Кэаль, мы будем рады принять вас в Дерейяле и не отпустим без даров!
— Вот так я и узнал название этого города, — пробормотал Лэннери. Ему совсем не хотелось гостить у кого-то из советников, но храма Кэаль в Дерейяле не оказалось. Пришлось идти в дом к главе совета, и там фей разместили в отдельных комнатах. Лэннери попытались угостить человеческой едой, но получили вежливый отказ, и, в конце концов, хозяин дома и его слуги оставили утомлённого церемониями фея в покое. Издалека Лэннери слышал оживлённое: «А есть у вас сыр?» Аргалена, но ответа служанки не разобрал; хлопнула дверь комнаты, и раздался скрежет металлического засова.
За окном взошла Алая Звезда. Лэннери сбросил котомку, казавшуюся тяжелее обычного, на пол и оглядел комнату. Немногим хуже, чем в Школе Белой Звезды: и кровать с белыми чистыми простынями, и в окнах не бычьи пузыри, а самые настоящие стёкла, и комод есть. В углу стояла масляная лампа, но фею она не нужна. Лэннери открыл дверь и выглянул в коридор, соображая, в какую комнату служанки увели Беатию. Кажется, вон туда, в самый конец.
Лэннери вынул из котомки сайкум, съел его и почувствовал себя значительно лучше. После кувшинчика росы его потянуло в дрёму. Лэннери улёгся поверх белых простыней и стал думать о победе над черномагом и его помощниками, о возвращении Наставницы и пробуждении особенного таланта. Уже засыпая, Лэннери услышал шелест крыльев и встрепенулся.
 
Кто-то из фей пролетел мимо его комнаты, и вряд ли это был Аргален — его шумное пыхтенье не спутаешь ни с чем. Лэннери вскочил с кровати, открыл дверь и выглянул в коридор — за поворотом скрылась светлая головка Беатии, которая успела снова уменьшиться и теперь куда-то спешила.