"Фантастика 2025-15". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
– Не хочу тебя расстраивать, но вот тебе еще одна статья расходов: вся моя деятельность будет тебе кое-чего стоить.
– Денег, что ли? – смутился Майк. – Так вот каким образом Первая Марсианская компания монетизирует свой сервис?
– Хуже. Ты заплатишь расходом ресурсов духа и бодрости. Минус один процент от каждого.
Хаген немного подумал. Выгоды в работе Деметриуса сейчас намного больше, чем в одном жалком проценте характеристик. По предыдущему спортивному опыту Хаген прекрасно знал, как важно правильное питание. Вообще-то еда – это то, с чего начинается любая человеческая деятельность. Если регулярно тренироваться, но жрать одну лишь пиццу или крылышки из бара «У Чака», то половина усилий пропадет.
Ну а финансы… Хаген умело обращался с цифрами, легко запоминал их, но когда они означали деньги – нервничал и терялся. Он не умел ни тратить с умом, ни сберегать с рациональностью.
Ведь большую часть жизни бюджетом заведовала мама. А ее система заключалась в том, чтобы все отдавать сыну. В Сиэтле, когда Хаген работал в фирме дяди Питера, он почти научился вести личные финансы. Но тут появилась Джессика, его бывшая, и принялась действовать как министр финансов какой-нибудь коррумпированной страны, то есть все забирала себе. После того как она сбежала с дальнобойщиком, Хаген жил один. Зарплата сотрудника DigiMart не позволяла совершать рискованных финансовых авантюр: он оплачивал счета, а остатки тратил на себя. Потом была тюрьма, Майк сам стал собственностью Департамента исправительных учреждений, и его распределяли как обычный ресурс…
Словом, отношения с деньгами у него не складывались.
Хаген раскрыл список своих навыков и убедился, что навык финансовой грамотности равнялся нулю. Подтянуть его он рассчитывал чуть позже, когда будет больше денег. Ибо сложно научиться плавать, когда у тебя тазик вместо бассейна.
* * *Перед тем как переодеться в рубашку продавца и встать за прилавок, Хаген отодвинул шкаф на привычное место, чтобы Бахадур, который должен вот-вот прийти, не ругался.
Утренний час между открытием магазина и приездом владельца был самым тихим за весь день. Не то чтобы все остальное время лавка ломилась от посетителей, но утром вообще никто не приходил. Салон Оскара не открывался раньше одиннадцати. Салон хиропрактики, располагавшийся справа от магазина, вообще непонятно когда работал.
В здании также располагались маленькое вьетнамское кафе, бюро по трудоустройству работников казино, псевдо-итальянская пиццерия с армянским владельцем, отделение выдачи быстрого кэша и пуэрто-риканская забегаловка. Последняя была все время закрыта на бесконечный ремонт.
Пользуясь тишиной, Хаген решил просмотреть доступные моды и приемы боевого режима, но дверь раскрылась, впуская женщину, при виде которой Хаген снова вспомнил двойственное значение иконки с сердечком.
Фернанда «Эджи» Тодд, 27 лет
Текущий статус: преступница.
12 уровень социальной значимости.
Класс: грабитель 9 уровня.
Не замужем.
Замечена в противоправных действиях!
Отношение: Равнодушие 25/30.
Хаген даже не понял, из-за чего сильнее забилось сердце: от испуга или от того, что Фернанда так красива, и он … рад ее приходу?
Она была одета по-прежнему во все темное, а руки держала в карманах куртки. Сегодня волосы собраны в большой хвост на затылке.
Хаген метнул взгляд на окно, а потом на дверь – вроде Фернанда одна. Он прокашлялся, чтобы голос не задрожал и не выдал волнения:
– Добрый день, мисс, чем могу помочь?
– Я хочу внести некоторую ясность, – сказала Фернанда. – Если ты думаешь, что мы о тебе забыли, не рассчитывай. Мы не забывчивые. Но если ты такой, я хочу напомнить – не делай лишних движений.
– Лишних? – переспросил Майк. – Это каких?
– Например, не обращайся в полицию. Даже если копы поймают меня, то Эстебан останется на свободе, и если не до тебя, то до дорогих тебе людей точно дотянется.
