"Фантастика 2025-15". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

– Может, чайку хоть попьете? – спрашивает-просит отец.
Я смотрю с мобильника расписание кинотеатра, прикидываю время на дорогу.
– Чаю попьем.
– Хорошо, – говорит он.
За столом Юля постепенно оттаивает, а концу чаепития уже вовсю общается с «бабой Лидой» и «дедом Олегом». Наблюдая за ней и Кирюшей, смотрящим на нее влюбленными глазами, я вижу довольно высокую совместимость (ха-ха) и помечаю в голове высокий потенциал детей: у Юли в рисовании – стоит отдать в художественную школу, а у Кирилла – в программировании. Надо будет сказать Косте и Кире, пусть запишут.
  
В кино – мы пошли на третьих «Монстров на каникулах» – ничего особенного не происходит, а вот после сеанса я понимаю, что не захватил для девочки запасной одежды. Мы заходим в первый попавшийся бутик, и я беру несколько комплектов белья, платье, пару футболок, шортики – в общем, весь тот комплект, который мне советуют девчонки-продавщицы. Потом мы идем в большой отдел игрушек. Кирюха получает большой конструктор Lego, а Юля – радиоуправляемый автомобиль. От куклы она отказалась – чувствуется воспитание брата.
В парфюмерном бутике замечаю туалетную воду с очень хорошим бонусом к харизме: +5. Беру не задумываясь.
На весь этот спонтанный шопинг уходит весь мой выигрыш, после которого я схлопотал бан. Что ж, не худшее расходование денег, особенно это чувствуется, когда я по дороге к родителям вижу, как ошалело и восторженно прижимает к себе пакет с покупками Юлька.
Воскресный вечер провожу за просмотром видео лучших боксерских боев, а перед сном закидываю последнее свободное очко характеристик в ловкость.
* * *
«Утро понедельника» – так называется поэтический сборник одного моего товарища. Я залистал его до дыр, вернее, сверстанную пэдээфку, благо она не многостраничная, но не нашел ни слова о понедельнике. А потом понял, что настроение утра этого дня – между строк его нерифмованной поэзии.
Оно впитывается в наше сознание и кожу с материнским молоком – нервное, тревожное, мрачное и похмельное. В понедельник родители отводят годовалого малыша в ясли, вынося в морозное утро, пропитанное выхлопными газами. Утром каждого пасмурного понедельника сладкий уют домашнего безделья сменяется режимным детским садом, овсянкой и молочным супом из макарон. Хмурым слякотным утром взрослеющий малыш тащит на спине тяжеленный рюкзак в школу, где не все тебе рады, и так одиннадцать лет, а потом еще пять в универе и всю жизнь – на работе. Но всегда предвестник этого – насупленное и раздраженное утро понедельника.
Такому настроению подвержены те, кто жить начинает только вечером пятницы, но не я. Не теперешний я. Для меня начало недели – еще одна возможность сделать немного лучше себя и мир. Да, благодаря официальным выходным мы имеем возможность проводить больше времени с близкими. И с этой точки зрения выходные мне нравятся. Но не потому, что не надо работать. Когда работа в радость, когда ты в азарте развития и улучшения, когда команда – твои единомышленники, тогда утро понедельника становится не таким, как в поэзии моего товарища. Это просто утро, а радоваться ему и первым лучам солнца – у нас в крови со времен пещерных предков.
После утренней пробежки, душа, завтрака и чашки кофе я собираюсь на работу. На выходе меня ловит звонок телефона – того, с которого я отправлял координаты пропавших и который забыл выключить. Не снимая обуви, возвращаюсь в гостиную, чтобы ответить.
– Да.
– Алло, кто это? – интересуется мертвый мужской голос.
– Кому вы звоните?
– Это Филипп?
– Да, это я.
– Сука ты, Филипп. Знал бы, где тебя найти, порвал бы… – голос замолкает.
– Кто это?
– Муж… – язвительно отвечает он и начинает смеяться. – Объелся груш, б…! – Отсмеявшись, он объясняет. – Макс это. Ты моей Ольке сказал, где меня искать? Экстрасенс хренов!
– Что случилось?
– Загулял… Пять лет капли в рот не брал! Что, не имею права раз в пять лет загулять? Спалила она меня… С бабами в сауне… Бросила. На развод пошла подавать. Сука ты.
