"Фантастика 2025-15". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
– Тебе надо…
– Достаточно! – раздается властный шелестящий голос Хфора.
Мы с Виницким удивленно смотрим на нечеловека.
– У меня достаточно данных, – говорит он магнату и обращается ко мне: – Человек, ты можешь идти.
– Куда? – Я оглядываюсь и не вижу никаких выходов.
– Но у него еще вагон… – пробует возразить Виницкий, но затыкается, похоже, получив мысленный ответ Хфора.
Илинди указывает мне в сторону дальней стены за моей спиной.
– Смелее, человек, – говорит она.
Я осторожно встаю с ложа. Мне хочется разглядеть девушку поближе. Делаю шаг вперед, другой, но вдруг натыкаюсь на невидимую преграду.
Она назвала меня человеком, значит ли это, что она – тоже нечеловек?
Сужаю глаза, чтобы разглядеть в ее облике хоть что-то нечеловеческое, и ахаю. Ее большие радужные глаза смотрят с легким презрением, а сквозь копну сияющих волос пробиваются кончики ушей.
– Филипп, лучше иди. Илинди легко вывести из себя.
И я иду. Эффект умиротворения уже спал, и мне хочется поскорее выбраться отсюда и ехать к родителям. Меня снова наполняет горечь потери Киры.
Когда я подхожу к стене, которая больше похожа на чешуйчатый бок крокодила-альбиноса, в ней раскрывается проем, за которым я вижу плавно изгибающийся в сторону узкий коридор.
Стоит мне переступить порог, как проход закрывается, меня плавно подталкивает, и мне ничего не остается, кроме как идти вперед.
Прохожу по причудливо меняющему направление туннелю метров сто, когда замечаю впереди какое-то движение. Сливаясь с полом и стенами, в мою сторону быстро ползет полупрозрачная масса. Идентифицирую и вижу красный текст:
Кислотный студень
Седьмой уровень.
Просто «уровень»? Без всякой социальной значимости?
Студень высотой мне по пояс и занимает всю ширину прохода, мне его не обойти. Перепрыгнуть тоже вряд ли удастся – надо было качать ловкость.
И он опасен.
Делаю несколько шагов назад, рыщу взглядом – ищу хоть что-то, что может сойти в качестве оружия, – пусто. Отрывая пуговицы, снимаю рубашку, обматываю ею кулак. Жду приближения твари.
Она не заставляет себя ждать. Подобравшись, кислотный студень каким-то образом делает прыжок в мою сторону. Изо всех сил я, непроизвольно закрыв глаза, бью тварь обмотанным кулаком.
Вы нанесли урон кислотному студню: 1 (удар кулаком).
Шкала здоровья твари даже не шелохнулась. А вот мое резко поползло вниз – студень поглотил меня всей своей массой, и все, что я дальше чувствую, – адская непереносимая боль разъедающей меня заживо кислоты.
Я кричу, но тут же давлюсь залившейся в глотку желеобразной кислотой.
Задыхаюсь, грудь раздирает изнутри, и мой болевой порог многократно превышен. Скребу пол руками, отчаянно пытаясь выбраться, понимаю безнадежность, а мысли в этот момент почему-то крутятся вокруг очевидной связи между интерфейсом, стариком Панюковым и так удачно подвернувшимся сегодня Виницким.
Я теряю сознание…
…но окончательно не умираю. Сквозь забытье слышу чьи-то голоса вокруг:
– …разве стал убегать, Хфор? И потом – студень? Вы серьезно? Он же даже понятия не имеет о стихийной…
– …допущен преждевременный контакт с другим кандидатом…
– Он упоминал деда…
– Кислотный…
– Чем? Голыми руками?.. Проверяйте своих!
– …эффект неожиданности!
– …объекта свидетельствует о низком уровне…
– Деинсталляция интерфейса Augmented Reality произведена успешно!
– …Приехали!
Меня кто-то пихает в плечо. Открываю глаза.
– Приехали, говорю, сынок! Просыпайся! – Я в машине, и меня трясет, ухватив за ворот рубашки, усатый таксист.
– Куда приехали? – У меня полная дезориентация в пространстве и времени. – Мы где?
– В Караганде! – рычит водитель. – Тебе «Серебро» нужно было? Вот оно, твое «Серебро»!
– Серебро… – Я смотрю в окно и вижу ресторан. – Сколько с меня?
– Шесть сотен.
Расплачиваюсь и, с трудом двигая онемевшим телом, вылезаю из машины. Такси резко трогается и уезжает.
