Земной отпуск (СИ)

— Не могу описать свои эмоции... я... я так рада, что ты жив! Только мысли о тебе помогали мне бороться с этими подонками. — немного лукавлю, ведь о Максе я тоже думала. Однако именно жажда мести вернула мне здравый рассудок. — Не хочу расставаться, хочу всегда быть с тобой, Алекс!
— Любимая моя девочка, — хрипло отвечает Альварез, открыто признаваясь в своих чувствах. Продолжает целовать меня. Нежно, затем страстно. Передавая через касания наших губ весь спектр испытываемых чувств и эмоций.
  
Мой мужчина! Потрясающий, самый лучший, настоящий. Живой!
Мы так погрузились в друг друга, что весь окружающий мир перестал существовать. В реальность нас вернул рёв мотора и отсутствия Максимуса среди свидетелей нашего воссоединения.
Родители не спешат подходить. Позволяют нам с Алексом лично обсудить ситуацию.
— Куда он? — льну к любимому, задираю голову наверх и смотрю в его зелёные глаза в поисках ответа.
— Подышать, — усмехается, — скоро вернётся, маленькая. Не переживай, — и нежно прикасается губами ко лбу...
  
Глава 48. Ну, папочка!
 
Мария Гарсон
Альварез говорит не переживать, однако я всё равно чувствую себя как-то неправильно. Возможно, не стоило вот так открыто выделять одного и принижать другого, тем более на глазах у всей семьи.
— Ну уже, как сделала! — стараюсь хотя бы мысленно защитить себя. Именно так я чувствовала на тот момент, мне нужен был Алекс. Как кислород... и голова туго соображала после всех приключений.
Однако тут ещё нужно учитывать, что Макс жамил. Пусть и воспитанный в старых реалиях, когда все рождённые женщины были чуть ли не богинями, которым всё позволено и которых необходимо носить на руках. Представители расы красавчиков, как называет нас мама, очень гордые и вспыльчивые. На этом нас можно подловить и воспользоваться, но сейчас не об этом.
Я задела его. Обидела. И вроде бы понимаю, что он заслужил всё это своим предательством и обманом, но душа всё равно не на месте.
— Он вернётся, любимая, обещаю, — шепчет Алекс, — я чувствую.
— Как?! — перевожу заинтересованный взгляд, продолжая нежиться в его ласковых объятиях.
— А вот так, — мужчина закатывает рукав правой руки и показывает мне запястье, на котором красуется бирюзовая полоса — яркое свидетельство проведённого ритуала. Макс сделал его побратимом! — Он спас меня. Благодаря эль Кортерра я сейчас стою рядом с тобой, маленькая, иначе бы не выжил. Шансы были равны нулю.
Открываю рот от удивления и хлопаю ресницами. Ошеломительная новость!
Максимус сделал это ради нас и нашей семьи?! Даже несмотря на то, что я отталкивала его и закрывалась?!
Стало ещё больнее. Я приуныла, и настроение со скоростью света покатилось куда-то на край Вселенной.
— Я ей не нужен... Идиот... Сам всё разрушил... — А когда до меня доходят отголоски его мыслей, разрывающих пространство, так вообще хочу бросить всё, отправиться на его поиски и вернуть для серьёзного разговора.
Но родители перехватывают меня быстрее, чем я успеваю запрыгнуть в ближайший автомобиль.
Мама, как глава нашей семьи, начинает первой. Смотрит виновато, переминаясь с ноги на ногу, уголки губ опущены.
— Машу... — я уже готовлюсь скривиться от ненавистного обращения, но на удивление, она прокашливается и тут же исправляется, — Мария, мне так жаль...
Дальше она рассказывает про то, что мой любимый папочка натворил. Посреди тирады Дианы эль Саавера-Ардерра-Гарсон к нам присоединяется Макс с нечитаемой маской на лице. Ни единой эмоции.
Секс-робот прямо-таки во всей красе!
Украдкой поглядываю на бывшего магистра, а он на самом деле выглядит очень сексуально. Волосы растрёпаны, тело напряжено, отчего плечи расширяются и он сам увеличивается в размерах. Мощный, сильный, высокий, красивый мужчина.
Мой. 
Стоит, руки убрал в карманы, на меня не смотрит. Делает вид, будто очень заинтересован истерикой Императрицы.
Ну и ладно! Мы ещё поговорим.
Если убрать все лишние слова из маминого рассказа, выходит, что во всех моих бедах виноват отец...
— Как можно таким быть?!
— Диана отвратительно воспитала своих мужей! — так ей это и скажу, когда будем наедине.
...и эль Кортерра попал под его раздачу. Сириус вынудил магистра дать клятву: «не подходить ко мне, не признаваться в чувствах и самое главное, не говорить, что мы избранные». С припиской: «пока я сама не узна́ю или пока папа не решит все проблемы с преследователями».
Их разговор был уже давно, и всё это время Макс был вынужден скрываться, не показывая мне своей заинтересованности. Впрочем, это получалось у него вполне успешно. Я действительно считала, что он никогда не посмотрит на меня, как на женщину, с которой мог бы построить романтические отношения или хотя бы заняться сексом.
— Интересно, какой эль Кортерра? Ласковый и нежный или страстный и жёсткий?! 
Тьфу!
Мама тут распинается, а я совсем не о том думаю! Когда она заканчивает отчитывать папочку, поворачивается к двум другим своим мужьям, и ласково, слово возбуждённая китти говорит:
— Мальчики, полетели домой, — специально старается задеть побольнее Сириуса. И правильно! Особенно после того, что он учудил со своей единственной кровной дочерью, то бишь со мной, — Мария, — обращается ко мне, — а ты возвращайся, как будешь готова, милая. Когда разберёшься... — делает паузу и поочерёдно смотрит на Макса и Алекса, — со всем-и. — Последняя буква была сказана лишь одними губами, но я ясно поняла её посыл.
Подхожу, чтобы обнять родителей. Конечно же, всех, кроме папочки. От меня ему тоже последует наказание.
— Будет знать, как моих избранных пугать! — в рифму думаю, значит, правда.
  
