Кровь фей (СИ)

*Длинный полёт — это расстояние, которое фея не может одолеть без усталости; приблизительно равно 2000 человеческих шагов.
  
Глава VII
 
— Что же нам теперь делать? Что же делать? — повторяла Ирлани снова и снова, и её пронзительный голос бил по ушам. Лэннери подлетел к ней, коснулся её плеча, заглянул в глаза и тихо, но твёрдо велел:
— Успокойся. Ты фея, мы все феи и должны восстановить Равновесие, а не плакать.
Подействовало: Ирлани вытерла пальцами слёзы, шмыгнула покрасневшим носом и кивнула:
— Ты прав. Мы должны… должны… Только кто из нас будет руководить?..
Вопрос так и повис в воздухе.
— Лэн! — раздался у него за спиной нерешительный голос Саймена. — А и вправду, что теперь? Некому сделать мне новую палочку… а их, — он имел в виду покойных фей, — похоронить надо.
«Лэннери, — тихо и печально заговорила молчавшая до того Айя, — Наставницы больше нет. Но мы же с тобой помним, что она говорила. Она хотела назначить своим преемником именно тебя. А значит, распоряжаться будешь ты».
Лэннери огляделся. Беатия и Аргален смотрели на него — одна напряжённо, другой с надеждой. А ведь ещё надо выяснить, кто создал брешь в защитном куполе и позволил злым силам пробить его. При одной мысли об этом у Лэннери появился медный вкус во рту, будто он попробовал крови. Нет, предателя он вычислит потом, а пока есть дела не менее важные.
— Слушайте меня все, — Лэннери обвёл взглядом свой небольшой отряд. — Нам нужно совершить погребальные обряды, почистить Школу от следов пребывания нечисти и хибри, восстановить защитный купол. Потом мы наберём сока с аргеновых деревьев, сделаем сайкум на дорогу и возьмём его с собой в котомках.
— На какую дорогу? — медленно спросила Беатия.
Лэннери задержал на ней тяжёлый взгляд.
— Мы полетим на Флавастрию, в Школу Золотой Звезды. Сначала найдём и отправим туда белых голубей с письмами о том, что произошло. Если черномаг подобрался так близко к нашей Школе, то, возможно, планирует напасть и на Золотую! По дороге кто-то из нас навестит правителей Альбастрии и попросит о помощи феям.
Беатия прикусила губу и посмотрела на Саймена, будто ждала именно его ответа. Не глядя на Лэннери, друг наклонил голову в знак согласия:
— Да. Жаль только, я без палочки и совершенно безоружен против злых сил…
— Уверен, Золотая Наставница что-нибудь придумает, — и Лэннери вопросительно посмотрел на остальных.
— Хороший план, — одобрила Ирлани, прерывисто вздохнула и ещё раз вытерла глаза. Аргален кивнул и робко спросил:
— Вы с Сайменом заглянули в библиотеку? Я… побоялся. Скажите, там что-то уцелело?
Друзья обменялись мрачными взглядами, и Лэннери нехотя произнёс:
— Думаю, тебе лучше самому посмотреть. Но не раньше, чем выпьешь пару чаш настоя белокорня.
Ирлани неожиданно взорвалась:
— Мааль побери этот настой белокорня! Из-за него мы думали, что всё в порядке, Великое Равновесие не пошатнётся, а нечисть, хибри и черномаги сами собой выведутся!
Лэннери промолчал. Он ведь высказывал свои сомнения Наставнице, а она его успокоила, заверила, что это пустые страхи! Похоже, она сама предпочитала блаженное неведение. Не замечала, что Равновесие нарушено, не лишила крыльев Беатию, хотя наверняка знала о её жестокости, позволила Аргалену по глупости и жадности поедать сайкумы Риджаны и тем самым ослаблять её силы… Наставница предпочитала закрывать глаза на всё, что не вписывалось в её картину мира, понял вдруг Лэннери. И виноват в этом настой белокорня! Ведь недаром, забывая выпить его, Лэннери начинал сомневаться в том, что зло побеждено, и осталось его только добить!
— Да, всё это время мы жили в иллюзиях, — горько прибавил Саймен.
— Довольно разговоров, примемся за дело, — Лэннери решил поставить точку.
Вскоре на берегу ближайшего озера запылали шесть погребальных костров; Лэннери видел, как пламя охватывает лицо мёртвой, некогда прекрасной Лейи, и желал, чтобы Кэаль приняла её душу. Ирлани снова зарыдала, и в конце концов, бросилась в объятия к Беатии, которую терпеть не могла, так что они плакали вместе. Саймен бросил в костёр останки Рейлы и с каменным лицом смотрел, как они догорают.
 