Дождь уже закончился. Я смотрю под ноги и понимаю, что стою в луже. Выхожу из нее и ощущаю вибрацию в кармане брюк. Вытаскиваю телефон – номер мне не знаком.
– Да!
– Ты где потерялся, пропаданец? – голос Павла весел и бодр. – Шеф тебя требует, уже весь ресторан на уши подняли, еле твой номер нашли – хорошо, у Дарьи был записан!
– Шеф? Вы же сказали не приезжать…
– Что? Кто сказал? Я?
Слышу, как он, прикрыв ладонью трубку, орет в сторону: «Вы что, черти, охренели? Кто сказал Панфилову не приезжать сюда?»
– Короче, Филипп, ты далеко? Сможешь подъехать?
Я смотрю на горящую вывеску «Серебра», на шумную гомонящую толпу на летней веранде ресторана… В голове вертится какая-то важная мысль.
– Недалеко, – отвечаю, помолчав. – Скоро буду.
– Понял, ждем, – Павел заканчивает разговор.
С замершим сердцем звоню Кире. Слышу долгие протяжные гудки, покрываюсь потом, получаю системный алерт о недопустимой частоте сердечных сокращений и, когда уже успеваю оплакать сестру, слышу ее бодрый обеспокоенный голос:
– Филя! Ты чего так поздно звонишь? Все нормально?
– Все прекрасно, сестричка, – я облегченно улыбаюсь и выдыхаю. – Соскучился. Как ты?
– Представляешь, я чуть под грузовик не попала!..
– Что случилось?
– Да с парковки шла домой, переходила дорогу и, вот же дура, шла, уткнувшись под ноги! А тут ливень, ветер, из-за капюшона ничего не видно… – Кира замолкает, погрузившись в воспоминания, слышу, как она всхлипывает. – Вдруг чувствую, в заднем кармане телефон вибрирует. Остановилась посмотреть, кто звонит, и тут в полуметре от меня проносится «КамАЗ»!
– Слава богу! Я как чувствовал, что что-то случилось! А кто звонил-то?
– Не знаю, – растерянно отвечает сестра. – Номер не определился, а ответить я не успела…
Глава 16
Смешайте все в одном ведре
Труднее всего человеку дается то, что дается не ему.
В час, который я себе отмерил на поездку от офиса через дом к ресторану, я не уложился.
Некоторое время стою у «Серебра», пытаясь разобраться, что за идиотский сон мне приснился в такси. Его детали уже ускользают, но главное я помню. Кошмар использовал мои подсознательные страхи: потерю близкого человека – а Кира мне, наверное, ближе, чем родители; принуждение к каким-то действиям ради человечества – что может быть ужаснее для такого безответственного лентяя, как я? Лишение интерфейса, в конце концов, – он же для меня шанс из шансов! А, еще это чертов кислотный студень! С моей бленнофобией [42] хуже моба не представить!
Очень странный сон. Очень. Еще и эти непонятные совпадения – едва не погибшая Кира, погибшая во сне, невероятно удачный звонок, спасший ей жизнь, связь Панюкова с Виницким…
Чтобы убедиться, что это действительно мне приснилось и интерфейс все еще при мне, активирую Марту.
– Привет, Фил! – Она все так же жизнерадостна, в том же коротком платье и жует жвачку.
– Привет! – Хоть и рад ее видеть, но болтать с ней времени нет. – И пока!
Переступаю порог ресторана спустя почти два часа после того, как все покинули стены офиса.
– Здравствуйте! – жизнерадостно улыбается мне девушка на входе в «Серебро». – Вас ожидают?
– Добрый вечер, да, наша компания у вас гуляет сегодня. – Вижу ее приподнятую бровь и уточняю: – «Ультрапак».
– Я вас провожу. – Она кивает и ведет меня через просторный затемненный общий зал мимо столиков и барной стойки. На небольшой сцене неизвестная певичка под фонограмму исполняет что-то томное и заунывное.
Мы поднимаемся по лестнице с крутыми ступеньками – довольно опасной для любого нетрезвого человека – и попадаем в малый зал. Вижу, что официоз уже закончен и вечер перестал быть томным: Петр Иванович с парой замов и Павлом раскинулись в креслах за отдельным низким столиком, неспешно потягивая то ли коньяк, то ли виски, и дымят сигарами. Сотрудники за большим общим столом уже разбились на компании. На небольшом балкончике толпятся продажники, курят и слушают очередную байку Гриши Бойко. Слышу громогласный гогот толстого Кирилла. Впрочем, гогот быстро переходит в раздирающий кашель.