Когда сбываются мечты (СИ)

— Тятя… — я сидел рядом с читающим газету отцом и решил привлечь его внимание, так как завтра был единственный в неделю выходной и папаня, в отличие от других вечеров, мог позволить себе лечь попозже. По этой же причине у него было благодушное настроение, и я использовал его, чтобы достичь своих целей. — А ты где научился читать? — Я уже выяснил, что из двух родителей грамотный только отец. До сегодняшнего дня я как ни старался, так и не успел поговорить с ним по душам.
  
— Это меня монахи учили, когда я в деревне жил.
— А почему мы уехали оттуда?
— Ты уже родился, год вышел неурожайным. Припасов на всю семью до весны точно не хватило бы. Вот мой отец и решил отправить нас в город.
— А у нас там много родственников?
— Так, почитай пол деревни. Это, ежели, всех считать. А если взять нашу семью, то… — он закатил глаза и стал загибать пальцы, — скорей всего еще народилось племяшей, думаю больше трех десятков только от наших родителей. А там еще дядья, тетки, их семьи… Вот и получается — пол деревни.
— А научишь меня читать?
Отец глянул на меня, вздохнул и погладил по голове.
— Когда же я буду тебя учить. С работы придешь — уже ни о чем не думается, как бы прилечь поскорей.
— А давай попросим еще кого, или наймем!
— Ишь, ты… Наймем! Учителка рупь берет за урок! Где деньги возьмем?
— А если я найду?
— Найдешь?
— Ну… Заработаю!
— О-хо-хо! — Засмеялся папаня. — Как только заработаешь — сразу найдем тебе какую-нибудь школярку. Ей можно и по пятьдесят копеек платить. Только где же ты думаешь заработок найти?
— Если ты подсобишь, то надумал я свиристелки в виде фигурок из глины сделать. Мы дома слепим, раскрасим, а ты обожжешь. Если продадим, то тут и будет всем заработок.
— Всем?
— А как же! Всей семье!
— Ах ты, молодец! Мать! Смотри, какой у нас смышленый сын растет! — Отец прижал меня к своей широкой груди, и я понял, что проект в принципе согласован.
Сразу на следующий вечер после выходного папаня принес в узелке кусок глины кил не три, и мы с братом после ужина при свете масляной лампы принялись ее мять в четыре руки. Младшие девки катали колбаски и шарики, а я приготовив пару щепок принялся ваять свистульку в виде птички, отлично помня принцип ее работы. Получилось не сразу, но мне нужно было в основном отработать звуковые эффекты, а похожесть уже вторична, да и потом можно будет еще доработать общий дизайн. Тем более фигурки будут разные. Зайчики там, мишки…
— Ой, какая птичка! — Восхитилась Катька, когда я закончил, вложив промасленный окатыш галечника в специальную камеру. — А почему у нее такой хвостик?
— Это будущая свистулька. Сюда надо дуть. Только… думается она не будет работать.
— Почему?
— Камешек слишком тяжеловат. Летать он внутри не будет, и птичка не зачирикает. Придется пока делать без камешка, а потом подберем горошину или косточку и засунем внутрь. Хочешь тоже слепить?
Захотели все, и я стал каждому помогать слепить свою свистульку. Люська лепила зайчика, Катька птичку, а Леха собачку. Как я и говорил, внешний вид был не сильно важным, поэтому справились все. Мне пришлось только доработать у всех камеру, где рождалась трель, слегка изменяя каждую по размеру, ширине и углу подачи воздуха. Так мы сможем быстрее определить боле-менее правильную комбинацию рабочей камеры производящей звук. Закончили и довольные разложили свои изделия на печной полке для просушки.
Через два дня с помощью мамочки и принесенными ею красок раскрасили свои свистульки, покрыв их в конце эмульсией, создававшей глазурь в процессе обжига. Еще несколько дней я подбирал материал для шарика, создававшего птичью трель. Параллельно наша артель малолетних «лепил» неустанно работала ручками, создавая фигурки зверей, а Люська творила в меру своей фантазии. Но и ее футуристические фигурки шли на полку. Маленькие покупатели тоже должны иметь свой только им понятный товарный ряд.
Оптимальную камеру для добычи звука я определил еще из наших первых образцов, а вот для внутреннего шарика ничего лучше липовой деревяшки не нашел.
