Колхозное строительство 4 (СИ)

Концерт прошёл при полном зале, встречали вполне хорошо. Были выкрики и свист, но основная масса зрителей хулиганов остудила. А вот после концерта… Наших-то увезли с чёрного хода, а на центральном почитатели группы «Битлз» с камнями и палками напали на выходящих из этого Аполло зрителей — но побили как раз этих «битлаков», да ещё и полиция им добавила. Наш глава делегации спросил у представителя компании «ЭМИ», не отменить ли концерт во втором зале. Те заверили, что будут приняты все меры, и концерт зафиксирован в контракте, который подписал министер Тишькофф.
Семичастный долил в стакашки по чуть-чуть, и не чокаясь выпил один. Не к добру — не чокаясь-то.
— Не тяни, генерал, — Петру пришлось звякнуть о пустую рюмку.
— Как скажешь. Концерт в London Palladium начался вчера в восемь вечера. Известный театр, как мне сообщили — и Фрэнк Синатра там выступал, и Элла Фицжеральд, и «Битлз». Концерт прошёл нормально, несколько раз заставили эту твою «Хару Мару» спеть. Опять наших увезли с чёрного хода, но там уже ждали, и в автобус прилетело несколько камней и бутылок. Обошлось.
Уехали. Прибыли в отель — всё вроде бы было спокойно, а в это время на площади перед театром началась настоящая бойня. Поклонники «Битлз» приехали из Ливерпуля с клюшками для гольфа и битами для крикета. Полиция попыталась защитить зрителей, но и ей досталось. На помощь подоспели конный отряд и подкрепление с других участков. Несколько десятков человек арестовано, около сотни обратились за медицинской помощью. Тяжело ранен один полицейский — врачи говорят, что шансов очень мало. Думали — разогнали, и на этом всё закончится. Дудки!
Часть «ливерпудлианцев» просочилась к отелю «Бридж», где наши остановились, смяли двух портье и охрану, и бросились с битами своими на лестницу. На счастье или на несчастье, из номера как раз выходила твоя Керту Дирир. Результат? Три сотрясения, две сломанные руки и два носа. У одного — сотрясение мозга серьёзное, пока без сознания. У негритянки откушена часть плоти на большом пальце левой руки, на подушечке.
— Вот ссуки! — потянулся за бутылкой Пётр, но Семичастный мотнул головой, — Ну нет так нет. Что дальше?
— Приехали полиция и скорая. Пострадавших и уцелевших увезли, Керту наложили два шва на месте, дали обезболивающее и снотворное. Сейчас вокруг отеля дежурит больше сотни полицейских, в том числе и конные. Посол Великобритании вызван в МИД — Громыко его уже, поди, чихвостит. Мэр Лондона прислал письменные извинения в наше посольство.
Англия предоставит в шесть вечера самолёт для отправки ансамбля «Крылья Родины» в Москву. Всё.
Всё. Хорошо это или плохо? Любая реклама работает на артистов. А вот такая? Такая — вдвойне, такую ни одна газета проплаченная не раздует. Эти битломаны, не отдавая себе отчёта, вогнали очередной гвоздь в крышку гроба западной музыки. Теперь продажи дисков и миньонов возрастут в разы!
— Так всё хорошо? — Пётр встал.
— Даже очень. А на посошок?!
Интерлюдия 4
Можно не читать (из интернета)
ТЮЛЕНЬЯ ВОЙНА 1920-33.
В годы Гражданской войны и интервенции на Севере России норвежские промысловики бесконтрольно хозяйничали в российских водах, ведя хищнический лов, вместе с англичанами. После изгнания интервентов факт установления советской власти на Севере в 1920 не признавался Норвегией, продолжавшей интенсивно вторгаться в российские территориальные воды. В апреле 1920 произошло вторжение сотен норвежских промысловых судов во внутренние воды РСФСР — от Мурманска до Архангельска. Норвежцы вели бой тюленей в Горле Белого моря и даже в устье Северной Двины. Советские органы, не имея средств морской защиты, не могли остановить разгул браконьерства. Ноты протеста, посланные наркомом иностранных дел РСФСР Г.В. Чичериным, остались без ответа.
С началом нового промыслового сезона в апреле 1921 в Белое море вновь вторглась армада норвежских китобоев истребляя тысячи тюленей, не щадя ни самок, ни бельков. Советские катера погранохраны задержали 3 браконьерских шхуны. НКВД направил ноту протеста Норвегии, перечисляя названия судов и мест их незаконного лова. Однако МВД Норвегии и на этот раз не отреагировало на протесты России и не дало предписания норвежским подданным не нарушать морских границ РСФСР.
 
