"Фантастика 2025-15". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

– Не вопрос, – понимающе кивает Павел и улыбается. – Два переезда – как один пожар. Ладно, езжай…
Я выбираюсь из-за стола, отодвигая стул. Комдир говорит куда-то в сторону:
– Блин, я уже подумываю разогнать весь отдел и отдать всю их зарплату тебе.
– Павел…
– Шучу-шучу, – говорит он. – Все, вали… А может, и не шучу…
По дороге домой созваниваюсь с Кирой, обменяться новостями и пригласить на новоселье.
  
– Филя, – строго говорит сестра. – Ты разведись сначала, а потом новоселье устраивай! Или ты уже передумал, и у вас снова лямур-морковь?
– Не люблю я ее. Ревновал, когда думал, что люблю. А оказалось – не любовь то была. Привычка, привязанность, уязвленное самолюбие – что угодно, но не любовь.
– К кому ревновал? – настораживается Кира. – Может, повод был?
– Когда повода не было, ревновал. А когда оказался… Я же говорил, что у нее кто-то появился, когда она ушла? Когда оказался, не ревновалось, представляешь? Я даже картинки себе всякие в голове рисовал из разряда «18+», ничего не колыхнулось внутри.
– Люди вообще часто любовь путают с чем-то иным, – вздыхает она и делает неожиданный вывод: – Злишься на нее?
– Нет, что ты! Мне с ней было хорошо, ты же знаешь. Сам виноват, здесь иначе и не скажешь. Разве нет?
Я задаю риторический вопрос, но Кира отвечает:
– Нет! Один может быть виноват больше, другой – меньше, но то, что пары расстаются, – вина обоих. И не спорь со мной. Как я со своим намучилась, ты и так знаешь, но разве я что-то делала, чтобы он изменился? Я его ругала, пилила, играла в «молчанку», воспитывала и дрессировала, не понимая, что к мужчине нужен другой подход.
– Это какой же? – я удивляюсь ее признанию.
– Другой. Женщина – не надзиратель и не погонщик. Она может вдохновить своего мужчину, а может, напротив, вытравить из него все то, что им могло двигать, заставляло самого… – она замолкает, формулируя мысль, – самого принимать решение, брать на себя ответственность и заботиться, думать о семье. Но чего было ожидать от двадцатилетней девочки, вчерашней студентки?
– И правда…
– Так что это ты сам во всем виноват, Филя!
Вот это поворот в исполнении моей старшей сестры! Абсолютно в ее духе.
– Взялся бы за ум парой лет раньше, все бы у вас было хорошо. А значит, это ты, Филя, мудак, – резюмирует она.
– Я знаю.
– Может, и хорошо, что ребенка не завели, – задумчиво продолжает размышлять сестра. – Не надо детям страдать из-за ошибок родителей…
– Может быть… Киренция, слушай, а может, к нашим нагрянем? В субботу, например?
– А почему бы и нет? Еще как нагрянем, братишка, – смеется Кира. – Только давай-ка с пользой нагрянем. Продуктов каких привезем, вкусняшек…
Договорившись, мы тепло прощаемся. О том, что я увольняюсь, решил пока не говорить – не поймет.
Сявы дома нет, и мне ничто не мешает еще раз пробежаться по квартире, складируя свои вещи у стены в зале. На кухне чувствуется слабый запах табака, похоже, он утром покурил в форточку под чашку кофе. В ожидании Светы я сажусь на кухне – почитать и выпить чаю. Под ногами уютно устроился Ричард, а на стуле напротив разлеглась Васька.
За чтением время пролетает незаметно, в дверь звонят, и Ричи взлаивает, направляясь к выходу.
– Ричи! – слышу звонкий девичий голосок за дверью.
Я открываю дверь и вижу высокую, нескладную, загоревшую на югах девчонку, а рядом с ней, очевидно, отца – мужчину чуть старше меня, выше ростом и в очках. Ричи, промычав что-то восторженное, прыгает на девочку и кладет ей лапы на плечи, стараясь лизнуть лицо, а та умилительно пищит и лепечет.
– Здравствуйте! – говорит отец Светы. – Филипп?
– Он самый, проходите.
Мужчина заходит и представляется:
– Андрей. Света, зайдите в дом с Ричардом.
Они заходят, закрывая за собой дверь.
– Пройдемте в зал, – приглашаю их на случай, если они хотят поговорить. – Обувь можете не снимать, я через полчаса переезжаю.