На все про все ушло почти две недели. На улице уже прошелся первый заморозок, когда мы четверо во главе с папаней, гордые по самое не могу, отправились на торг, чтобы явить народу новое чудо. Встав на свободный пятачок, троица моих подельников дождалась моего кивка, и принялись дуть прерывистыми выдохами, как я показывал при тренировке дома, мгновенно привлекая ближайших пейзан. Яркие фигурки невиданных раньше игрушек мгновенно были оценены за добротность, необычность и способность издавать звуки. На громкие трели набежала толпа покупателей и все изделия были расхватаны в считанные минуты. Когда на лотках остались последние свистульки, их цена выросла с двадцати копеек до пятидесяти. Гордый за своих отпрысков отец на радостях купил на часть денег сладостей, и вернулись мы в дом под мамины очи с видом победителей покоривших если не вселенную, то как минимум половину континента.
— Что, так и говорили⁈ — Мы наперебой рассказывали ей, как прошел торг и как нас осаждали те, кому не досталась игрушка, спрашивая когда мы принесем следующую партию.
— Ага, мама. Мы заработали четыре рубля двадцать копеек! — Хвалился Лешка, — вот смотри!
Я выложил заработок и купленное, заставив мать всплеснуть руками и целовать наши нарумянившиеся щеки.
Вечером я напомнил отцу разговор насчет обучения его чад, и уже на следующий день к нам пришла девушка, или почти девочка, и целый час водила пальчиком по страницам принесенного с собой букваря. Затем еще час мы царапали углем на дощечках буковки, каждый в меру своих способностей.
— Миша. Будешь заставлять всех писать веды каждый день. Приду через три дня, и продолжим, — сказала наш репетитор, одевая верхнюю одежку.
— А нас заставлять не надо, — быстро отреагировала Катюха, — мы и сами охочи до чтения. Правда, Люська?
— Плавда, — ответствовала та серьезно, растягивая испачканные углем щечки.
Вскоре выпал снег, плохая погода сменилась морозами, наша артель непрерывно выдавала на гора глянцевые изделия, а общие успехи в познании грамоты были уже видны невооруженным глазом. Даже младшая постигла закон сочетания закорючек и могла по складам прочитать начертанное слово. В принципе, на этом можно было ограничиться и чтобы не тратить лишние денежки, мы коллегиально слепили красивую супницу и подарили ее Акулине в знак благодарности и окончания наших уроков. Обрадовавшись подарку и огорчившись прекращению поступлений «халявных» полтинников, школярка испарилась в клубах морозного воздуха. Я уже вполне легитимно читал вместе с отцом прессу, стараясь сдерживать свои вопросы и тем более комментарии, а в качестве тренировки, мы по очереди читали детскую книжку купленную специально для этого.
Наш маленький семейный бизнес продлился почти до самой весны, пока в один из дней в торговых рядах появились с десяток торговцев с копиями наших игрушек, мгновенно сбив наши цены и общий спрос. Я, в отличие от своих компаньонов, заранее ожидал чего-то подобного и не сильно огорчился. Во-первых, мы успели заработать, во вторых познали вкус денег, а еще научились читать, считать деньги и работать руками. Я успокоил свой расстроенный братко-сестринский коллектив:
— Ничо. Пусть себе торгуют! Продадим эту партию и начнем делать что-нибудь другое. Неужто, не придумаем? Есть одна думка… Дома расскажу.
Вообще то, перспективу я уже давно себе обозначил. Летом занятие мы себе обеспечим, а вот осенью выведем свою домашнюю мастерскую на новый уровень. Я отлично помнил коллекцию фарфоровых фигурок в доме у сестры, заполнивших полки двух больших шкафов со стеклянными дверками. Надо будет делать эксклюзивные фигурки по несколько штук, и продавать их через солидные лавки. Так поднимем уровень наших изделий и, надеюсь, даже выиграем в деньгах. За лето натренируемся понемногу и двинем «культуру» в массы.
  
За зиму я благодаря усиленному питанию и здоровому образу жизни, хе-хе, подрос, нарастил мясца и весеннюю капель встретил с нетерпением юного тела соскучившегося по активной деятельности. Лепка и учеба с редкими выходами в снежную зиму в не очень приспособленной одежде не давали той свободы, что имелась летом, и как только дневная температура перешла на плюс мы в компании домовых сорванцов принялись активно готовиться к лету, совершая обход нашей территории. Обычно городская детвора держалась исключительно своего района и, без риска нарваться на драку с другими «бандами», можно было пройтись лишь по центральным улицам или в сопровождении взрослых. Так и мы оберегали от чужаков свою территорию, включавшую в себя горшечный квартал и сектор загородной территории ограниченной рекой.