– Не понимаю, чего вы хотите добиться? – тяжело вздохнул Майк. – Зачем следите за мной и угрожаете? Я не собираюсь идти в полицию, но ожидаю в ответ, что вы оставите меня в покое. Вы не оставляете мне выбора, понимаешь? Или хотя бы объясните, чего вам надо…
– Пока что нам нечего объяснять, – перебила его Фернанда.
– Предупреждаю, – сказал Хаген. – Если снова попробуете меня похитить, тут под прилавком есть кнопка вызова полиции…
– Ага, конечно. А у меня при себе марсианский бластер! – воскликнула девушка. – Нет у Бахадура никакой кнопки! Этот жук с ума сойдет, если увидит копов возле своего склада с продукцией.
«Кстати, о моем начальнике…» – подумал Хаген, проследив за меткой на карте – она быстро приближалась к магазину.
Он вышел из-за прилавка.
– Фернанда, я не понимаю, зачем вы это делаете? Это какая-то игра? Ты же не так глупа, как Эстебан, и понимаешь, что я не смогу выплатить долг. А если бы и мог – то не стал бы.
Девушка вытащила руку из кармана. Хаген отпрянул, ожидая увидеть пистолет, но она просто поправила воротник на его рубашке.
– Эстебан дурак. Я с тобой вообще не стала бы разговаривать, а просто убила бы, чтобы другие должники не задавали вопросов, игра это или нет.
Раздался звук открывающейся двери, и в магазин вошел Бахадур.
– Итак, мисс, – Хаген вернулся за прилавок, – вам нужен чехол для телефона? У нас как раз новое поступление.
Хаген окинул взглядом стенд с чехлами и, выбрав один, протянул Фернанде – обычный пластиковый белый с черной надписью «I hope your day is as nice as your butt [116]».
Повертев его в руках, она улыбнулась, швырнула чехол на прилавок и вышла, хлопнув дверью. Бахадур поцокал языком, глядя ей вслед:
– Вах, какая женщина!
Глава 16. Разминка
Я не боюсь того, кто практиковал 10 000 ударов один раз, но я боюсь того, кто практиковал один удар 10 000 раз.
– Ммм, это прекрасно, – выдохнул Оскар, отправляя в рот очередной кусок запеченной говядины под названием «тыбс вотт». – Знаешь, Зуи, в Америке не умеют готовить мясо. Все наши бургеры и стейки – это все неправильно. Без души. А вот так, как готовят мясо у тебя в стране, это… Это штука с историей, понимаешь?
– Понимаю, – смутилась девушка и обратилась к Хагену: – А тебе, Майк, понравилось? Я использовала наш национальный соус, он называется «чоу-бербери».
Хаген поспешно закивал и попробовал съесть еще кусочек острого мяса, завернутого в серого цвета ноздреватый блинчик, горьковато-кислый на вкус. В отношении Зуи он чувствовал себя вдвойне предателем: из-за того, что весь день из его мыслей не уходил образ Фернанды, и потому, что через силу ел эту стряпню. Когда-то он с удовольствием уплетал острые крылышки в баре «У Чака», но блюдо африканки оказалось не просто острым, оно было невероятно жгучим! Лицо налилось кровью, из ушей валил дым, а во рту бушевало неугасимое пламя. Майк боялся даже притронуться к глазам, чтобы вытереть обильно лившиеся слезы.
А еще он переживал, видя явный интерес девушки к нему. Если раньше Хаген сомневался в том, как расценивать ее сигналы, то теперь нет: Зуи села напротив, касаясь его круглыми коленками. Еще немного – и начнет кормить с ложечки.
Они обсудили вчерашнюю драку, и Зуи рассказала, что Фрэнки набивался ей в покровители с того самого дня, когда она осталась одна.
– Он решил, что без его помощи я не сумею, – сказала она. – Убеждал, что я не выживу, обязательно попаду в зависимость от плохих людей. А я ему говорю: чувак, да самые плохие люди на районе – это ты и твой дружок Стриппер! А он такой, эй, сестричка, ты нас неправильно понимаешь, мы научились пробиваться, а ты нет. Короче, нес пургу про жизнь на улицах и жестокий мир, в котором мне, иммигрантке, нет места. Хотя я не собираюсь жить на улице или по законам улицы, да и место вполне себе нашла, благодаря Оскару и другим хорошим людям.