Андрей все-таки не может сдержаться, хватает пса за голову, гладит и приговаривает:
– Ричи, нашелся, хороший, хороший…
Света, отодвинутая отцом от собаки, поднимает глаза, и я вижу, что они на мокром месте. Не сдерживая эмоций, она бросается обнять меня. Я чуть было не обнимаю ее в ответ, вовремя спохватившись – не дай бог, отец воспримет неоднозначно. Так и стою, как истукан, прижав руки к бокам.
– Спасибо вам, Филипп, что нашли и что присматривали за ним!
Мне в шею тычется что-то мокрое, девочка почти с меня ростом.
– Ну, все-все, Свет, отпусти Филиппа, – как бы строго командует отец дочери и обращается ко мне: – Вы знаете, мы же его вот таким щеночком взяли, Света его с бутылочки с соской кормила. Такой забавный был, неуклюжий, косолапый…
Интерфейс подсказывает, что они счастливы. Счастлив и я за них с Ричардом, но как же грустно! Пес устойчиво ассоциируется у меня с новым этапом жизни, и появился он рядом именно тогда, когда мне это было нужно больше всего, скрашивая мое одиночество и составляя компанию в моих забегах по парку. Он помог мне не раз – что тогда, с фальшивыми купюрами покупателя компьютера, что на днях при встрече с гопотой.
– Вы помните, что обещали мне щенка? – спрашиваю я.
– Не только помним, но и займемся этим в самое ближайшее время, – заверяет меня Андрей. – Завяжем, уже есть с кем.
Пес, словно чувствуя расставание, кладет мне голову на колено, лижет руку – прощается. Следом у меня повышается репутация и с отцом, и с дочерью, причем, что меня удивляет, на одинаково высокие значения – на шестьдесят очков, перескакивая сразу к дружелюбию. Это приносит мне сто двадцать очков опыта, но осознаю я это только потом, когда они, попрощавшись и пообещав регулярно высылать фотографии и видео Ричарда, уходят. Горечь прощания с собакой несколько скрашивает оценка системы:
Получены очки опыта за важное социальное деяние: 1000.
Очков опыта до следующего уровня социальной значимости: 8970/11 000.
А потом приезжают грузчики из транспортной компании, сноровисто упаковывают мое барахло по коробкам, перевязывают скотчем и загружают в «Газель».
Я прошу подождать их внизу, а сам обхожу квартиру, где провел большую часть жизни с Яной, вспоминая все наши счастливые моменты, коих все-таки было немало, и наши ссоры, которые почти не вспоминаются, такова уж защитная особенность мозга – забывать плохое.
Сяве оставляю записку на случай, если не дозвонюсь до него:
«Слава, я переехал. Живи здесь как дома и ни в чем себе не отказывай.
Все продукты оставил в холодильнике. Хату надо будет сдать 12 июня.
На связи. Фил».
Остаток дня разбираю вещи в новой квартире. Раскладывая и развешивая одежду, примеряю и понимаю, что мне надо будет менять почти весь гардероб. Штаны не держатся и смотрятся мешковато, даже стянутые ремнем, а рубашки начинают жать в груди, грозя оборвать пуговицы при малейшем расправлении плеч.
Впрочем, в ближайшее время это не горит, особенно учитывая, что со следующей недели, не связанный обязательствами с «Ультрапаком», я планирую удариться в многодневный кач. Возможность полной регенерации или предвидения – не то, от чего можно отказаться, поставив в приоритет карьеру, какой бы крутой и гладкой она ни была.
Прокачавшись, я займусь тем, что задумал – бизнесом с высокой социальной значимостью. Все навыки не перекачаешь, а потому прокачка уровней ими актуальна будет недолго, после чего придется погрузиться в активную социализацию с помощью тем, кто нуждается, выполнением квестов и повышением моей репутации среди большого количества людей.
Но все это буду делать начиная со следующей недели. А на этой, в оставшиеся три дня, мне надо закрыть «хвосты».
Выполненные за сегодня задачи приносят мне еще девятьсот очков опыта: «После переезда отдать ключи от старой квартиры Вячеславу ‘Сяве’ Заяцеву», «Вернуть собаку Ричарда ее владелице Светлане Мессер-шмидт» и «Сменить квартиру на меньшую», которая актуализировалась в просто «Сменить квартиру».