Он бросает трубку. Система подкрашивает поле зрения красным и выдает вердикт:
Внимание! Вы совершили деяние с отрицательной социальной значимостью!
Анализ последствий…
Ущерб обществу незначителен.
Штраф: -1000 очков опыта.
Очков опыта до следующего уровня социальной значимости: 2190/18000.
Перезваниваю мужчине:
– Что?
– Сразу не разведут. Проси прощения, простит. Больше не бухай.
В этот раз первым отключаюсь я. Авось прислушается к совету, раз уж поверил в мои экстрасенсорные способности.
Выключаю телефон и выхожу из дома.
По пути звоню Матову и ставлю его в известность о том, что хочу заявиться на турнир вместо Кости. Он выясняет, что случилось с парнем, в какой тот больнице, после чего обещает съездить проведать. И, если Костя действительно откажется от участия, Матов впишет меня.
На крыльце бизнес-центра дымят сигаретами Сява, Генка, Гриша и Марина с Кешей Димидко. Рядом переминается с ноги на ногу Кир Кириченко, бросивший курить и стойко проходящий испытание курящими коллегами. Упруго поднимаюсь по лестнице и подхожу к ребятам.
– Всем привет!
– Доброе утро! Привет! – вразнобой приветствуют меня.
– Как дела?
– Фил, я это… – первым отвечает Славка. – К десяти отъеду, мне документы на поступление надо сдать.
– Конечно! – я даю «добро» не думая. – Туда же, куда хотел?
– Да, на менеджмент. На платное берут. Яковлевич подготовил договор между мной и компанией, ну, типа, компания оплачивает, а я обязуюсь половину возвращать со своих дивит… дивид…
– Дивидендов, – подсказывает Кеша, пряча улыбку.
– Ага, с доли моей, короче, от прибыли.
– Не вопрос, – Марк Яковлевич объяснил мне, что это воспитательная мера: если Слава и сам будет за себя платить, учиться станет ответственнее. – Как погуляли в пятницу?
– О! – закатывает глаза Марина.
– Вот так, – отвечает Кеша и, притянув девушку к себе, целует в губы.
– Нифига себе! Быстро вы… сработались!
Марина, потупив взгляд, смущается. И это понятно – еще неделю назад она проявляла знаки внимания по отношению к моей скромной персоне.
– Рад за вас, ребята! Правда…
– Мыльная опера! – хохочет Генка. – Фил, надо срочно запрещать служебные романы!
– Да бросьте вы… А вообще, мы после работы едем к Маринке в общагу за вещами, она ко мне переезжает! – сообщает Кеша.
– Вот так и «посидели» они! – ржет Гриша. – Я бы даже сказал – полежали!
– А ты не завидуй! – яростно сверкнув глазами, отвечает вконец смущенная девушка.
– Да я же любя… – говорит Гриша. – И кое-кто тоже вдоволь полежал, да, Слав?
– Кстати, Фил, тут это… – Славка краснеет и переводит тему. – У Горемычного сегодня днюха, может, подарим ему что-нибудь?
– Поздравить и вручить подарок, конечно, стоит, – я задумываюсь и припоминаю данные заведующего. – Он вроде рыбалкой увлекается. Пусть кто-нибудь у Розы Львовны возьмет деньги под отчет и съездит за подарком в «Рыболов-спортсмен».
– Какой бюджет? – деловито интересуется Кеша.
Я прокручиваю в голове варианты подарков, пробую прикинуть «совместимость» с Горемычным, и у меня получается! Блесны, катушки, спиннинги, эхолоты… Всё – не то. Вот!
– Возьмите ему японское телескопическое удилище. Я слышал, он ярый поплавочник, так что подарку обрадуется. По конкретной модели посоветуйтесь с…
– Привет, ребята! – к нам подходит Вероника.
Она, приобняв, целует меня в щеку, потом остальных, а вот со Славкой…
– Привет, любимый! – целуются по-взрослому.
– Привет… малыш! – нехотя отстранившись от долгого поцелуя, отвечает покрасневший Сява.
Малыш? Вот тебе раз! Еще толком работать не начали, а уже сплошной семейный подряд в компании. Осталось вернуть Настю, принять к нам на работу жену Гриши – Алину и свести кого-нибудь из будущих новеньких с Киром. Надеюсь, это не превратится в латинский сериал…