"Фантастика 2025-15". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

– Пас.
А сам вчитываюсь в грозные пугающие слова:
Внимание! Вы совершили деяние с отрицательной социальной значимостью!
Отключение интерфейса через 3… 2… 1…
Мир гаснет, и только звуки вокруг – гомон игрового зала, слова партнеров по столу и комментарии дилера – говорят о том, что я все еще жив.
  
Внезапно все возвращается. Я, в оцепенении, заливающийся ледяным потом, сижу за покерным столом, и партия все еще идет.
Вот только никакого интерфейса со мной больше нет.
Со стороны я, наверное, выгляжу как человек с очень плохим зрением, с которого соскочили очки, – беззащитно-растерянным. Играть дальше смысла нет, как и вообще оставаться здесь. Мир выглядит совсем иначе: непривычным, блеклым. Нет, со зрением все в порядке, и все те улучшения, которые я получил, используя интерфейс, вроде бы при мне, но… Как бы объяснить? Если вы играли в компьютерные ролевые игры, то просто представьте себя в той же игре, но без какой-либо информации – без индикаторов здоровья и маны, без описания противников, без мини-карты. Первое, что вы сделаете, – выйдете, чтобы разобраться, что не так и почему слетел интерфейс, ведь играть без него нереально.
Но у меня так не получится – из этой игры не выйдешь. Черт, и Марту ведь не вызовешь, чтобы выяснить, что случилось.
Не дожидаясь окончания партии, в которой я пасанул, сгребаю фишки, благодарю партнеров и под недоуменными взглядами иду на выход.
– Уже уходите? Всё в порядке? – интересуется Антон.
– Очень плохо себя чувствую. Сегодня не до игры, – отвечаю, обналичиваю фишки и покидаю клуб.
Антон просил оставить контактные данные, но я отказался. Возвращаться сюда я не намерен. Было у меня три самых больших страха в жизни с интерфейсом – потерять кого-то из близких, лишиться интерфейса и умереть самому. Все три с успехом были реализованы в стенах этого славного заведения.
Уже дома, ворочаясь в постели, я обдумываю, с чем могло быть связано отключение системы, и ничего, кроме моего читерства, в голову не приходит. Единственная нестыковка в том, что неделю назад я уже делал то же самое и никаких штрафов или предупреждающих уведомлений не получал. Хотя, возможно, дело в цели игры? Но тогда получается, что грабь, воруй и обманывай спокойно, если собираешься потратить деньги на благие цели? Не стыкуется. Да и чем развитие «Доброго дела» не благо? Непонятно.
В таких растрепанных чувствах я и уснул…
Без ставшего привычным внутреннего будильника продрых до полудня. Мне ничего не снилось и не было никаких кошмаров, но я весь в поту и, даже не открывая глаз, понимаю, что интерфейса нет. Честно говоря, была у меня такая надежда. В комнате жарко и душно – окно на ночь я не открыл, а кондиционер не включил. Так что первым делом иду в душ, по пути меланхолично сгребаю постельное белье и закидываю в стиральную машину. Вернется интерфейс или нет, а сдаваться я не собираюсь.
После завтрака с час читаю и заканчиваю «Всю королевскую рать» Роберта Уоррена, затянутые отступления которой компенсируются долгим и задумчивым послевкусием. После чего иду на пробежку – бокс у меня с Костей только завтра ближе к обеду, у него с утра какие-то дела – а после веду племянника в кино. У Киры какой-то нереальный загруз на работе, и выходные ее Кирюша проводит у наших родителей.
Бегается даже легче, чем с интерфейсом, в том плане, что ничего не отвлекает от монотонного движения, где есть только ты и растрескавшаяся резина дорожки стадиона. По такой жаре я быстро становлюсь мокрым, и пот, застилающий глаза, приходится стирать уже мокрыми рукавами лонгслива.
К концу тренировки, когда мысли об интерфейсе сменяются рассуждениями о том, где и как добыть денег для компании, я вспоминаю о боксерском турнире. Поначалу мне это кажется бредовым. Не, ну серьезно, куда мне тягаться с такими бойцами?