Затем Лэннери составил короткое послание для Золотой Наставницы, Ирлани написала его своим аккуратным почерком на двух листах пергамента, и феи позвали белых голубей. Те прилетели, хлопая крыльями, опустились на траву в ожидании. Лэннери прикрепил послания к лапкам голубей, погладил их по шеям, шепнул пару слов и отпустил.
— А зачем два послания? — спросил Аргален.
Ирлани удивлённо покосилась на него.
— Вдруг одного из голубей перехватит черномаг?
— А — а! Вот оно что! — Аргален почесал подбородок. — Они полетят разными маршрутами!
— Верно, — кивнула Ирлани, и в этом «верно» явственно звучало: «Что тут объяснять-то, если ты не совсем глупый?»
Потом феи стали убирать Школу — то там, то здесь слышалось «му-эн-дици!» и кто-нибудь взмахивал палочкой. К тому времени, как Золотая Звезда сошла с неба, и поднялась Алая, только грязная примятая трава и истерзанные белоцветы вокруг Школы напоминали о нападении злых сил.
Наступил черёд защитного купола. Единственным, кто не мог принять участие в его восстановлении, был Саймен. Он отлетел в сторону и наблюдал.
— Эх, съел бы я сейчас картошки вареной и яиц, — мечтательно проговорил Аргален, наложив на купол очередной слой.
— А потом, как говорила Лейя, по нужде в лес полетишь, — беззлобно поддразнила его Беатия. — Кстати, Аргален, что такое «по нужде»?
То ли красноватый свет был тому виной, то ли Аргален действительно покраснел. И с трудом выговорил:
— Вот это всё, что ты ешь… оно потом из другого места выходит.
— Чего-чего? — Тонкие светлые брови Беатии взлетели вверх.
— Выходит, говорю! А потом ещё травкой вытереть это место на…
Лэннери решительно вмешался в увлекательную беседу:
— Вы лучше защиту ставьте поаккуратнее. Смотри, Аргален, у тебя этот защитный слой жиденький вышел! А внизу купола ты и вовсе пропустил!
Покраснев ещё больше, Аргален засуетился, взмахами палочки доделывая свою работу.
«Лэн, — зазвучал в ушах голос Айи, — может, Наставница просто стала рассеянной, не следила, кто как защиту ставил? И предателя нет?»
Хорошо бы, но Лэннери сомневался, что Наставница могла быть настолько рассеянной; брешь должна была оказаться побольше той, что сейчас оставил Аргален, намного больше, чтобы сторонники Мааль могли прорваться.
«Сам подумай — зачем кому-то из фей предавать всю Школу? Что вообще черномаг может пообещать фее — или фею? Вы ведь не люди, вас так легко не купишь».
Лэннери почувствовал сомнение. Может, и вправду его воображение разыгралось, и всё это лишь трагическое стечение обстоятельств, а не хитрый план черномага?
«Не знаю, Айя, — признался он, — даже представить не могу… Я сделаю так — буду следить за всеми, и если предатель есть, он или она себя покажет. А если нет… тем лучше!»
«Я правильно понимаю, что ты подозреваешь её?»
Лэннери покосился на Беатию — она всё ещё приставала к Аргалену с глупыми вопросами, но теперь вполголоса.
«Да, но не только».
«А кого ещё?» — полюбопытствовала Айя, и Лэннери мысленно усмехнулся:
«Всех. И себя бы заподозрил, пожалуй, только я у себя на виду, и если б совершил предательство, то наверняка знал бы об этом!»
Ирлани наложила на купол последний защитный слой, и с этим делом тоже было покончено. Лэннери с облегчением вздохнул и скомандовал:
 
— А теперь берём сосуды и отправляемся собирать аргеновый сок. Вечером деревья его обычно не дают, но в этот раз сделают исключение!
И тут неожиданно заговорил Саймен. Всё это время он парил в воздухе и как будто о чём-то думал. И его слова оказались настолько неожиданными, что поначалу Лэннери решил, будто ослышался:
— Лэн, а ты почему распоряжаешься, как Наставник? Может, мы не в Долину лететь хотим, а отдохнуть и поспать. Аргален, как я вижу, устал.