В мае 1921 Совнарком РСФСР принял декрет «Об охране звероловных угодий Белого моря», которым устанавливалась «ответственность за иностранное вторжение на советскую территорию и за браконьерство на ней». Погранвойскам было дано указание конфисковывать у нарушителей суда, снасти, грузы, орудия лова, самих же браконьеров арестовывать и судить. МИД Норвегии в марте 1922 направил в НКИД РСФСР ультимативную ноту с требованием не только немедленно отменить Декрет, но и вообще ликвидировать понятие «советские территориальные воды» для северных широт, сместить госграницы России к кромке побережья в Баренцевом и Белом морях и объявить все Белое море и Чёшскую губу за полуостровом Канин «открытым морем». В свою очередь РСФСР предупредил МИД Норвегии, что с нарушителями будут поступать согласно Декрету СНК, который остаётся в силе. РСФСР в то время имела 3‑мильную морскую зону территориальных вод, хотя, согласно международному морскому праву, могла установить на Севере 12‑мильную полосу. Норвегия же, вторгаясь в территориальные воды другого государства, грубо нарушала международное право.
Однако 25.04.1922 последовало очередное вторжение норвежских браконьеров в акваторию Баренцева и Белого морей, причём в таком количестве, что местное население не смогло выйти на промысел. Советской погранохраной было задержано несколько десятков норвежских зверобойных шхун. НКИД РСФСР вновь направил протест Норвегии против действий её зверобойного флота. Норвежский МИД потребовал отпустить своих верноподданных, заявляя о непризнании Норвегией ни Декрета, ни самого Правительства России.
В апреле 1923 в Белом море вновь появилась норвежская промысловая флотилия. На этот раз она пришла под защитой броненосца береговой охраны «Хеймдал», который войдя в Горло Белого моря огнем 152 и 210-мм орудий разогнал советские пограничные катера, пытавшиеся помешать истреблению тюленей.
Советская Республика не имела ещё в то время Северного Военно-Морского флота, и поэтому норвежские суда оставшись в Белом море, полностью дезорганизовали промысловую деятельность поморского населения. Браконьерская акция 1923 оказалась наиболее варварской. Пользуясь безнаказанностью, норвежцы забили свыше 900 тыс. голов тюленей, уничтожая вопреки международным законам, самок и бельков, а также оставляя на льду много подранков, будучи порой не в силах погрузить всю добычу на суда. Такое хищничество подорвало естественное воспроизводство зверя. На ноту протеста РСФСР норвежский МИД бесцеремонно ответил, что Норвегия «вела и будет вести лов там, где ей нужно».
Нарастающая напряжённость в отношениях стран была ликвидирована только после того, как Норвегия признала СССР де‑юре 15.02.1924. А 16.12.1924 был подписан договор о норвежской концессии в СССР на ведение зверобойного промысла по государственным квотам СССР. Советская администрация допустила в Белое море 90 норвежских судов, которые вели лов согласно выделенным им квотам.
Совнаркомом СССР 15.07.1926 было принято Постановление «О границах СССР на Крайнем Севере», которое устанавливало точную линию морской границы СССР в Баренцевом море, проходящую строго по меридианам. Линия границы шла от Кольского п‑ова прямо к Северному полюсу, запирая весь Полярный бассейн, прилегающий к северному побережью СССР. При этом Земля Франца‑Иосифа объявлялась советской территорией.
 
Весной 1928 сотни норвежских промысловых судов совершили прорыв за линию морской советской границы, севернее прибрежных территориальных вод и держа курс на о. Колгуев и Новую землю. Советские пограничные корабли выдворили нарушителей обратно.
Особым постановлением СНК СССР принял решение закрыть морскую границу СССР на Севере, организовав её непрерывное патрулирование военными кораблями, и, в связи с этим, прервать норвежско-поморскую меновую торговлю. Норвегия 11.09.1928 направила ноту СССР с угрозой войти весной 1929 на промысел в советские воды «в сопровождении 2 английских боевых кораблей».