Потом вспоминаю, что уложил Магу – одного из лучших у Матова, да и спарринги с Костей Бехтеревым даются мне все легче, и не сказать, что проходят они с явным его преимуществом. То есть при определенных раскладах и подготовке шансы есть. Во-первых, до турнира – почти две недели, а это минимум шесть «Полигонов»…
Стоп, какой «Полигон» без интерфейса? Так, но все же представим, что интерфейс вернулся. Тогда шесть «Полигонов» с прокачкой бокса, да еще столько же тренировок с Костей, да все это – с восемнадцатикратным ускорением прокачки… Хм, шанс есть, особенно если учитывать, что Магу я уложил на пятом уровне навыка, а сейчас у меня седьмой. А ведь может еще случиться какой-нибудь баф, типа «Спортивная злость», например.
Так, ладно. Сейчас наберу бывшего тренера, и станет понятно. Останавливаюсь, достаю телефон и звоню Матову.
– Да, слушаю! – звучит в трубке его жесткий голос.
– Евгений Александрович, добрый день! Это Филипп Панфилов…
– Я узнал. Говори!
– Хочу принять участие в турнире. Подскажите, где я могу подать заявку?
– Заявки больше не принимаются, Панфилов, ты опоздал.
– Но до турнира еще много времени…
– Ничем не могу помочь – желающих три вагона и тележка. И так уже полтыщи народу записалось, придется отборочные бои проводить.
– Вообще никак? А вдруг кто-то не придет?
– Получит техническое поражение и вылетит. Только если кто-то заранее сам откажется и согласится уступить тебе место. Все, мне пора.
Он отключается.
Я делаю растяжку и иду домой. Там, погуглив, выясняю все о турнире и выхожу напрямую на организаторов. Они говорят то же самое, что и Матов. Регистрация закончена, мест нет.
«Ну и хрен с ними!» – бросаю я Ваське и иду в тренажерный зал. Кто-то из великих говорил, что в любой непонятной ситуации надо качать железо. Смешной мем, но ситуация у меня – непонятней некуда, состояние подвешенное, и я, пока мозг не закипел, решаю воспользоваться советом.
В выходной день народу в зале немного, и это хорошо, не надо стоять в очереди на тренажер.
Размявшись, пробегаю с километр на дорожке, чтобы разогреться, и начинаю со штанги. Подходы даются очень легко, и я даже перепроверяю вес и количество блинов на грифе – нет, все верно.
Чтобы нагрузить мышцы, к обычному рабочему весу приходится прибавлять где-то пять, а где-то и десять килограммов. Неужели я пробил плато и снова пошел рост?
После тренировки выпиваю традиционный бокал шоколадного протеинового коктейля и возвращаюсь домой.
Остаток дня маюсь, хватаясь то за одно, то за другое. Готовлю обед, не зная, добавит ли это хоть полпроцента к прокачке «Кулинарии». Звоню родителям, Кире – у них все в порядке. Чуть было не набираю Вику или Яну – серьезно, отсутствие интерфейса словно убирает все эти цифры совместимости, делает прогноз системы недействительным, а я скучаю по обеим. Но вовремя сбрасываю.
Затеваю генеральную уборку. Приводя в порядок вещи на полках, нахожу тот старый убитый телефон, с которого обзванивал поисково-спасательные отряды. Аккумулятор давно сел, но интуиция… Ох уж эта интуиция – подзаряжаю телефон и с первыми процентами заряда нетерпеливо включаю. Следующая пара минут проходит под трель и пиликанье сыплющихся сообщений. По большей части это шлейф последствий моего массового поиска пропавших месяц назад – извещения о пропущенных вызовах. Но несколько звонков с одного номера были вчера. Решаю набрать. Мне отвечает напряженный женский голос.
– Здравствуйте. У меня пропущенный от вас. Вы звонили?
– Кто это?
– Филипп.
– Вы – экстрасенс?
– Не совсем. Что случилось? Откуда у вас этот номер?
– Простите… – Женщина откашливается, всхлипывает и начинает быстро говорить. – Меня зовут Ольга. Ваш номер мне дал Богдан, координатор ижевского поисково-спасательного отряда. У меня пропал муж, Максим, тысяча девятьсот восемьдесят третьего года рождения, блондин, глаза голубые, коротко стрижен, рост сто восемьдесят… – Она тараторит заученные приметы так, словно повторяла их уже много раз.