Глава 49. Режим истерички.
 
Мария Гарсон
Как только родители улетают, я сразу же решаю подойти к Максимусу, чтобы выслушать извинения, извиниться само́й и предложить попробовать всё сначала.
Именно так. И в такой последовательности. Приблизительно.
Продумывать план и подбирать правильные слова совершенно нет времени. Я очень устала, хочу выспаться и отдохнуть.
А лучше в отпуск!
Нормальный отпуск без всяких похищений. Пусть и Земной. Здесь, оказывается, есть на что посмотреть!
Губами слегка касаюсь щеки любимого, разрываю тёплые объятия и иду ко второму своему мужчине. Обиженному и обделённому.
В спину мне прилетает довольный, одобрительный смешок. Что-то вроде того. Своеобразная поддержка от Алекса, которая, на самом деле, помогает и придаёт уверенности, что я всё делаю правильно.
Бывший магистр стоит, отвернувшись. Руки скрещены на груди, но притом дышит медленно и глубоко — это видно по расширяющейся спине. Напряжён, собран, ждёт от меня вердикта.
— Макс, — подхожу и останавливаюсь буквально за шаг до него...
Боюсь сократить оставшееся расстояние, потому что руки буквально чешутся от желания прикоснуться к нему, а губы жжёт от необходимости попробовать его сладкий поцелуй. Наконец-то ощутить его своим мужчиной, а не академическим преподавателем, коим он был для меня на протяжении четырёх лет... недостижимой мечтой.
Между нами всё так сложно... Я не знаю, как правильно обращаться к нему. По имени или говорить магистр? На «ты» или на «вы»?! И это «сложно» — словно стена, которую необходимо разрушить раз и навсегда, чтобы двигаться дальше и наконец-то исполнить свои мечты.
Наши с ним отношения изначально начались неправильно, не так, как с Алексом. Однако это никак не уменьшает моих чувств к нему. Максимуса Эль Кортерра я люблю уже давно. Искренне и по-настоящему. Оттого моя обида очень сильна... даже сейчас, когда я знаю, что его подставил мой отец.
  
— Малышка, — он резко разворачивается. Смотрит преданно, с такой любовью и нежностью во взгляде, что я на миг теряюсь и лишь тупо открываю и закрываю рот.